Тереза Лири - Упавшая с небес

Анна зачерпнула ложкой наваристый бульон, чуть подождала и попробовала ужин. Как и обещал аромат, похлебка получилась великолепной.

— Божественно! Ты просто гений! — Она взглянула на Мака сияющими глазами. Вот теперь можно и хвалить: — Ничего вкуснее в жизни не ела… кажется.

Мак усмехнулся:

— Кулинарные способности — далеко не единственное мое достоинство.

— Да? А скромность в число твоих достоинств входит? — рассмеялась Анна.

— М-м-м… Кажется, нет, — повинился Мак.

— А у нас есть хлеб? С кусочком хлеба ужин стал бы совершенством.

Мак поморщился, но отложил ложку и отправился под тент.

— Вот. Есть только крекеры, — доложил он.

Анна с сомнением извлекла из пергаментного мешка печенюшку и попробовала откусить.

— Это, похоже, мумии крекеров! — возмутилась она.

— Предлагаешь похоронить? — отозвался он.

— Нет. Ни за что. Мумии это или нет, но замены им нет. — Анна зачерпнула еще бульона, положила в ложку крекер, а затем отправила ее содержимое в рот.

Через минуту прокомментировала свое странное поведение:

— Если нельзя откусить, то можно просто растворить.

— Практично. — Мак забрал у нее пакет с печеньем и всыпал солидную горсть крекеров прямо в котелок. — Так дело пойдет быстрей.

Анна кивнула и заработала ложкой еще энергичнее.

После ужина на Мака напала блаженная расслабленность, все-таки день был безумно длинный. Лень было не только шевелиться, но и даже думать о каких-либо усилиях. Анна тоже не шевелилась, сидела, уставившись на пламя костра. Мак протянул руку, нашарил палку-кочергу и помешал угли, огонь разгорелся ярче. В его свете Мак исподтишка разглядывал Анну. Светлые волосы спутались, косметику смыло еще во время аварии, но сидевшая у костра женщина не выглядела от этого хуже. Наоборот. Конечно, она вряд ли привыкла проводить отпуск на природе, как он, но смотрелась в его одежде очаровательно. Маку захотелось пересесть к ней поближе и приступить к более близкому знакомству, однако его удерживали некоторые соображения. Во-первых, Анна еще не привыкла к нему, хотя и считает мужем. Во-вторых, даже на фиктивную жену нехорошо набрасываться вот так сразу. Ужином он ее накормил, теперь надо окончательно приручить. Мак незаметно поморщился: ну вот, разводит китайские церемонии, а потом прилетят спасатели, и все пойдет прахом. Судьба — злодейка, она не даст ему насладиться добычей. Мак невольно посмотрел в темное небо, но не увидел там никаких вертолетов. Ладно, как бы там ни было, пора на боковую — а уж что из этого получится, посмотрим.

— Уже почти полночь, — проговорил Мак.

Анна вздрогнула и отвела глаза от костра.

— Спать опять хочется… Я весь день проспала. Сонное царство какое-то.

— На свежем воздухе всегда так. Пойдем?

— Куда? — непритворно испугалась Анна.

— Спать, в палатку. Солнце завтра разбудит нас рано.

— Спать? — Анна опять выглядела слишком испуганной.

— Что случилось? — спросил Мак. Впрочем, он уже догадался, в чем дело. Она просто стесняется. Так он и предполагал. Ладно, тактика понятна, остается следовать означенному плану.

— Я… Это так глупо, ведь ты мой муж, а я этого не помню. Я не помню тебя.

— Не бойся, я ничего не сделаю против твоей воли. — Мак встал и протянул ей руку. — Доверься мне.

— Хорошо, — серьезно кивнула она. — Я тебе верю. Ведь ты мой муж.

Мак едва удержался, чтобы не отдернуть руку. Кажется, он сам себя загнал в ловушку. Даже больно смотреть в эти доверчивые глаза и знать, что доверие абсолютно незаслуженно. Но обратной дороги нет, если он сейчас скажет ей правду, то велика вероятность, что Анна просто сбежит в ночь, оглашая окрестности криками или, того хуже, ругательствами. Нет, правда в такой ситуации только повредит, хотя ложь во спасение никогда не казалась Маку имеющей право на существование. Но жизнь часто преподносит испытания на прочность, и глупо умирать лишь ради того, чтобы не поступиться принципами. Если поступать только так, то в мире останутся одни мертвецы и беспринципные негодяи. Иногда стоит здраво поразмыслить и… сменить принципы.

Они упаковались в спальный мешок, и Мак обнял «жену», прижавшуюся к нему. Анна немного дрожала — то ли от ночной прохлады, то ли от волнения. Пытаясь успокоить ее и заставить расслабиться, Мак перебирал ее волосы, гладил шею, руку… Потом сжал ее пальцы в своих и замер. Замерла и Анна.

— Я ничего не сделаю против твоей воли, — шепотом повторил он. — Ты же знаешь.

— Я знаю, — негромко ответила она. — Спасибо, что даешь мне время.

Наверное, ему следовало сказать, что он ее любит, но Мак промолчал — во-первых, потому, что не знал, любит ли он Анну, а во-вторых, чтобы не напугать ее этим еще больше. Хватит того, что она лежит с ним рядом и опасается, хотя опасаться нечего. Наконец страх отпустил Анну, сведенные мышцы постепенно расслабились. Мак осторожно поглаживал большим пальцем ее ладонь: такая невинная и в то же время интимная ласка. И вот уже Анна задышала ровно, уткнулась носом в локоть Мака, ресницы защекотали кожу. Мак улыбнулся: надо же, как хорошо, когда рядом с тобой спит женщина, а вокруг на много миль — никого. Он никогда не брал с собой никого на природу, хотел побыть один, ни о чем не думать, просто наслаждаться жизнью. А оказывается, наслаждение жизнью гораздо острее, если рядом спит прекрасная незнакомка, кожа которой еще сохранила запах ванили, и пахнет сама по-особенному, потихоньку сводя с ума. Мак вздохнул: если так невинно все пойдет и дальше, ему придется с утра до ночи купаться в озере или валить вековые сосны. О чем он вообще думает? Анна ему не принадлежит. Но он-то убедил ее в обратном! Пусть это будет правдой на остаток отпуска — а там гори все синим пламенем. И спасатели, кстати, тоже вот-вот появятся. Хотя они по-прежнему не вписывались в предполагаемый сценарий его дальнейших отношений с Анной.

Мак вздохнул и постарался устроиться так, чтобы можно было попытаться заснуть рядом с Анной. В застегнутом спальнике это было проделать не так-то просто, поэтому он расстегнул молнию со своей стороны, но Анну из объятий так и не выпустил. Имеет же он право на простые человеческие радости! Да и она тоже. Никакой он не монстр, вполне привлекательный мужчина, правда, врун ужасный, но она-то об этом не знает. «Узнает рано или поздно», — шепнул внутренний голос. Лучше, конечно, поздно, чем рано. Мак еще раз осторожно провел рукой по спутанным волосам Анны. Ни с чем не сравнимое удовольствие. Он вздохнул, обнял ее покрепче и наконец закрыл глаза.

Глава 3