Малышка для большого босса. Любовь не продаётся - Виктория Вишневская

слёзы с уголков глаз. – Я помечу этот день розовым в календаре. Можно я вас сфотографирую?

– Нет, – бурчит недовольно, хватая пульт и стыдливо вырубая программу. Варя несётся со всех ног, едва не падает и врезается в меня своим крохотным телом, обнимая. Быстро-быстро целует, а потом, бросив меня, убегает обратно к Руслану.

Не поняла…

– Тацуем! – командует важно, отдавая Юсупову приказ. И начинает танцевать, размахивая ножками, ручками. Для меня репетировали, что ли?

А Руслан устало плюхается на ковёр, в кучу игрушек, и прикрывает глаза.

Умаялся, бедный… Устал.

Представляю, весь день с ребёнком наедине провести, когда ни разу даже на час с малышнёй не оставался.

Пожалеть его, что ли?

Наконец, успокоившись, встаю с корточек.

Какое же у меня хорошее настроение… Юсупов поднял его в считанные секунды.

Подхожу к боссу, наклоняюсь прямо над его лицом и насмешливо спрашиваю:

– Как вам роль отца, папаша?

А он, на удивление, расплывается в улыбке. Дурак, что ли? Или тронулся?

Боже мой! Я сгубила босса!

– Здорово. Варя – ходячее чудо.

В груди загорается радостный огонёк. И я искренне улыбаюсь, выпрямляясь и заходя Руслану за спину. Опускаю ладони на его мускулистые и затёкшие плечи, разминая их.

Вот это да… Какие зажатые.

– С посвящением вас, боец, – тихонько шучу, продолжая делать массаж. Я не мастер, но… Он ужасно разбит.

Впервые слышу, как босс постанывает.

В секунду щёки вспыхивают, а сердце подлетает к горлу, часто и бешено забиваясь там, как ненормальное.

И это не самое худшее…

Внизу живота невыносимо тянет, будто он своим глубоким голосом нажал на кнопку включения.

Влюбилась… Настолько, что возбуждаюсь лишь от мужского усталого стона. И от того, как Руслан расслабляется, откидывая голову чуть назад, прикрывая глаза.

– Я сейчас… – выдыхает. Вдруг шлёпает себя ладонью по губам, останавливаясь. – Выражаться не будем.

Очень странно, но я догадываюсь, что он хотел сказать… И тем самым вогнал меня в краску. Я сильнее надавливаю на его плечи. А он… А он опять постанывает!

Ему бы в порно-актёры! Столько бы просмотров собирал!

– У-устали? – заикнувшись, нервно проговариваю.

Перестань, прошу! Ты явно проверяешь меня на прочность!

– Немного, – шепчет всё ещё с закрытыми глазами. Какой же он красивый… Даже с этими глупыми хвостиками на макушке и заколками на бороде. Надо бы их убрать, но… Не могу. Прикладываю больше сил, чтобы снять зажимы мышц. – У нас были некоторые трудности, но мы справились.

– Например?

– Она захотела есть, а я неважно готовлю.

Ну, конечно, как он будет уметь делать это, если у него либо ресторан, либо домработница?

– Оу…

– Но у нас оставалась еда с Нового года. Надеюсь, ты не убьёшь меня за то, что я накормил её не свежим.

– Нормально, – успокаиваю его. Ничего страшного в этом нет, да и я сама виновата, что сорвалась с места, не подумав об этом. Но времени готовить совсем не было.

Взгляд неосознанно скользит на Варюшу. Она как раз падает на пол рядом с измученным Лаки. Даже ему досталось, бедному…

Хм… Стойте. Разве эта майка была на ней?

– Вы переодевали Варю? – спрашиваю чисто из любопытства. Босс растёт в моих глазах. Он уже детей переодевает! Что дальше будет?

– Да, сменили футболку. Ваши вещи привезли. Они в той комнате, где Варя спала на Новый год. Я устроил там склад. Ваша спальня по-прежнему напротив моей.

Напротив его…

Убираю ладони с его тела, начиная дико бояться своей дурацкой реакции. Он вызывает во мне странные чувства только одними словами.

– Хорошо, – опускаю взгляд, вновь зардевшись. Попутно снимаю эти глупые заколки с его аккуратно подстриженной бороды. И от всей души говорю: – Спасибо вам огромное.

– Тебе, – поправляет в который раз.

Закусываю губу. Когда-нибудь я привыкну!

– Спасибо тебе огромное, – выдыхаю. – Можешь отдохнуть. Я займусь Варей.

Странно, но я ни капли не устала после дороги. Силы бьют ключом. Особенно после того, что увидела.

– Да она сейчас уснёт, – хмыкает уверенно, открыв глаза и посмотрев на дочку. Та что-то бормочет Лаки, но всё тише и тише.

– Не, часа через два только, – уверенно заявляю. Я что, дочку свою не знаю? – Как раз искупаемся, покушаем, я немного поиграю с ней. Если успею – сделаю вам массаж в знак благодарности.

Кто. Дёргает. Меня. За. Язык?

Какой массаж?

Но он ведь заслужил…

Такой молодец. Весь день просидел с ребёнком. И вернувшись, я не увидела помятого Юсупова (только усталого!), и Варю в ссадинах. Обычно новенькие няньки не могут уследить за детьми. И об угол ударятся, и из миски поедят.

А он… Справился лучше любого мужика.

И теперь выдаёт слова, которые заставляют мою душу трепетать:

– Не сомкну глаз, пока не испытаю это удовольствие ещё раз.

Опять тихонько смеюсь, пытаясь скрыть смущение и неловкость.

– Или завтра, если не успеем, – исправляюсь, идя на попятную. Испугалась! Конечно, испугалась. Я делала массаж только одному человеку, и это – своей булочке!

– Кстати, – вдруг проговаривает, указывая в сторону. Поворачиваюсь, а Варя уже спит на Лаки попой к верху, приоткрыв рот и капая слюной на шерсть щенка. – Я же сказал, что уснёт. Мы днём не спали.

Чего-чего? Он справился с ней без дневного сна?

– Не спали… Что же вы делали?

Целый день с ребёнком! Мне теперь даже не страшно оставлять их снова.

Руслан дёргает себя за хвостики, демонстрируя работу моей булочки.

– Вот что, – с какой-то гордостью произносит.

Чёрт, я чуть от жалости не глажу его по плечам.

– Ладно, отдыхайте, – решаю всё же успокоить и поддержать его словами. – Пойду, уложу её в постель.

А затем в душ, снова становиться человеком…

Выпрямляюсь, отхожу от босса и иду к своей малышке, поднимая её