Малышка для большого босса. Любовь не продаётся - Виктория Вишневская

последние мозги в маджонге растерял?

– Влюбилась, говорю, – упрямо твердит дед. – Глазки сияют, улыбаешься, когда думаешь о нём.

Я? Я всё это делаю? Да ну!

Отворачиваюсь, поджимаю губки и делаю вид, что обижаюсь на него за несусветный бред. А на самом деле, пытаюсь скрыть зверское и невиданное ранее смущение.

Если поразмыслить… Мне с боссом приятно находиться. Мне нравится, как он пахнет, как ведёт себя. Какие у него с Варей хорошие отношения…

Он классно целуется. И вообще нормальный мужик. Животных любит. А такие люди автоматом должны быть с большим сердцем и широкой, чистой душой.

Руслан во многом мне помогает, хотя не обязан этого делать.

И порой я ловлю себя на мысли, что хочу быть там, в его квартире. Прямо как сейчас.

– Я не влюбилась, – выпаливаю, негодуя из-за слов деда. Ищу аргументы, чтобы убедить в этом себя и его. Но… Ничего не нахожу. – Просто…

Просто ты влюбилась, Веста.

Глава 46

Рычу сама на себя, не зная, что сказать.

– Просто? – докапывается дедуля.

– Дед, ты веришь в судьбу? – задаю глупый вопрос. Несу полную чушь. Но мне простительно, наверное. Я давно сошла с ума.

– Конечно! Как иначе я бы с бабкой познакомился? Царствие ей небесное!

– Вот и я поверила, – задумчиво тяну. Я никогда не верила в чудо, не надеялась на судьбу и не просила помощи у Бога. Реалистка, чёрт возьми, которая могла полагаться только на себя. А теперь думаю… Что сама жизнь сводит нас с Русланом вместе. – Когда босс оказался отцом Варюши.

– Чё?

Вздыхаю и ещё раз повторяю ему:

– Я узнала, кто биологический отец Вари. И сейчас мы живём у него. Чисто случайно.

Дедуля зависает, кажется, будто двигает вручную шестерёнки у себя в голове.

Конечно, он шокирован. Я вообще в обморок упала от этой новости.

– Ну и чё ты тут делаешь тогда? – как-то разочарованно произносит он, покачивая головой. – Езжай домой.

– Не могу. Вдруг тебе плохо станет? Я на ночь останусь.

Внезапно мне прилетает смачный подзатыльник. Я чешу голову и чуть не плачу.

– Вроде старый, а сил как у молодого, – кидаю недовольно, переводя всё в юмор. Мы любим шутить про его возраст.

– Я же говорю, ничего не случилось. Сейчас таблеточек напьюсь и встану на ноги свои дряхлые. А ты давай, домой езжай, или где ты там сейчас живёшь. Потом мне всё расскажешь. Лучше в следующий раз Варюшу привози. Я по ней соскучился. Ну и с мужиком твоим знакомиться будем.

– Он не мой мужик! – краснею, как девчонка, едва не подпрыгивая на месте.

– Вот, чтобы к следующему приезду – стал твоим!

– Да ну тебя, – всё же подрываюсь со стула. Замахиваюсь, чтобы дать ему подзатыльник в ответ. А он за сердце хватается, старый хрыч, изображая больного. Я за него переживала, дочку оставила, а он! Партию в маджонг проиграл! До сих пор успокоиться не могу! – Посижу с тобой ещё несколько часов, а к вечеру поеду домой.

Недовольно скрестив руки, выхожу из больничной палаты. Дурак, блин! Так и хочется влепить ему в бубен!

Достаю телефон в надежде, что босс напишет. Успокоит меня. Ну, или спросит что-нибудь.

Но от него тишина, да и только.

Справляется ли?

Сердце не на месте. Волнуюсь жутко. И скучаю.

И по Варе, и по нему.

Вот же влипла, а…

***

– Спасибо, Миша, – благодарю водителя и, не дожидаясь его ответа, резко хлопаю дверью. Лечу к подъезду, чуть не поскальзываюсь по пути. Так тороплюсь увидеть доченьку и узнать, как у них дела с боссом, что пять минут в лифте кажутся мне пыткой.

Нервно переминаюсь на месте, отсчитываю каждую секунду и вызываю недоумение у какой-то незнакомой женщины.

Плевать!

Подлетаю к квартире, вставляю ключ в замок. Всё как в тумане происходит. Кидаю вещи на вешалку, не заметив, как шапка падает на пол. Плевать!

Срываюсь с места, но остываю и перестаю суетиться, когда в уши проникает весёлая мелодия, а следом – вибрирующий голос мужчины.

– Вот так, да?

Я аккуратно, с опаской, крадусь по коридору. Ступаю тихо, боясь быть рассекреченной раньше времени.

Я, конечно, предупредила, что еду домой, но не уточнила, когда именно буду. Даже первого января в столице пробки, да и погода плохая.

А теперь, как воришка или сталкер, останавливаюсь у арки, заглядывая краем глаза в большой зал.

И чуть не вою, замечая раскиданные на ковре игрушки. Я бы их убила! Засранцы!

Но даже ругать не могу. Расплываюсь в улыбке от того, что вижу.

Руслан и Варюша стоят перед плазмой, внимательно изучая происходящее на экране. Фигурки какие-то дрыгаются под музыку. Танцами назвать это тяжело. А Варя с боссом повторяют за ними, вырисовывая восьмёрку тазом.

– Тяк! – возмущённо топает ножкой малышка, показывая, как правильно надо. Юсупов пытается повторить, и у него нехило так получается. Эротичненько…

Быстро провожу ладонью по губам. Слюни ещё не потекли?

Песня внезапно сменяется, как и танец.

Они замирают, вместе изучают его несколько минут. И Руслан вдруг бьёт себя по лбу.

Понимаю его…

Там нужно двигать тазом взад и вперёд, сопровождая это действие движением рук.

А это явно выше его сил.

– Есё! – кричит малышка, начиная танцевать точь-в-точь, как мультяшные герои. И боссу ничего не остаётся, кроме как присоединиться и повторять за каким-то персонажем.

И меня пробирает на смех. От этих движений, от розовых резинок у него в волосах и заколок в виде бабочек на бороде.

Аж жмурюсь, давясь смехом.

– О, – удивлённо звучит сквозь противную мелодию.

– Ма-а-а!

А я не могу ответить им. Заливисто смеюсь, присаживаясь на корточки от того, как сводит мышцы живота.

– Простите, босс, – стираю