Сандра Даллас - Веселое заведение

— А ты сможешь ее отыскать в такой темноте?

Голос у нее невольно дрогнул. Хотя она и не произнесла ни единого слова жалобы, Нед прекрасно понимал, что она умирает от голода, холода и усталости. Поначалу он решил оставить ее здесь и самому отправиться на розыски хижины, но потом передумал, опасаясь, что в темноте может ее потерять. Поэтому он сказал, что они будут искать хижину вместе.

После получасовых тщетных поисков выбившаяся из сил Эмма уговорила Неда сделать привал на том месте, где они в этот момент оказались. Нед выбрал для ночевки площадку под нависавшей над головой скалой и расседлал лошадей. Поскольку развести огонь из-за сырости не удавалось, они закутались в одеяла, после чего Нед вскрыл жестянку с сардинами, которые они проглотили в один момент вместе с несколькими размокшими крекерами. Остальные вещи и припасы Нед запрятал подальше под скалу, где было посуше. Его обрадовало, что среди вещей, которые Эмма с собой прихватила, оказались купленный им в Джаспере кофейник и фунтовая упаковка кофе. «Завтра, — подумал Нед, — Эмму разбудит запах только что сваренного кофе». Поставив ее об этом в известность, Нед снял с кофейника крышку и прислонил его к скале рядом с расселиной, откуда капала дождевая вода, втайне надеясь, что к утру кофейник наполнится. Размышляя о дне грядущем, Нед громко посетовал, что они не догадались купить сосисок или свиных ребрышек, чтобы завтрак получился посытнее.

— Как ты думаешь, можно использовать в качестве сковородки лопату? — спросил он Эмму.

Женщина не ответила; Нед, склонившись над ней, заглянул ей в лицо и обнаружил, что заболтал ее до того, что она уснула. Натянув ей одеяло чуть ли не до подбородка, он некоторое время всматривался в ее черты; потом, примостившись от нее в нескольких футах, завернулся в свое одеяло, зевнул и провалился в глубокий сон.

Так уж вышло, что Эмму разбудил отнюдь не аромат свежесваренного кофе, но несильный удар в бок носком сапога. То же самое произошло и с Недом — за тем исключением, что его ткнули сапогом в бок куда сильнее. Он проснулся мгновенно и первым делом подумал, что их с Эммой отыскали в каньоне люди шерифа. Но стоило ему только приподнять голову, как им овладело сходное с озарением чувство, и он все понял — еще до того, как увидел ухмыляющуюся физиономию Эрли. Тот был пьян, и от него разило, как из бочки. В руке он держал револьвер, ствол которого был направлен на Неда.

— Мы, парень, не видели тебя года три, а то и четыре. А теперь вот встречаем во второй раз на протяжении одних суток, — сказал Черный Джесси.

Нед взглянул на Эмму и по дрожанию ее ресниц понял, что она только притворяется спящей. Черный Джесси ткнул ее сапогом еще раз — уже сильнее, а когда она открыла глаза, сказал: «Доброе утро, хозяюшка». Эмма приподнялась и села. Даже если она и была напугана, догадаться об этом по выражению ее лица было крайне затруднительно. Более того, она даже позволила себе зевнуть, прикрывая ладошкой рот.

— Мы с Эрли остановились в хижине неподалеку. Помнишь эту хижину, малыш Нед? Она достаточно велика, чтобы вместить нас всех. Между прочим, вы могли переждать дождь там, — сказал Черный Джесси.

Нед, разумеется, помнил хижину, а сейчас с неприятным сосущим чувством припомнил, откуда он о ней узнал. Ее показали ему братья Майндеры, с которыми он как-то раз в ней ночевал.

— Мы допили взятое с собой виски и уже стали подумывать о завтраке, как вдруг увидели на земле отпечатки копыт ваших лошадей, — продолжал повествовать Черный Джесси. — Мы, ясное дело, двинулись по следу и наткнулись на вас.

— Еды у нас немного, но тем не менее вы можете позавтракать с нами, — сказала Эмма. Она надела сапоги и потянулась было к сложенному горкой провианту, как вдруг Эрли, сделав шаг вперед, наступил ей на руку. Эмма поморщилась, но ничего не сказала.

— Сначала надо отобрать у вас «пушки», — сказал Эрли. Он поднял с земли револьвер Неда, лежавший в кобуре рядом с его седлом. Черный Джесси носком сапога разворошил одеяло Эммы и нашел ее оружие. Пока Эрли держал Неда на прицеле, Черный Джесси занялся сбором топлива для костра. Эмма, двигаясь подчеркнуто размеренно и неторопливо, вытащила из-под скалы упаковку молотого кофе, высыпала пригоршню коричневого порошка в кофейник с дождевой водой, разожгла костер и поставила кофейник на огонь. Потом она достала две чашечки из белого металла и жестянки с консервированными продуктами. Она была так спокойна, что Нед усомнился, в полной ли мере она осознает нависшую над ними опасность.

Нед протянул руку, чтобы взять одну из жестянок, но Эрли щелкнул курком револьвера, ставя его на боевой взвод, и сказал:

— Сначала мы.

Нед растянул губы в улыбке, скрестил ноги в щиколотках и оперся спиной о лежавшее на земле седло.

— Ну и ладно. Я не голоден.

Эрли искоса посмотрел на Эмму. Его взгляд не понравился Неду, и он начал говорить какие-то глупости, чтобы отвлечь его внимание от женщины, но Эрли, бросив: «Мне тоже что-то есть не хочется», — снова устремил взгляд на Эмму, сладострастно облизав при этом губы. Эмма, в свою очередь, взглянула на Эрли, опустила глаза и, как показалось Неду, едва заметно вздрогнула.

— А ведь ты Неду никакая не сестра, верно? — сказал Эрли.

— Меня зовут Эмма, — ответила женщина. Она поднялась с места и встала сбоку от костра, сложив на груди руки. Ноги у нее, однако, были слегка расставлены в стороны и согнуты в коленях, как если бы она готовилась к прыжку. Нед очень надеялся, что она не станет совершать ничего отчаянного или героического — по крайней мере до тех пор, пока у него не созреет какой-нибудь план. Признаться, ничего путного в голову ему не приходило, так как нападать на Майндеров с голыми руками было равносильно самоубийству.

Эрли продолжал сосредоточенно разглядывать Эмму. В уголках рта у него появилась слюна.

— Что-то мне совсем уже есть расхотелось, — повторил он весьма многозначительным тоном.

Эмма беспомощно посмотрела на Неда. Тот огляделся в поисках какого-нибудь предмета, который можно было бы использовать в качестве оружия. Эрли проследил за его взглядом, увидел камень, лежавший неподалеку от Неда, и ударом сапога отбросил его в сторону.

— Иди-ка сюда, — сказал Эрли, обращаясь к Эмме.

Она не двинулась с места.

Эрли возвысил голос:

— Делай, как я сказал. Или, быть может, ты полагаешь, что слишком хороша для меня?

Эмма покачала головой.

— Нет, — произнесла она едва слышно.

Казалось, она обратилась в статую и просто не смогла бы сдвинуться с места, даже если бы и захотела.