Время любить - Лилия Фандеева

Как я вас оставлю надолго одних, – улыбнулась она, понимая, что сына зовут Серёжа.

В палату вошёл мужчина лет сорока. Лиза поняла по реакции сына, что это и есть её муж. И хотя его внешность ничего ей не «сказала», на душе стало тепло и спокойно. Он подошёл к кровати, нежно поцеловал её и присел на стул.

– Доктор рассказал мне о проблеме. В этом ничего страшного нет. Постепенно всё придёт в норму. Полежишь недельку, я заберу тебя домой, а будешь себя хорошо чувствовать – заберу раньше. Как быть с твоей сестрой Катей? Она намерена прилететь, а её сыну чуть больше года. Я не вижу смысла. Помочь она тебе ничем не сможет, а виделись мы с ними месяц назад.

– Значит, Катя нашлась? Позвони ей и дай мне трубку. Как зовут её сына?

– Максим, – Влад набрал номер Екатерины.

– Катя, это я. Ты, куда лететь собралась? О Максиме подумай. Полежу неделю, мозги в кучу соберу и вернусь домой. Давай без паники, сестра. Если тебе будет спокойнее – звони. Привет семье. – Катя давно нашлась? Где она живёт? Мы с ней виделись?

– В Питере. Там живёт и моя мать, и мой сын. Что ты ещё хочешь узнать?

– Мы давно женаты? Я должна за что-то зацепиться. Доктор беседовала со мной, и остался доволен ответами. Но вспомнила я только период до двенадцатого года.

– Лиза, пожалуйста, пару дней не думай ни о чём, не заставляй свой мозг взорваться, ему и так досталось. Дай ему время. Позже что-то вспомнишь сама, о чём-то напомню я. Потерпи. Работаешь ты адвокатом, женаты мы два года, а познакомились на свадьбе твоей сестры и моего брата.

– Значит, Серёжа не твой сын.

– Серёжка мой сын и так будет всегда!

– Извини. Я обязательно всё вспомню. Что вы там принесли мне из одежды? В том, что на мне надето, очень неудобно.

Прошли два дня. После обхода, ближе к десяти часам, дверь открылась, в палату вошёл молодой человек лет сорока. Елизавета посмотрела на него внимательно и громко сказала:

– Стой, где стоишь!

– Стою, – он смотрел на Лизу и ждал. Прошло не меньше минуты.

– Что ты здесь забыл, Глеб Макарский? Сначала мост, потом Алиса, день рождения Дениса. Господи! – Лиза обхватила голову руками. – Мой мальчик, мой сын умер. Как такое можно забыть, – она заплакала, не обращая внимания на Глеба, который присел на стул и ждал. – Я вспомнила ещё один отрезок из своей прошлой жизни. Серёжа твой сын, а я тебя ненавижу за твою ложь, – Лиза тяжело вздохнула и вытерла слёзы. – Как поживают Макарские? Как дела у Насти? – она старалась не смотреть на него.

– Успокойся и послушай меня. Неделю назад ты их видела в добром здравии, приезжая в деревню. И отношения между мной и тобой далеки от враждебных.

– Ты хочешь сказать, что мы дружим?

– Лиза, что ты сейчас вспомнила последним?

– Твой приезд из Москвы, мои условия в отношении детей и твой визит перед Новым годом.

– Это было в семнадцатом, а сейчас июль двадцать первого, – он внимательно посмотрел на неё. – Стоит вспомнить эти три с лишним года и не смотреть на меня волком. Многое изменилось и я в том числе. Дружбы между нами нет, но нет и вражды. Вижу, ты мне не рада. Людмила передаёт тебе привет и домашнюю еду. Поправляйся, – он поставил пакет на тумбочку.

– Людмила у нас кто? Она о нас с Серёжей знает?

– Люда моя жена. Ты с ней познакомилась в деревне неделю назад. Знает она гораздо больше, чем ты можешь себе представить. Мы сейчас живём в моей квартире. Ты всё вспомнишь, я уверен.

– Передай жене спасибо.

Видимо, Глеб позвонил дочери, так как она приехала уже на следующий день.

– Лиза, отец рассказал мне о вашей проблеме. Хотите, я вам расскажу о том времени, когда жила в вашей квартире? Целых три года мы жили вместе. Так вы можете что-то вспомнить.

– Очень хочу.

Настя закончила свой рассказ и вопросительно посмотрела на Лизу.

– Не помогло? Думаю, в отпуске что-то произошло между вами, раз вы заговорили о разводе. Вы встретились у деда с отцом и его гражданской женой. Туда же приезжал и Владислав Сергеевич. Вы помните, я рассказывала вам об Илье? Почему не поговорите с мужем? Думаете, есть нечто такое, о чём не стоит вспоминать? Вы говорили о разводе. Если я вас правильно поняла, в деле замешана Лариса Юрьевна, бывшая жена вашего мужа.

– А ведь я её никогда не видела.

– Неприятная особа. Внешне она хорошо выглядит, но дама высокомерная и циничная.

– Может, мне ещё раз приложиться головой, чтобы вспомнить эти четыре года? Ты говоришь – я мысленно всё представляю, а вспомнить не могу. Это, как пересказ кино, в котором я себя не вижу.

– Если хотите, я могу какое-то время пожить с вами после больницы. Вы только позвоните и я приеду. А с сентября мы будем жить с вами рядом. Вы на шестом этаже, а я на тринадцатом. Да, я привезла вам свежую клубнику. Выбрала самую крупную. Немного помою, а остальную уберу в холодильник – угостите Серёжку. Бабушка позже варенье сварит, и я привезу. Дед за вас переживает. Вы ему позвоните, пожалуйста. А память обязательно вернётся.

Проводив Настю, Лиза мысленно вернулась к её рассказу. «Это информация к размышлению, – думала она, закрыв глаза. – Ей нет смысла лгать мне или что-то утаивать». Как не странно, но Лиза сразу узнала Наталью, которая была в курсе того что случилось.

– Мне сказали, что у тебя частичная амнезия. Я твоя давняя подруга…

– Я знаю, Наташа, какая ты подруга, – перебила её Лиза. – Нет у меня амнезии, Я прекрасно помню нашу с тобой крепкую дружбу. Пришла посочувствовать или позлорадствовать? Со мной всё в порядке. Через два-три дня вернусь домой.

– Не сердись. Может, помощь нужна? Если твоя Настя в деревне, как твои мужчины справляются?

– Спасибо. Мальчики у меня взрослые и самостоятельные. Тебе не стоит беспокоиться. Как ты узнала, что я здесь?

– Я заезжала к тебе в бюро, там и узнала. Раз помощь моя тебе не нужна, держи витамины, а я пойду. Поправляйся.

Лиза вспомнила Тимофея и Михайлова, которые нанесли ей визит к вечеру, но вспомнила свои дела ровно до того времени, как Серёжа пошёл в сад. Мужчины успокаивали её, гарантируя восстановление памяти и недельный отпуск на «поправку» здоровья. Михайлов, как тонкий психолог, даже провёл короткий тест на профпригодность и дал заключение:

– Ты, Елизавета Павловна, что не