Капкан чувств для миллиардера - Марта Заозерная
Не вспомню, когда последний раз занимался сексом без презерватива. Так чувственно, скорее всего, никогда. Преграда из латекса ничтожно малая, но разница в ощущениях колоссальная.
Теряюсь во времени и пространстве. Касаюсь гладкой, горячей, бархатно-нежной кожи и разрываюсь на части. Душа на ошметки.
Эмма делает прерывистый выдох, когда ладонь соскальзывает на внутреннею часть её бедер. Выгибается, бормоча что-то неразборчивое. Её колени сгибаются и подергиваются при каждом касании. Стопы дергаются, пальчики ног впечатываются в простынь, а спинка отрывается от постели.
Терпение на исходе. Не соображаю совсем ничего. Ещё бы: самая красивая девочка на свете лежит подо мной обнаженная. От разрыва сердца можно с легкостью скончаться.
— Эм, детка, посмотри на меня, — выдыхаю ей в губы.
Не знаю, какие мне ещё нужны доказательства, но я хочу быть уверенным, что она отдает себе отчет в происходящем.
Эмма вскидывает глаза, пронзая меня насквозь черным и затуманенным возбуждением взглядом. Вместе с тем закидывает одну ножку мне на поясницу. Приподнимается слегка и начинает тереться. Куда уж доходчивее.
Напрягаюсь сильнее и бережно, как только могу, вжимаюсь в неё. Эмма закусывает губу, продолжая дышать через рот. Только от одних звуков я готов кончить мгновенно, что уж говорить об ощущениях. Они бесподобны. Вхожу глубже, Эмма зажмуривается, но тут же, словно опомнившись, глазки распахивает. Я ведь просил, она помнит.
Её покорность творит со мной страшные вещи. Отчетливо понимаю: теперь навсегда. Отпустить не смогу, не хватит сил.
Наклоняюсь и прижимаюсь к её губам своими.
— Люблю тебя, моя девочка. Очень сильно люблю… — ком горло сдавливает из-за нахлынувших чувств.
— И я тебя тоже люблю, — Эмма прижимается ко мне всем телом, соединяясь со мной воедино…
Ослепленный желанием, всё глубже в Эмму проваливаюсь, не в физическом смысле. Душевно. Наполняю ею себя до краев. В мозгу долбится: «Моя. Моя. Только моя». Стараюсь растянуть процесс, насладиться ею как можно дольше, но замечаю, как Эмма сжимается и обмякает. Ресницы дрожат, кожа на лбу поблескивает. Она всё ещё пытается пальцами держаться за мою спину, но тщетно. Несколько последних толчков и душа отлетает в черную бездну её распахнутых глаз.
Спустя несколько часов наблюдаю за счастьем: Эми спит безмятежно, устроившись на моей груди. Приподнимаю голову и касаюсь носом её волос. Не думал, что когда-нибудь буду ощущать себя везунчиком от того, что девушка пахнет мной.
Глава 49
Эмма
Просыпаясь, сквозь дрему ощущаю прикосновение горячего тела к своей спине. В первую секунду дезориентацию ощущаю. Неужели между нами взаправду близость случилась?! Захлебываюсь в реальности. Я так долго (хотя и прошло всего несколько месяцев) ждала, что мне даже не верится… Свершилось. Тимур теперь мой?! Не верю своему счастью!
Нервно сглатываю, когда ладонь на моем бедре сжимает кожу. Сладостное оцепенение разливается по всему телу. От остроты чувств слезы на глазах появляются. Мечта явью стала. Он мой.
Тепло живота и груди Тимура передаются мне, волшебством и нежностью разливаясь по венам. Прогибаюсь в спине и подаюсь ему навстречу. Возбужденный член уютно располагается между моими ягодицами, и я трепещу от удовольствия.
— С ума меня сводишь, — хриплый шепот раздается над моим ухом.
Улыбаюсь, свечусь и разлетаюсь мелкими частичками на весь мир.
Нет, мне всё же не верится. Всё так быстро произошло, неожиданно. Мы ехали в авто, разговаривали. Я так увлеклась своими воспоминаниями, что не заметила, как добрались до дома Тимура, и только когда въехали на парковку подземную, до меня дошло: мы не в Долгопрудном.
Тимур словно почувствовал, что я на грани отчаянья и перестал меня отталкивать.
Ночь была восхитительной. Происшедшее стоило того, чтобы ждать.
Тимур приподнимается на локте, второй рукой отводит прядь моих растрепавшихся волос от щеки, пропускает их сквозь пальцы и наблюдает за мной.
— Смотрю в твои бездонные черные глаза и не знаю, что делать… Боюсь тебя, Эм, — ласково гладит мою щеку, а я сделать вдох не могу. — Я и раньше нездоровое влечение к тебе испытывал, а попробовав на вкус, и вовсе понял, что попал навсегда.
Пальцы Тимура скользят по моему телу, опустившись к груди, слегка поглаживают сосок. Он моментально затвердевает и напрягается. Ноги плотно сжимаю.
Безумное желание мой мозг порабощает. Во рту пересыхает. Сглатываю.
Вместе с тем чудовищную неловкость чувствую. Я обнаженная. Рядом мужчина. Пусть и любимый, но он без одежды!
Открытость и незащищенность — уровень максимальный. Неизвестно, когда я привыкнуть смогу к нашему единению.
Тимур улавливает эмоции сходу.
— Не закрывайся от меня. Нереально красивая. Я всю успел рассмотреть. Лучше вообразить не сумею.
Тим опускается и принимается грудь целовать. Обхватывает зубами сосок, языком его обводит, придавливает, перекатывая между губами.
Вся дрожу. Пальчики ног поджимаются непроизвольно. Простынь сгребаю ладонью. Как это пережить и не умереть от разрыва сердца?
Когда с Глебом случилось… я тоже умирала, но совсем иначе. Больно было так, что просвет не виднелся. Сломайся я тогда, сейчас бы блаженства этого не испытывала. Ясное дело, девочки не так себе представляют… Господи, зачем я сейчас вспоминаю! Обещаю себе, что последний раз это был. Просто забыть и не думать. Сейчас я точно такая, как и была до, только счастливей.
Губы Тимура смыкаются на втором соске, и я с шумом выдыхаю. Чувствую, как бешено бьются наши сердца. И моё, и его. Кончиками пальцев провожу по ежику его волос. Легкое покалывание переходит в миллиарды мурашек. Дугой выгибаюсь, стараясь прижаться плотнее. Он нереальный. Такие ощущения нельзя пережить! Я не готова… Мне хочется до него там дотронуться. В прошлый раз мне понравилось, но я не рискую. Смущаюсь.
Грудные мышцы Тимура напрягаются конвульсивно, когда я трусь об него, разведя ноги в стороны. Скорее всего, это слишком развратно, я слишком влажная, но сейчас мне всё равно. Слишком сильно хочу его.
Кровь бешено пульсирует, давя на глаза и виски. Чувствую, что Тимур окончательно теряет контроль над собственным дыханием. Сжав ладонями мое лицо, он начинает неторопливо проникать внутрь меня.
Смесь могущества и беспомощности. Эйфории и неконтролируемого падения. По телу одна за другой пробегают ничем не сдерживаемые волны дрожи. Улавливаю и наслаждаюсь каждой.
Он только мой… И это (о, Боже!) и есть счастье…
Все мышцы отказываются слушаться. Моё вялое и непослушное тело Тимур перекатывает на бок. Закидывает голову к себе на плечо. Руку кладет на свою грудь. Ногу на живот себе закидывает, так высоко, что снова касаюсь его кожи своей плотью разгоряченной, им самим разогретой. Глаза распахиваются и
