Салли Уэнтворт - Скандальная история

Джек как ушел с врачом в отцовскую комнату, так и не появился оттуда.

Клэр поднялась наверх и разделась, собираясь лечь спать, но когда она вышла из ванной, то услышала что-то похожее на стон и остановилась.

В комнате отца Джек уставился на пустую кровать. На какое-то время заперев свои чувства на замок, теперь он постепенно начал осознавать смерть отца. Он долго держал себя в руках, но потрясение оказалось слишком велико. Скорбь захлестнула его, и он уже не мог управлять собой. Шатаясь, Джек вышел из комнаты. Ноги не держали его, и он ухватился за косяк двери.

Клэр подошла к нему, взяла за руку, и он оперся на нее.

— Я все время находился там, но, когда он умирал, меня не оказалось рядом, а я был ему нужен! — воскликнул он прерывающимся голосом, в котором смешались гнев и вина. Отвернувшись, Джек уперся лбом в стену и стал бить по ней кулаками. — Мы так много не успели сказать друг другу! Я даже не попрощался с ним…

— Может быть, он даже не проснулся, — утешала его Клэр. Она закрыла дверь в комнату и попыталась увести Джека. Он не сопротивлялся. Его бил озноб не только от скорби, но и от изнеможения. — Вы устали и теперь должны поспать.

Кровать в его комнате не была застелена, поэтому она отвела его к себе. Охваченный горем, Джек продолжал что-то невнятно бормотать и мотал головой, виня себя за то, что спустился вниз.

— Я не должен был оставлять его! — беспрестанно повторял он.

Клэр усадила его на кровать, нагнулась и сняла с него ботинки, затем хотела уложить его на подушки, но он в возбуждении вскочил и стал метаться по комнате. Потом вдруг сел и обхватил голову руками.

Ей лучше всего помолчать. Поэтому она уселась рядом и обняла Джека за плечи. Его трясло, и он ничего не мог с этим поделать — страшная боль потери и усталость лишили его сил.

Клэр не казалось странным, что она обнимает Джека, совершенно чужого человека. Она понимала, что с ним происходит, и разделяла его чувства. Было вполне естественным, что она в меру своих слабых сил поддерживает его, а он, охваченный горем, тянется к ней.

Клэр долго не выпускала его из своих объятий, и наконец он понемногу перестал дрожать, вытер глаза и поднял голову. Она хотела было отодвинуться, но он, не отстраняя ее рук, повернулся к ней лицом и заглянул в глаза. На ней была надета лишь старая мужская рубашка, которую она нашла в комоде и которая была так велика, что могла заменить халат. Джек протянул руку и дотронулся до воротника.

— Это его рубашка.

— Да. — Клэр подумала, что он обиделся на нее, но не успела извиниться, как по его взгляду поняла, чего он хочет.

Джек медленно провел пальцами по ее груди.

— Вы такая… живая, — сдавленным голосом произнес он.

От его прикосновения у Клэр перехватило дыхание. Она интуитивно поняла его желание. Отцовская смерть показала ему, что он тоже не вечен. Джеку необходимо убедить себя, что жизнь может продолжаться. Клэр долго вглядывалась в настороженные серые глаза Джека, затем встала и стянула через голову рубашку. И теперь она стояла перед ним, очаровательная в своей юной наготе.

Джек застонал, глядя на нее, потом дотронулся до ее талии и бедер.

— Вы уверены? О Господи!

Вместо ответа она нагнулась и поцеловала его в губы, ощутив его ответную дрожь. Он не сопротивлялся поцелую, но вдруг торопливо поднялся, обхватил ее за голову и жадно впился губами ей в рот. Не переставая целовать ее, он негромко стонал и стягивал с себя одежду, пока наконец тоже не остался обнаженным. Джек касался ее груди, осыпал поцелуями шею, а она откинула назад голову, словно приглашая его. Ею овладело желание. Поддерживая ее за спину, он водил рукой по телу Клэр, упиваясь его теплом и бархатистостью кожи. Сильнейшее желание овладеть ею было подобно непереносимой физической боли. Ему нужно было забыть пережитое, испытать вместо этого радость, увериться в своей мужской силе и убедить себя в том, что жизнь хороша. Ни совесть, ни условности, ни разум были здесь ни при чем. Он знал, что юное податливое тело, которое он обнимает, принесет ему утешение и смягчит тяжесть утраты. Горячими, трясущимися руками он притянул ее ближе и зажал между ног, ощущая ответный жар. У Клэр перехватило дыхание, когда его руки подхватили ее под ягодицы и он прижался к ней своей твердой плотью. Запустив пальцы в длинные темные волосы, он снова стал целовать ее. Она тоже возбудилась — он понял это по ее прерывистому дыханию и пылающей коже.

Со стоном Джек опустил ее на кровать. Волосы Клэр, словно веер, разметались по подушке. Он посмотрел на ее лицо — на нем было написано желание. И он овладел ею. В их соединении не было места нежности, лишь дикая необходимость победить страх смерти. А когда наступила разрядка, Джек чуть не закричал, что он жив.

Он уснул почти сразу, и сон его был долгим и глубоким. Они лежали, обнявшись, на узкой кровати. Когда Джек проснулся, то не сразу понял, где находится. Наконец сообразил, что он в постели рядом с женщиной, и, не открывая глаз, потянулся к ней. Она поцеловала его и стала медленно ласкать, и снова мир для него сосредоточился в этом женском теле.

Окончательно Джек пробудился с ощущением безмерного покоя. Он был один в комнате, в окно струился солнечный свет. Постепенно пришло мучительное осознание всего случившегося — отец умер, а он спал с Клэр — девушкой, которая навязалась ему, но, несмотря на это, могла рассчитывать на его порядочность. Вначале он ощутил ужас, но не оттого, что предавался любовным утехам, когда отец только что умер, — он знал, что старика это развеселило бы, — а оттого, что он, вероятно, овладел Клэр против ее воли. Но ведь она тоже была полна страсти! И его вина показалась уже не столь сильной. Но совесть… Он не смел так поступать, и оправдания ему нет!

Правда, Джек не принадлежал к тем, кто живет прошлым. Он быстро встал, принял душ и оделся, затем сбежал по лестнице вниз.

Клэр была на кухне. Она выглядела очень взволнованной. Прошлая ночь казалась ей великолепной. Она и не подозревала, что секс — это чудо, и чувствовала себя необыкновенно хорошо. Радостная и удовлетворенная, она ног под собой не чуяла, хотелось петь и танцевать. Даже если бы не светило солнце, день все равно казался бы потрясающим.

Когда Джек наконец появился, она подбежала к нему и нетерпеливо заглянула в глаза, ожидая улыбки. Но он не обнял ее, а мягко отстранил.

— Мне нужно срочно поговорить по телефону.

— О, конечно. — Она отошла в сторону, а он пошел к двери. — Джек…

Он посмотрел на нее через плечо и изобразил улыбку.

— Мы позже поговорим. Через полчаса, хорошо?

Она согласно кивнула, и он отправился в кабинет.