День Проклятого Валентина (СИ) - Инфинити Инна

— А я недавно вышел на пенсию.

Я давлюсь глотком кофе и начинаю громко кашлять.

— Вам постучать по спине? — Участливо интересуется мужчина.

Я отрицательно качаю головой. Нет, ну это просто какой-то цирк.

— Извините, Петр. — Говорю, откашлявшись. — Но у нас с вами вряд ли что-то получится. Предлагаю не тратить друг на друга время.

И я снова беру в руки телефон и начинаю листать фотографии дочки. Петр еще пытается как-то спасти ситуацию, но я его даже не слушаю. Больше всего мне хочется отсюда сбежать. Знала же, что ни один нормальный мужик на такую ерунду не пойдет. Зачем только послушала подруг? Ну в понедельник я им все выскажу.

Звенит звонок, и Петр уходит. Напротив меня кто-то опускается, но я даже не поднимаю глаз, продолжаю смотреть фотографии дочки. Бросаю взгляд на наручные часы: восемь вечера. Лиза уже должна быть в Золотом ручье. Это посёлок для олигархов, в котором живут мать Максима и отец Кристины.

— Ты даже не дашь мне шанса? — Раздается приятный бархатистый голос, который заставляет меня замереть с поднесённым к экрану смартфона пальцем.

Глава 7. ОН

Я медленно поднимаю глаза с гаджета в моих руках на мужчину напротив. Смотрю на его лицо и чувствую, как учащается пульс. Слегка длинноватые темно-русые волосы зачёсаны назад, голубые глаза обрамлены густыми чёрными ресницами, прямой нос, на щеках и подбородке легкая щетина, которая очень ему идёт.

Чем больше я его рассматриваю, тем сильнее стучит мое сердце. Я скольжу глазами дальше: сильная шея, классический черный пиджак, белоснежная рубашка, галстук… На нем дорогая одежда. Я разбираюсь в мужских костюмах, у Максима их было очень много. На этом парне Hugo Boss, который просто великолепно подчеркивает его сильные плечи и руки. А галстук у него от Armani.

Мужчина разводит красивые губы в легкой улыбке и рассматривает меня с таким же любопытством, как и я его. Он цепляется глазами за мою шею, задерживает взгляд на груди…

Что такой интересный мужчина делает среди этого сборища неудачников???

— Я Артем, — говорит, смотря мне ровно в глаза.

— Ольга, — отвечаю тихо. Он такой красивый, что у меня пересохло в горле.

— Расскажи о себе, — просит своим невозможно бархатным голосом.

— Я стюардесса, и мне 25 лет. — Эти слова сами вырываются, и я тут же прикусываю язык.

Черт! Как я могла?

В глазах Артема резко загорается любопытный огонёк. Он снова впивается в меня глазами и пристально рассматривает. Но уже не так, как первый раз, а по-другому. Более хищно что ли…

И, черт возьми, скольжение его взгляда по мне отдаёт разрядом тока куда-то вниз живота. Туда, где я совсем ничего не чувствовала после развода.

Он слегка склоняет голову на бок и приподнимает вверх правый уголок губ. Это, казалось бы, незначительное действие заставляет мое сердце качать кровь с удвоенной силой.

Я не понимаю, что со мной сейчас происходит. Это что-то невероятное. Желание коснуться Артема пальцами настолько сильное, что от греха подальше я убираю руки под стол.

— Надо же, какая интересная профессия. — Начинает своим приятным баритоном, от которого пульсация тока внизу живота усиливается еще сильнее.

— А ты чем занимаешься? — Стараюсь сказать максимально невозмутимо. Надеюсь, со стороны мое состояние незаметно?

— У меня очень скучная профессия. — Он издаёт легкий смешок. — Я семейный психолог. Помогаю супружеским парам разбираться в их проблемах. Наставляю на путь истинный и делаю так, чтобы не разводились. — Он снова улыбается.

Его улыбка обезоруживает.

Чтобы хоть как-то собраться, я беру в руки кружку с остывшим кофе и допиваю его в два глотка.

— Ну почему же, очень интересная профессия. К тому же полезная. Ты помогаешь семьям сохраниться.

— Когда я шёл этим заниматься, именно такими соображениями и руководствовался. Но спустя 10 лет, мне уже наскучило. Но ничего не поделаешь, — Артем разводит руками. — К сожалению или к счастью, я очень нужен людям, поэтому не могу вот так бросить свою работу и начать что-то другое.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я смотрю на него, будто завороженная. Все внешние шумы меркнут, все люди вокруг испаряются. Есть только ОН.

— А сколько тебе лет? — Спрашиваю.

— Тридцать пять.

Черт, вот зачем я ляпнула, что мне 25? Он теперь будет думать, что я для него слишком молода.

Хотя чем старше мужчина, тем моложе девушки ему нравятся? Ведь так?

Звенит звонок. И я беспомощно опускаю веки, сжимая под столом кулаки.

Проклятье. Мы с ним так долго рассматривали друг друга, что совсем не пообщались.

А я хочу разговаривать с ним вечность.

— Оля, — тихо зовёт меня.

Я открываю глаза.

— Что?

Артем подаётся слегка вперед, обдавая меня запахом морского бриза.

— А давай уйдём отсюда прямо сейчас?

Он смотрит мне ровно в глаза, и я замечаю как тяжело он дышит.

— С удовольствием, — выдыхаю.

— Кхм-Кхм, — раздается сбоку, и мы с Артемом одновременно поворачиваем головы. Возле нас стоит мужик с большим пузом. — Молодой человек, вы должны перейти к следующему столику. А тут ваше место должен занять я.

Артем поворачивается ко мне с немым вопросом. Мол, хочешь с ним познакомиться?

Господи, да ни за что!

— Извините, мы уходим, — говорю мужчине и подскакиваю со стула, бросая на стол несколько купюр за кофе. Артем поднимается следом за мной, и я обращаю внимание, что он довольно высокий. Совершенно точно больше 180 сантиметров.

— Это против правил! — Возмущается мужчина.

Но нам все равно, потому что Артем берет меня за руку и уверенно ведёт к гардеробу.

Когда мы вываливаемся из заведения на улицу, то смеёмся в голос. Он продолжает держать мою руку и поворачивает к себе лицом. Сначала просто смотрит на меня, а потом спрашивает:

— Хочешь вина?

— Хочу, — отвечаю, не раздумывая.

— У меня дома есть отличная бутылка коллекционного из Италии. А еще прошутто и пармезан. Друзья недавно ездили и привезли в подарок. — И он вопросительно выгибает бровь.

Господи, да я с ним хоть на край света готова.

— Обожаю Италию, прошутто и пармезан. — Говорю ему, глядя в глаза.

Артем, не произнося больше ни слова, достаёт из кармана брюк телефон и вызывает такси. Через минуту возле нас останавливается белое авто с шашечками комфорт-класса. Мы залезаем на заднее сиденье, и Артем поворачивается ко мне.

Смотрит своими глазами мучительно долго. А у меня от этого взгляда бабочки в животе порхают. Он будто гипнотизирует меня.

И он совершенно точно уже меня околдовал, раз я сама подаюсь вперед и целую его в губы. Артем тут же отвечает, запускает ко мне свой язык, обнимает и плотнее прижимает к себе.

Его губы мягкие и целуют очень страстно. Ладонь скользит вверх по моей спине и оказывается у меня в волосах. Артем вжимает меня в сиденье и целует еще более страстно, еще более нетерпеливо. Он прикусывает мою нижнюю губу, а потом тут же слегка посасывает ее, затем снова переплетает свой язык с моим…

Мамочки, я сейчас умру…

Это просто невероятный поцелуй. Все мысли, все проблемы, вся боль и все страдания, которые жили во мне последние три с половиной год, исчезли в один миг. Я утонула в этом поцелуе. Ушла на дно с головой.

Мы целовались, как обезумевшие подростки, всю дорогу до его дома. И сейчас вваливаемся в квартиру Артема, не размыкая наших губ. Стремительно стягиваем с друг друга верхнюю одежду, моя дорогая норковая шуба летит в сторону, а сапоги вместе с ней. Артем подхватываете меня под ягодицы и несёт куда-то вглубь квартиры. Мы падаем на кровать и уже не останавливаемся.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

О чем я думала этой ночью? Ни о чем. Я вообще не думала. Этой ночью с Артемом я только чувствовала. Все те чувства, которые, я думала, умерли глубоко во мне, когда Максим собрал свои вещи и ушел к Кристине, снова проснулись. Артем пробудил их: своими губами, руками и горячим дыханием.

Я словно возродилась из пепла, как птица-феникс. Три с половиной года я была мертва, а этой ночью ожила, вздохнула, снова научилась чувствовать. Я не знаю о нем ничего, кроме имени, возраста и профессии, но такое ощущение, что мы знакомы всю жизнь.