Капкан чувств для миллиардера - Марта Заозерная

— Я думала, что у тебя утреннее совещание, — бормочу еле слышно.

— Если так пойдет, то у тебя будет как в поговорке: «Выходила замуж по расчету, жить пришлось по любви». Нам кредитный рейтинг с «ААА» понизили до двух «А», а мне наплевать теперь, если честно. Не хочу от тебя отрываться, — губы Тимура невесомо проходятся по моему плечу.

Мне хочется спросить: что он, да и совет директоров будут предпринимать? Но мой мозг отказывается соображать. Он там что-то за замуж сказал… Это было к чему? Мы ведь не…

Тим молниеносно замечает скептическое выражение моего лица и каким-то чудом определяет причину такой перемены.

— Подожди секунду.

Он отстраняется и тянется к прикроватной тумбочке.

Ну, нет! Я не выдержу, честно!

В комнате тишина воцаряется. Я во все глаза наблюдаю за Тимуром. Если он сейчас… Да нет, быть такого не может.

Сердце бешено о ребра стучит.

Восхитительная улыбка лицо Тимура освещает. Я же тупо хлопаю глазами, глядя на коробочку в его руке. Душа отлетает, обещая не возвращаться.

Так не бывает. Полгода даже не прошло.

— Эм, маленькая. Я плохо начал. Просто ужасно. Ты такого козла не заслуживаешь. Но я с самого начала понял: с тобой можно только серьёзно. Попробовав, как с тобой хорошо, я уже не смогу отпустить. Хотел, правда, хотел дать тебе шанс построить отношения с мальчиком-ровесником, схожие интересы и взгляды, романтика, — пожимает плечами. — От меня ты её навряд ли дождешься. Я такой как есть и не в том возрасте, чтобы меняться. Вышло как вышло, но я обещаю быть всегда рядом и заботиться о тебе, оберегать…

К своему стыду, я дальше не слушаю, физически не могу… Начинаю рыдать, судорожно воздух хватая ртом.

Глава 50

Ещё не открыв глаз, улыбаюсь. Что-то невероятное происходит. Передать не могу, потому что сама не понимаю. Зависимость от Тимура растет ежеминутно. Прошло всего две недели с нашего с ним окончательного примирения, а я уже засыпать не могу без него. Сижу вечерами и жду его, спасаясь работой.

Крепкие ладони обхватывают мою талию, почти что смыкаясь. Тимур тянет меня, не сопротивляющуюся, на себя и целует между лопаток. Тепло тут же до краев заполняет. Я самая счастливая, честно вам говорю.

По утрам, спросонья, до утренних процедур, моя спина — его любимый объект для проявления нежности. Он ни за что не станет целовать в губы. Как бы я не просила, не станет. Единственное, чаще всего он просыпается раньше меня, чтобы успеть в спортзал и бассейн. Когда я в начале восьмого глаза продираю, он уже готов — свеж и начищен до блеска. Сегодня же мы слишком поздно уснули. Ему, как и мне, встать тяжело.

— Доброе утро, моё черное, искристое солнышко, — невесомые поцелуи доходят до моего плеча. Несильный захват кожи ощущаю. Губами впивается.

Зачастую он себя контролирует, опасаясь сделать мне больно. Но иногда всё же натура рвется наружу. На кураже вольности себе позволяет. После, обнаруживая синяки на моем теле, снова откатываемся на стадию исключительно нежных касаний.

Вообще, забавно наблюдать за его метаниями. Внутренняя борьба бросается в глаза. Иногда, когда я упрямлюсь, он выходит из себя за долю секунды, но тем не менее, скрипя зубами, подавляет свою заведенность и принимается объяснять мне, как маленькой, почему в той или иной ситуации надо поступить именно так, а не иначе. Диву даюсь, где та вспыльчивость, которую мне обещали при трудоустройстве, дескать, в глаза руководству не смотреть лучше.

Разворачиваюсь и юркаю ему под бочок. Тут тепло и уютно. Самое прекрасное место на земле.

— Твой телефон трезвонил с шести утра. Я звук отключил, — сообщает мне, перебирая волосы на моем затылке. У него вообще какая-то странная привязанность к ним. Привязанность в прямом смысле, она их на ладони обожает наматывать.

Алина! Спохватываюсь. Мы же о встрече договорились. Сюрприз для малышки сделать. Делаю рывок в желании встать поскорее, но куда там. Тим держит. Одной рукой к себе прижимает, второй легонечко по бедру шлепает.

— Лежи смирно. Не порть мне утро.

У нас в университете парни смеются, мол, нет хуже девушки, чем девушка-программист. Теперь Тим с этим согласен. Бурчит, что всю электронику у меня заберет, потому что чуть ли не за те самые волосы меня приходится оттаскивать вечерами от ноутбука. Не удивлюсь, если взаправду что-то выкинет из гаджетов.

— Я Алине пообещала позаниматься с Ритой, — подбородок Тимуру на грудь кладу и в глаза заглядываю.

— С утра? Подождут, — я его реально не узнаю. Он последнее время другой. Более расслабленный и спокойный.

— Может быть, бабушка. Я обещала им билеты купить и забыла. Это ты, кстати, виноват. Отвлек меня вчера, — продолжаю варианты накидывать.

Вид у любимого такой, дескать, ты совсем охренела, я тут причем?

Мы договорились, что мои родные прилетят и я их познакомлю с Тимуром в Москве. Бабушке как раз пора врачам показаться. Оказалось, что это только я так планировала, а они успели уже познакомиться. Ни одна из сторон не соизволила мне рассказать волнительную историю их знакомства.

Три недели назад Аю около дома, на детской площадке, искусали собаки бездомные. Необратимых процессов не произошло — ручки, ножки на месте, но, естественно, детка наша испугалась до смерти. Ещё и здравоохранение подвело. В больнице не оказалось нужных препаратов. Тимур не признается, откуда он об этом узнал, но сам приехал к моей племяннице в больницу и решил вопрос. Оплатил лечение и консультации у психолога. Он как раз был в регионе в командировке. Там с ними и познакомился.

Конспираторы века решили ничего мне не говорить, чтобы я не волновалась и не обижалась. Злюсь на них, если честно, до одури! Проболталась на днях сама Аюша, остальные в отказ.

— Не надо билеты. Мои ребята их заберут и привезут в Москву. Скажи мне только заранее, когда им удобнее.

Толкаю его локтем в бок.

— Как ты мог?! Ума не приложу, Тим! Неужели нельзя было мне сообщить?

— Ты со мной общаться тогда не хотела.

Он расплывается в такой лучезарной, широкой, очень наглой улыбке, что на левой щеке из-под щетины ямочка виднеться начинает. Стреляет глазами в кольцо на моем пальце и едва ли не светится, как праздничный фейерверк.

— Я из-за него печатать не могу быстро. Утяжеляет, — шучу, стараясь сдержать улыбку лукавую.

Мне приятно, безумно приятно быть его невестой. Просто его быть.

Мой мужчина… Даже звучит волнительно, правда?

Смотрю на символ вечности