Аркадий, или История маленькой ведьмы - Нина Смолянская

— Значит у меня должен быть свой фамильяр. Я уже себе выбрала животное…

Аркадий весь передёрнулся на слове «животное», но не сбежал, а перевёл любопытный взгляд на Людмилу Николаевну. Она тяжело вздохнула и согласилась, что такого боевого друга надо обязательно забрать домой.

— Только одно условие — убирать его клетку, кормить и купать ты будешь сама!

Они оба, и девочка, и крыса, закатили глаза, а Илона ответила за двоих:

— Мама, конечно, это же мой фамильяр, а не твой! Идём, Аркадий, пора завтракать!

Она спрыгнула с кровати, надела спортивный костюм и пошла к двери. Крыс мигом юркнул за ней, но в дверях обернулся и глаза сверкнули красными огнями.

Часть 2 Аркадий

Прошло 6 лет.

— Мамуль, покормишь Аркадия вечером? У меня сегодня День первокурсника, приду поздно? — спросила Илона, надевая блузку и поправляя густые локоны.

Людмила Николаевна залюбовалась дочерью, которая за последние годы расцвела и стала настоящей красавицей — стройной, рыжеволосой зеленоглазой покорительницей мужских сердец. Солнечные лучи играли в её волосах, а прозрачная белая кожа с легким румянцем светилась изнутри. Яркие и пухлые от природы губы уравновешивали большие зелёные глаза в обрамлении густых ресниц шоколадного цвета.

— А? Что? — не сразу поняла она, о чём ей говорит дочь. — Ой, я тебе ещё утром хотела сказать, но ты так быстро убежала в универ, что не успела.

— Что-то случилось? — Илона нахмурилась и посмотрела в домик Аркадия, который стоял на комоде в углу около окна.

Крыс не показывался, и она только сейчас поняла, что сегодня, зайдя домой, не видела его. Обычно он встречал её в прихожей и сразу карабкался на плечо. Она подошла к деревянному домику, который был разделён на две части — закрытую и открытую. Они с мамой сразу отказались от клетки, учитывая то, что у них жила не обычная крыса, а с человеческой душой. Поэтому сделали на заказ домик, где он мог уединиться, когда хотел. Дом ему понравился, и Аркадий проводил там много времени, пока Илона была на занятиях.

— Он у себя? — спросила девушка.

— Да, сегодня почти не выходил, только в туалет. Еду, которую ты положила ему в тарелку он тоже не съел. Мне кажется, что он заболел.

— Не выдумывай. Вчера он был здоров и полон сил. Ты же знаешь, что любые отклонения в его здоровье я чувствую ещё на начальной стадии. Здесь что-то другое…

Она задумчиво посмотрела в круглое входное отверстие, пытаясь рассмотреть своего друга внутри домика. Но его не было видно, только тонкий кончик хвоста немного виднелся на мягкой подстилке.

— Эй, Аркаша, ты чего? Что случилось? — кончик хвоста дёрнулся и исчез. — Не хочешь со мной разговаривать?

Илона отошла от комода.

— Мам, я очень-очень тороплюсь, попробуй, пожалуйста, его выманить и покормить, а я приду и разберусь, — Илона сложила ладошки, умоляя её.

Людмила Николаевна обняла дочь и сказала, чтобы она не волновалась.

— Может он просто захандрил? Беги, ничего не сделается с твоим Аркадием, — улыбнулась мама.

Илона поцеловала мать в щёку и упорхнула. Людмила Николаевна же подошла к домику и сказала, зная, что его обитатель её поймёт:

— Выходи, Аркадий, она ушла.

Из домика высунулась черная крысиная голова с большими белыми усами и посмотрела на женщину.

— Не бойся, не собираюсь я тебя насильно кормить. Просто предлагаю попить со мной чаю с блинчиками и поговорить. Я уже долго живу и догадываюсь, что с тобой происходит. Я тебе буду рассказывать, а ты меня поправишь, если что-то не так. Договорились?

Он внимательно посмотрел на неё и высунулся немного больше.

— Я пошла, а ты догоняй.

Людмила Николаевна налила себе чай и пошла наливать чай с молоком для Аркадия, который его сильно любил. В квартире у него было своё обеденное место — на угловой полке кухонного дивана. Она поставила ему небольшую фарфоровую плошку с чаем и кофейное блюдце с кусочком блинчика. Потом подумала и дослала из холодильника сметану. Взяв немного чайной ложкой и обмазав блин, она села на свой стул и сделала несколько глотков из своей чашки. Вскоре она услышала цокот коготков по ламинату, а затем звуки карабканья по обивке дивана. Крыс, который за время жизни у них дома значительно потолстел, быстро дошёл до своего «ресторана» и остановился, чтобы посмотреть в глаза хозяйке.

— Ешь уже, такую фигуру надо беречь, а то придумал, голодать, — мама откусила блин, который перед этим макнула в малиновое варенье и закрыла глаза от удовольствия.

— Уммм!

Когда она открыла глаза, то крыс уже съел половину своего блина, активно работая челюстями. Она улыбнулась, поставила чашку и начала разговор.

— Аркадий, я — взрослая женщина, и кое-что понимаю в жизни. Ты когда-то был молодым мужчиной и смотришь на мир мужскими глазами, — он повернул голову и сверкнул красными огоньками. — Когда вы познакомились с Илоной, она была ещё ребёнком и тебе хотелось её защитить и спасти, чисто по-мужски, как слабого ребёнка. Потом ты решил опекать её, чтобы уберечь от ошибок и плохих людей. И я тебе за это очень благодарна, потому что оставляя её с тобой, была уверена, что с ней всё будет в порядке. Но ты не учёл один момент — девочки быстро вырастают и становятся хорошенькими девушками.

Будь ты обычной крысой, тебя бы кроме еды и общения с хозяйкой в виде поглаживаний и сюсюканья, ничего не волновало. Но вы с ней стали по-настоящему близкими людьми, общаясь эти годы ментально. Она рассказывала тебе практических обо всём. Даже про парней, которые за ней ухаживали. Я как мать видела, как вы сильно привязаны друг к другу…

Аркадий приоткрыл рот, как будто хотел что-то сказать, но потом положил голову на сложенные перед собой лапы и продолжил внимательно смотреть не женщину.

— Так вот, когда Илоне было шестнадцать лет я стала замечать, что ты по-другому на неё смотришь.

«Как?»

Людмила Николаевна замерла.

— Вау, ты и со мной заговорил? —