Салли Уилбрик - Я тебя подожду...

Не успели они войти, как появилась тщательно одетая дама лет пятидесяти пяти.

— А вот и моя экономка, — шепнул Шарль, подождал, когда женщина подойдет поближе, и представил ее.

Во время знакомства Джессика оставалась спокойной, но мадам Рене Саккар слегка порозовела, и девушка тут же поняла — экономка так же застенчива, как и она сама. Распознав подругу по несчастью, девушка решила слегка подбодрить страдалицу.

— Как поживаете, мадам? — спросила она по-французски, изрядно покопавшись в памяти. Кроме того, Джессика приветливо улыбнулась и протянула экономке руку.

Женщина также ответила ей улыбкой, всплеснула руками и ответила до того быстро произнесенной фразой на французском, что Джессика не смогла понять ни одного слова. Девушка вопросительно поглядела на Шарля и заметила, что тот как завороженный смотрит на нее.

Однако встревожиться по-настоящему она не успела. Шарль очнулся и что-то сказал Рене, видимо, давал указания насчет размещения гостьи, и Джессика вздрогнула, разобрав слова «мадам Деберль». Именно так называли бы ее, если бы был жив Жан…

Рене отправилась исполнять поручения, а Каран провел девушку в роскошную комнату, уставленную антикварной мебелью. Пол устилали пушистые ковры. Неужели это столовая?

— Рене не понадобится много минут с вашим чаем, — объяснил Шарль, жестом указывая Джессике на красивые кресла с высокими спинками.

Но когда девушка уселась и немного подумала, то поняла, что Шарль весьма проницателен и не станет притворяться, будто чего-то не заметил. Каран неторопливо уселся напротив, посмотрел на нее и сказал:

— Джессика, кажется, вы удивились, что я должен назвать вас «мадам Деберль»?

В этой не слишком гладко сформулированной фразе содержался глубокий подтекст, и Джессика чуть не пожалела, что приехала. Однако сразу же приказала себе успокоиться. Подумаешь, беда! Она начала новую жизнь совсем не для того, чтобы стрелой сорваться с места при первом же пустяковом затруднении, едва кто-то ненароком коснулся больного места. Шарль не знал, что она никогда по-настоящему не чувствовала себя замужней женщиной. Только непонятно, что ему ответить.

— Простите меня… Возможно, я бесчувственный, — извинился Каран, увидев, что его слова заставили Джессику застыть в оцепенении. — Вы не носите обручальное кольцо, но… — Тут он прервался и спросил с таким видом, будто и вправду был бесчувственным: — Или вы предпочитаете быть известной как мисс Френсис?

— Э-э… — Джессика боролась с искушением ухватиться за это предложение. Взглянув на Шарля, девушка внезапно опомнилась. Да, она предпочла бы оставить девичью фамилию. Однако стоило Джесс вглядеться пристальнее в серые глаза, как она почувствовала, что не может лгать и перестала бы себя уважать, если бы сделала это. Вообще-то Шарль ей только деверь, и почему она должна рассказывать ему что-либо о себе? Но если она действительно собирается начать новую жизнь, то не стоит начинать со лжи. — Это… не так, — наконец сказала Джессика, поняв, что Каран терпеливо ждет ответа. — Я… э-э… чувствую себя, словно никогда не была замужем.

— Ох… Бедная Джесс. Мне так жаль. Я не думал причинять вам боль, — снова извинился француз. — Вы были замужем меньше суток и…

— Пожалуйста, не жалейте меня, — перебила Джессика, — это неправильно. — Она не имела права на его сочувствие. Девушка судорожно вздохнула. — Я… — начала она, сама не зная, что собирается сказать.

Но, поняв, что разговор о коротком замужестве расстраивает девушку, Шарль успокаивающим тоном сказал:

— Жану было бы приятно, что вы приехали ко мне. — И тут Джессика подумала, что Каран знает ее мужа куда лучше, чем она сама.

— Наверное, вы тоскуете по брату… — Теперь уже она сочувствовала Шарлю.

— Между нами десять лет разницы. Естественно, я имел другие занятия. Но наши матери — сестры; в наших жилах текла одна кровь, и мы были близки… — Из коридора донеслось поскрипывание колес. — Ваш чай, я думаю, — сказал Каран и встал открыть Рене дверь.

Хозяин немного поговорил с экономкой, а затем опять обратился к своей новой служащей.

— Вы имеете ключи от машины? Анри, муж Рене, отнесет чемоданы в вашу комнату.

Сначала Джессика хотела сказать, что может сделать это и сама. Когда она уезжала из дома, то погрузила чемоданы в машину без посторонней помощи: отец был не в духе и не желал помогать дочери. Правда, ее папочка и в хорошем настроении не ударил бы ради нее палец о палец. Но ведь именно для подобной работы Шарль и нанял Анри, а Джессика не желала отнимать у других их игрушки и безропотно отдала ключи от машины.

— А вы будете пить чай? — спросила девушка, когда Рене с ключами ушла, предварительно переставив на низкий столик все то, что привезла на тележке.

— Конечно, — охотно согласился Шарль.

Взяв чашку тонкого китайского фарфора и боясь, не дай Бог, уронить это произведение искусства, Джессика налила немного чая.

— Молока? — предложила она.

— Почему нет? — ответил Шарль, и девушка поймала себя на мысли, что ей нравится этот мужчина, согласный пить чай с молоком, лишь бы заставить ее почувствовать себя в чужой стране как дома. Каким-то чудом она ухитрилась ничего не расплескать и не разбить. — Могу порекомендовать вам изделие моей экономки, — любезно предложил Шарль, придвигая Джессике тарелку с аппетитно выглядевшим печеньем.

— Я сыта после ленча, — отказалась девушка, вспомнив чудовищный бутерброд, с которым она отважно сражалась в городе. Вряд ли она захочет есть до обеда.

Джессика посмотрела в одно из трех высоких окон, из которых открывался вид на лужайку и деревья.

— Настоящая идиллия… — пробормотала девушка. В этом уютном уголке, который Шарль называл своим домом, царили мир и спокойствие. И он предлагал ей разделить эти чувства.

— Вы не думаете, здесь вам будет слишком тихо?

Повернувшись к деверю, Джессика поняла, что тот говорит совершенно серьезно.

— Никогда, — спокойно ответила она. — Странно, как вы можете уезжать отсюда.

— Париж тоже имеет свое притяжение, — ответил Каран, и Джессика заподозрила, что у Шарля в столице есть подружка, потом ей в голову пришла другая мысль.

— Вы ведь не женаты, верно? — спросила девушка и тут же залилась краской. — Извините… Кажется, я задала бестактный вопрос…

— Дорогая, вы ведь член семьи, — прямо ответил Шарль, видя ее смущение. — Мне бы очень понравилось, если бы мы лучше узнали друг друга. Поэтому, пожалуйста, вы должны спрашивать все, что хотите знать.

Слава Богу, он не обиделся и даже помог побороть смущение, и Джессика была благодарна деверю. Но застенчивая с детства девушка никогда не была щедра на дружбу и не представляла, понравится ли ей, если кто-то захочет узнать ее лучше.