Аркадий, или История маленькой ведьмы - Нина Смолянская

начали вибрировать и выскакивать один за другим. Со всех щелей повылазили крысы и стали грызть и тянуть верёвки и ремни, освобождая Илону и Людмилу Николаевну.

Уже через минуту Илона освободила мать от кляпа и попыталась привести её в сознание, сначала тормоша и уговаривая свозь слёзы, а потом, когда вспомнила про бабушкино ученье. Взяла её за руки, закрыла глаза и отправила матери изрядную порцию своей энергии в надежде, что это приведёт её в сознание.

Мама дёрнулась как от электрического разряда и открыла глаза.

— Илона?

Она огляделась, заметила в полумраке свечи, начерченную солью звезду и, округлив глаза, спросила:

— Что происходит? Мы где?

Девочка пожала плечами и ответила, что сама не очень понимает, что это за место, но то что отсюда надо выбираться знает точно.

— Откуда здесь столько крыс? — спросила мама, с опаской наблюдая за зверьками, расположившимися у стен и под скамейками и наблюдавшими за ними.

— Не бойся, они не тронут. Они мне помогли и в подвале, и здесь, — она поискала глазами своего красноглазого друга, но не нашла.

Мама с недоверием посмотрела на дочь и сказала:

— Что-то изменилось в тебе. Ладно, дома всё расскажешь. Я сейчас вызову полицию, пусть они сами выясняют, что за жуть здесь творится.

— Нет, нет, нет! — Илона сложила руки в умоляющем жесте. — Там, в соседнем доме ещё один колдун лежит, и, кажется, я его убила.

— Уверена? — удивилась мать.

Девочка кивнула головой.

Мама сглотнула вязкую слюну, смотрела на Илону несколько секунд и думала, а потом сказала.

— Тогда вызываем такси и срочно уезжаем, только сначала надо определиться, где мы, чтобы адрес назвать. Идём на улицу, посмотрим, может на домах есть табличка с названием улицы.

— А ты себя нормально чувствуешь? Сможешь идти? — спросила дочь.

— А ты? У тебя всё в порядке? У тебя седая прядь в волосах.

— Чего?! — воскликнула Илона и бросилась к небольшому настольному зеркалу, которое стояло в углу на столе.

Она смотрела на себя широко открытыми глазами и не верила своему отражению.

— Офигеть… — Илона потрогала белую прядь у виска и заправила её за ухо. — В школе все упадут, ни у кого такой нет.

Она повернулась к матери с довольным лицом и сказала:

— Пошли, я в порядке.

И тут она перевела взгляд на лежащего без сознания мужчину.

— А с этим что делать будем?

Мама подошла к нему и проверила пульс.

— Живой, пульс нормальный, скоро придёт в себя, и я не хотела бы дождаться этого момента. Так что, пошли быстрее.

Илона опять поискала красные глаза в тёмном доме, загасила свечи и вышла вслед за матерью. По пустынной улице, освещённой одиноким тусклым фонарём, они дошли до дома, на котором висела табличка.

— Тупик Нечистой силы, 24, — прочитала Илона, а потом посмотрела на маму и рассмеялась. — Только не говори, что тот дом был тринадцатым, ха-ха-ха!

— Не говорю, никогда не слышала про такую улицу, — улыбнулась Людмила Николаевна и достала телефон.

***

Такси их привезло к дому Алевтины Захаровны, которая уже ждала их у калитки. Женщины обнялись и зашли в дом. Каждая из них рассказала свою историю похищения, а бабушка про то как почувствовала отток сил и тут же по родовой связи перенеслась к внучке, чтобы помочь.

Они сначала сходили в ещё теплую баню, помылись, переоделись, а потом сели за стол.

— Это было лет двадцать назад. Ко мне пришёл молодой парень снять порчу. Порчи я у него никакой не нашла и проводила до ворот, а он уговорил меня, чтобы остаться посмотреть, как я работаю с воском. Я тогда была ещё наивная и не сталкивалась с такими типами, как он. А он умел уговаривать. Работать языком у него получалась лучше, чем мозгами. В общем, ходил он ко мне почти месяц, учился заговорам и ритуалам. А потом заявил, что про белую магию он узнал достаточно, теперь бы ещё чёрной поучиться. И спросил, не могу ли я кого посоветовать, представляете?

Алевтина Захаровна налила всем чай.

— Я его тут же выгнала и сказала, чтобы он больше на моём пути не появлялся. Вот ведь, негодяй! На внучку покусился! Поделом ему, поделом! — с серьезным видом сделала она заключение и допила чай.

— А что с ним теперь будет? — спросила Илона.

— Ничего не будет. Он теперь будет обычным человеком — про магию и колдовство даже не вспомнит. Это для него — табу.

Девочка улыбнулась, но потом вспомнила про Игоря в подвале и спросила у бабушки как с ним быть.

Алевтина Захаровна усмехнулась и ответила внучке:

— У тебя теперь, дорогая, сила великая, Дар божий. Но запомни, внучка, на всю жизнь — не тебе решать кому жить, а кому умирать, на то есть Высшие силы. И каждое твоё проклятие вернется тебе вдвойне. Твоя миссия на Земле — помогать людям. То, что ты сделала — была самооборона. Только столкнувшись с прямой угрозой своей жизни ты имеешь право воспользоваться силой для защиты. В других случаях людям вредить нельзя, иначе высшие силы заберут Дар. Шесть поколений целительниц берегли, развивали и укрепляли родовые силы, ты — седьмая. И сегодня твоя сила проснулась в тебе в полной мере. С завтрашнего, то есть уже сегодняшнего, дня я начну тебя учить уже по-настоящему и расскажу всё, что сама знаю. К тебе во снах начнут приходить наши прародительницы и тоже показывать свои умения. Слушай, смотри, запоминай. Боишься забыть — записывай. Только береги эти записи от чужих глаз, никому не показывай. Даже лучшим подругам. Поняла? — Илона кивнула и зевнула. — Поздно уже, идите спать. Утро вечера мудренее.

Илона ушла в свою комнату, а мама с бабушкой ещё остались на кухне разговаривать. Она разделась, разобрала кровать и залезла под одеяло. Глаза уже склеились, и она сразу уснула, так и не заметив два красных огонька рядом с подушкой.

***

«… Высокий молодой черноволосый мужчина, миловидной наружности, в