Керрелин Спаркс - Мужчина ее мечты

— Не думаю. Жан-Люк сказал, что не разрешает в своем доме кусаться. Они все пьют кровь из бутылок.

— В самом деле? — Темные брови Фиделии взвились вверх. — Значит, никто из вампиров на тебя не напал?

— Нет.

— Жан-Люк не прибегал к внушению, чтобы заставить тебя делать что-то против твоей воли?

Хизер покачала головой, чувствуя, как зарделись ее щеки. Он заставил ее кричать, но делала она это по доброй воле.

— Не думаю, чтобы он контролировал мое сознание. Но сама я потеряла над собой контроль. Я наорала на него и ударила по лицу.

— А он огрызался в ответ?

— Нет. — Хизер смущенно шевельнулась. — Он просил меня не покидать дом. Сказал, что… беспокоится о нашей безопасности.

Фиделия сделала глубокий вдох.

— Минутку, дай кое-что уточнить. Он не нападал на тебя, не кусал и не манипулировал никаким образом твоим сознанием?

— Нет.

— Тогда зачем ты накричала на него и ударила?

— Потому что они вампиры. Разве одного этого недостаточно?

Фиделия пожала плечами:

— Насколько мне известно, они из кожи вон лезли, чтобы мы чувствовали себя хорошо. Они всерьез озабочены нашей безопасностью. И сегодня даже потеряли одного из своих.

— Пьер был смертным.

— Он был их товарищем, и его смерть причинила им боль. Это могло случиться с любым из них. Или из нас. Нам всем грозит опасность.

Хизер вздохнула.

— Думаешь, нам лучше здесь остаться? Объединиться с этими… вампирами против общего врага?

— Луи — вампир, разве нет? Вот, что я скажу: наша лучшая защита — это другие вампиры. Мы определенно не должны отсюда уходить.

Хизер кивнула:

— Я согласна. Но как только они убьют Луи, мы уйдем.

— А что с Жан-Люком? Он ведь нравится тебе?

— Я не могу встречаться с человеком, который на протяжении веков кусал женщин и пил их кровь.

— Бьюсь об заклад, он славно умеет целоваться взасос.

— Фиделия! Он монстр.

Фиделия потянулась к сумке:

— Хочешь, чтобы я его пристрелила? Так я сделаю это сегодня же.

— Нет! — Хизер вскочила.

Фиделия посмотрела на нее с пониманием:

— Ты провалила этот тест.

Хизер стиснула зубы.

— Это не то, что ты думаешь.

— Что он очень хорош в постели?

— Это не имеет никакого отношения к влечению, — возразила Хизер возмущенно, снова усаживаясь. — Я просто ненавижу насилие как таковое.

— Но это ты ударила его.

— Я страшно расстроилась. И теперь немного переживаю по этому поводу.

— И когда он признался? — Фиделия подалась вперед, опершись на локти. — До или после секса?

— После. — Хизер потерла лоб. У нее начала болеть голова.

— Ага, поэтому ты его и ударила. Ублюдок. Сам получил удовольствие, удовлетворил свои потребности и ошарашил тебя правдой-маткой.

Хизер ощутила в виске тупую боль.

— На самом деле он не… то есть он все это время ублажал меня.

— О! — У Фиделии загорелись глаза. — Вот это Жан-Люк.

Хизер вздохнула. Она пережила сильнейший оргазм. Но не стойло об этом больше думать.

— Значит, он тебя не кусал и не искал собственного удовольствия. — Фиделия в раздумье наклонила голову. — Тогда зачем затащил тебя в постель?

— Он сказал, что любит меня. — Хизер проглотила вставший в горле ком.

— A, amor[11].

Хизер ссутулилась.

— Он сказал, что ждал меня пять сотен лет.

— М-м-м. Romantico[12].

— Но он вампир.

Фиделия пожала плечами:

— В мире нет совершенства. У моего второго мужа… у него на одной ноге было шесть пальцев.

— Здесь все гораздо серьезнее. Жан-Люк половину времени мертвец.

Фиделия кивнула:

— Для большинства мужчин это было бы преимуществом.

— Я серьезно! Мне нужно держаться от него подальше.

Я хочу нормальной жизни для себя и Бетани. Мы останемся здесь до поры до времени, но я намерена его всячески избегать.

— Ладно, — согласилась Фиделия. — Но ты не должна с ним никогда разговаривать. И не должна никогда вспоминать, как хорошо было с ним в постели. А он и вправду был так хорош?

— От тебя нет никакого толка! Ты вообще на чьей стороне?

Фиделия похлопала себя по коленке.

— Я на стороне твоего сердца. Если прислушаешься, оно подскажет тебе, что делать.

Ощутив новый приступ головной боли, Хизер застонала. Не такой совет она хотела услышать. Потому что в том, что касалось сердца, она, похоже, уже проиграла.

Хизер беспокойно металась в постели и в конце концов отказалась от дальнейшей попытки уснуть. Приняв горячий душ, она оделась и к пяти часам утра направилась в студию. Когда проходила мимо комнаты охраны, дверь открылась.

— Доброе утро, детка, — поздоровался с ней Робби.

Пробормотав ответное приветствие, Хизер заспешила прочь. Если бы могла погрузиться в любимую работу, то наверняка забыла бы обо всех вампирах, которыми кишел этот дом. Теперь все они, вероятно, знали, что их тайна раскрыта.

— Эй! Постой!

Она обернулась. Отлично. За ней следовал один из них, по имени Финеас. Хизер не стала задерживаться.

— Что стряслось? — Он поравнялся с ней.

— Ничего. — Она остановилась перед входом в студию и набрала на панели цифровой код. — Я хочу работать.

— Вот здорово. Не обращай на меня внимания. Я тут болтаюсь без дела.

— Как летучая мышь? — проворчала она, входя в студию.

— Скорее как твой личный телохранитель. — Он закрыл за ней дверь. — Мы хотим, чтобы твоей безопасности ничто не угрожало.

— Почему-то я чувствую себя куда в большей безопасности, когда за мной не ходят по пятам вампиры.

Финеас застыл с обиженным видом.

— Я тебя не обижу.

Неужели она и впрямь сделала ему больно?

— Разве ты ни разу никого не укусил?

Он поморщился.

— Я, конечно, не идеал, но очень стараюсь не терять над собой контроль. Я знаю, что раньше был лентяем. Черт. Я был при жизни настоящим неудачником. Но Ангус верит в меня, и я ни за что его не подведу.

Хизер прошла к рабочему столу.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что сейчас, когда стал мертвецом, живешь лучше?

— Я не мертвец. По крайней мере сейчас. Да, моя жизнь стала лучше. Я отсылаю деньги домой, своей семье.

Учусь фехтовать, изучаю боевые искусства. Хочешь, покажу?

Не успела Хизер отказаться, как Финеас сделал оборот вокруг своей оси, повернувшись лицом к группе манекенов в центре комнаты.

— Хей-я! — Он принял боевую позу. — Сейчас я урою тебя, молокосос!

Он схватил манекен за руку, крутанул и перегнулся пополам. Манекен, по предположению Хизер, должен был перелететь через плечо Финеаса и рухнуть на пол. Но к несчастью, его рука просто оторвалась.