Измена как повод любить - Виолетта Роман

вашей рыбалкой, Дань. Конечно, ждет! Снасти купил, говорит, Дане удочку собрал новую…

– Ух, скорее бы!! Я хочу вот такого леща поймать! – сын развел руки, выглядя при этом таким вдохновленным, что в сердце защемило.

– Марусь, – позвала дочку. – Ты не против?

Маша пожала плечами.

– Бабушка разрешила Аню позвать. Она будет со мной, так что я не против.

Телефон завибрировал, и когда я увидела на экране имя Риты, дрожь пробежала по телу.

– Простите меня, я на пять минут, – поднялась из-за стола и с гулко колотящимся сердцем вышла из зала на прохладный вечерний воздух.

– Да, – сорвалось нервное с губ. Захотелось закурить сигарету. Я так сильно нервничала, что едва могла унять частую дрожь, пробирающую тело.

– Ты как? Как выступление прошло? – голос Риты звучал немного сдавленно.

– Выступление – хорошо, привела своих в кафе. Мама заберет их на выходные…

Я понимала, что мы горим не о том, это злило, но и задать интересующий вопрос у меня словно не хватало храбрости. Будто, своим вопросом я запущу механизм, который разрушит все, что у меня есть.

Боже, какая глупость!

– Ты узнала? – выпалила и прикрыла глаза в ожидании ответа.

– Узнала, и знаю, где он и что делает. Но я все еще не уверена, что ты хочешь это знать…

– Рита, не тяни, пожалуйста, – процедила сквозь зубы, сердцебиение было таким частым и гулким, что в горле пульсировало.

– Я же не пытаюсь тебя разозлить, и не тяну кота… Ты помнишь мой вопрос? Что ты будешь делать, если все раскроется?

– Ты знаешь мой ответ, Рита.

Я теряла терпение. Меня так сильно знобило, что зуб на зуб не попадал.

– Рита, если ты думаешь, будто я буду ставить тебе в укор потом то, что ты показала мне правду, ты ошибаешься. Мы дружим с первого курса, неужели ты думаешь, будто я настолько труслива, чтобы сваливать свои проблемы на мнимую обиду?

– В том то и дело, Марго. Я знаю тебя слишком хорошо, – вздохнула подруга. – Но правда еще и в том, что практически все мужчины изменяют, и сохранить свою семью и отстоять своего мужика – вот, по-моему мнению, в чем правда и сила. Ты же гордая, жрать нечего будет, но не вернешься к нему…

– Рита, позволь мне самой решать, что мне стоит делать, а что нет. Если ты со мной, говори куда ехать. Если нет, я сама все узнаю и найду.

Несколько секунд в телефоне царила раздражающая тишина.

– Ладно, тебя ж не переспоришь блин! – проворчала Рита. – Сейчас скину локацию, увидишь своими глазами то самое совещание, и как сильно наш Павлик пытается быть хорошим работником…

Глава 6

– Какая же он сволочь! Это тот самый ресторан, в который я так давно хотела сводить его! Знала бы ты, сколько я его уговаривала! То времени у него нет, то настроения.

Подруга смотрела на меня с такой жалостью, что перехватило в горле. Яркая неоновая вывеска словно издеваясь, подмигнула.

– Я проследила за ним от самого управления. Они спустились по ступенькам, он усадил ее в машину.

Рита повернулась ко мне. В свете вечерних фонарей ее лицо выглядело сумрачным.

– На твое место, между прочим, посадил…

Я усмехнулась.

– Ну, идем, некрасиво заставлять их ждать, – я прошла вперед, но стоило мне коснуться дверной ручки, подруга перехватила мою ладонь.

– Я надеюсь, ты не станешь унижаться до скандалов на публике? Поверь, это их только позабавит…

– Рит, я сделаю так, как будет лучше мне. Ведь хотя бы на это я имею право?

Она промолчала, отступив, а я незамедлительно прошла в зал.

Я увидела их сразу, стоило нам переступить порог. Я не обращала внимания ни на появившегося на пути официанта, предлагающего нам свободные столики, не обращала внимания на попытки подруги обуздать мой внутренний гнев. Я прошла к столику, расположенному в метре от той самой пары и устроилась прямо напротив них.

Я видела ее лицо, видела ее довольную улыбку, видела то, как мой муж бережно взял ее руку в свою, и поднес к губам. Он сидел спиной ко мне, в голубой рубашке в синюю полоску, именно в той, что еще прошлым утром я так старательно наглаживала ему. С губ сорвался смех… Я ведь никогда не подпускала к его вещам помощниц по дому. Где-то в глубине души мне казалось, что это убережет наш брак… Наша спальня и его одежда – вот две святыни, к которым был доступ лишь у меня.

Не сработало.

Почувствовала теплое касание руки на своем плече. Рита бесшумно опустилась рядом.

– Ты как?

Я кивнула в ответ, не отводя ни на мгновение глаз от лица блондинки. Она так звонко смеялась, а потом поднесла к губам бокал вина. Удивительно, но в душе был полнейший штиль… Пока я ехала сюда, меня так сильно трясло, казалось сердце готово остановиться в любой момент. Я боялась подумать, что будет со мной, когда я увижу все своими глазами. Но сейчас, я наблюдала за ними, словно третья, незаинтересованная сторона. Я видела то, как нежно мой муж гладит ее по тоненькой ручке, смотрела на ее острые плечики, выглядывающие из широкого разреза блузки. И когда он достал из кармана что-то и протянул ей, мое сердце на мгновение замерло.

– Вот сука! – процедила сквозь зубы Рита, а я глаз не могла отвести от ее восхищенного взгляда, и от того, как она прижала свою тоненькую ладонь к накрашенным губам, демонстрируя всем своим видом счастье и благодарность.

Я смотрела на то, как его смуглые пальцы надевают ей кольцо, а в голове словно вспышки яркого света воспоминания нашего недавнего разговора.

– На следующей неделе у тебя день рождения, детка. Вот деньги, купи себе что-нибудь, – произнес он тогда и виновато потупил взгляд. – Прости, здесь немного, с покупкой дома и с открытием твоей кондитерской мы немного поистратились. Но обещаю, в следующем году исправиться…

В тот момент я не чувствовала обиды или разочарования. Я была счастлива от того, что муж помог мне исполнить давнюю мечту.. У меня ведь было свое дело, мы наконец-то заехали в дом, о котором мечтали всю свою жизнь… Оказывается, мое понимание расценивалось как глупость… Деньги ведь были, просто тратить их на меня у Паши не было желания.

По горлу отчетливо поднималась отвратительно на вкус горечь. Если таков вкус предательства, я больше никогда не хочу его пробовать.

– Павел Александрович, я сейчас разрыдаюсь, – ее тонкий голосок сдавил мне грудь стальными тисками.

– Детка, – усмехнулся