Его Случайный Наследник - Анна Гур

не единственный, кого вы покорили в тот вечер. Только в отличие от желторотого богатого папенькиного сынка, мне есть что вам предложить. Я с недавних пор мужчина полностью свободный от всех обязательств и планы у меня на вас серьезные. Я не предлагаю вам роль своей любовницы, не играю в темную. Я хочу видеть вас рядом с собой.

По мере размеренной речи декана у меня просто все начинает плыть перед глазами. Быстро делаю жадный глоток воды. Не хочу, чтобы думал, что я от его предложения в обморок свалилась.

А Филипп Константинович тем временем поднимается со своего кресла и огибает стол. С каждым его шагом расстояние между мной и деканом сокращается, а у меня пульс начинает зашкаливать.

Сил на то, чтобы двинуться не остается. Я буквально прирастаю к креслу, пока декан опирается о свой стол прямо передо мной и смотрит с высоты своего роста на обмякшую в кресле меня.

Кажется, что я перестаю понимать его речь. Вот не разбираю слов, но это только в первое мгновение, но затем сознание возвращается.

— Это хорошее предложение, Алина Николаевна, Алина… поверьте мне. Я умею быть обходительным с женщинами, ну и я в том возрасте, когда особо не раскачиваются. У меня все прямо. Зацепили вы меня. Очень сильно. Забыть не смог образ юной красавицы, которая порхала по танцполу, к сожалению, в руках другого мужчины.

— Лучше бы я вовсе не ходила на эту чертову свадьбу! — отвечаю в сердцах.

— Быть может было ы лучше, но вы там были. И, к сожалению, все ваше внимание было отдано господину миллиардеру. Ну это и понятно, учитывая, что вы были свидетелями жениха и невесты.

— Если бы повернуть время вспять, я бы не стала с ним в пару, — проговариваю неожиданно для себя. В моем голосе явно слышна горечь, обида обжигает изнутри.

Меня заметили все, кто мог, а вот Лексу я не нужна. Попробовал, покувыркался ночку и выкинул из своей жизни.

— Это невозможно. Все уже случилось. Мне почему-то в тот вечер показалось, что вы для меня потеряны. Слишком уж явным было внимание Ставрова, но время идет, а вы одна. Сегодня же случай с Арсением подстегнул меня к действиям.

57

— Каким действиям, Филипп Константинович?! К запугиванию? Шантажу? Вы мне сейчас пригрозите, что, если я спать с вами не буду, вы поставите крест на моей аспирантуре, или вообще из университета вышвырните? Как решаются вопросы у богатых и влиятельных?! Вон один никак переварить не может, что я не продаюсь!

Повышаю голос. Меня колотит. Слезы набухают на ресницах.

Декан улыбается, как-то тепло.

— Алиночка, мы ведь просто с вами беседуем. Заметьте, с момента начала разговора я никоим образом вас не обидел.

— Этот разговор странный. Он неправильный. Вы мой декан! Я — студентка! То, что сейчас происходит в корне неправильно.

— Мы с вами взрослые люди, Алина. Вы умная девушка, ничего криминального здесь не вижу, — пожимает плечами, — но в прочем, я считаю, что нам с вами необходимо время. Вам уж точно.

— Мне не нужно время! Я не…

Поднимает руку, прикладывает к моим губах теплый сухой палец.

— Тссс. Вы сейчас наговорите лишнего. На эмоциях. А это неправильно, Вишневская. Дайте шанс. Мне. Себе. Нашим возможным отношениям.

Отрицательно качаю головой. А декан отнимает пальцы от моего лица, напоследок мазнув указательным пальцем по контуру моей верхней губы.

— Красавица. Чем больше смотрю, тем сильнее поражаюсь, как не замечал…

Декан смотрит на меня с легким прищуром, словно действительно в раздумьях.

— Сегодня у меня полно дел. Ответственные встречи, — наконец добавляет все еще безотрывно смотрит на меня, — затем мне подадут машину, нужно уехать на встречу, к пяти я вернусь обратно в университет.

Переходит на деловой лад и дает свои обычные распоряжения относительно документов и дел, которые я должна переделать к его приходу. И словно не он только что мне делал странное и крайне непонятное предложение.

Киваю, принимая во внимание перечень всего, что должна переделать к его приходу.

— Дождитесь меня, Вишневская, и мы продолжим наш разговор где-нибудь в другом месте. Более располагающем к общению, — заканчивает, неожиданно возвращаясь к основной теме.

— Я с вами никуда не пойду, спать с вами тоже не буду!

Опять поднимает вверх палец.

— не торопите события. Пока мы с вами просто поговорим. Если не ошибаюсь, Шаповалов только что вас слишком сильно прессовал, выбивая взаимность?

Сжимаю с силой губы. Он меня теперь этим шантажировать будет?

Но декан опять удивляет.

— Пока вы в моем кабинете — вы в безопасности. Не рискнет Арсений пойти против моего слова. Заявиться в кабинет сейчас для него непозволительная дурость, а вот подстеречь вас после вашей работы и продолжить начатое в духе мажора.

Я, наверное, бледнею, потому что декан хмурится и опять берет мое слабое запястье, сжимает в своих сильных пальцах практикующего хирурга и отсчитывает пульс.

— Советую попить боярышника. Курс месяц. По пятнадцать капель. Растительное средство седативное подействует на нервную систему. И не помешает занятиям, усидчивость не потеряете.

— Филипп Константинович я не понимаю вас? Вы меня запугиваете, убеждаете, шантажируете? И вместе с тем делаете назначения, чтобы у меня нервная система не выгорела?

Опять улыбается. Лицо у него приятное, располагающее. Не красавец, но есть что-то притягательное. Это называется шарм. Наверное. Обаяние. Хоть я ощущаю, как декан загоняет меня в угол, он делает это крайне аккуратно, не вызывая моей агрессии.

— Думайте что хотите, Вишневская. Я в состоянии исполнить каждое из ваших обвинений. Но. Сегодня я предлагаю вам защиту и ужин в моем обществе.

Опять порываюсь отказать, но мужчина резко наклоняется ко мне, и я отшатываюсь, вжимаюсь в спинку кресла.

Опасность. Она исходит от Филиппа Константиновича, читается в его сероватых глазах, которые смотрят на меня сквозь стекла очков.

— Если вы уйдете из университета в моем сопровождении, те кто сильно заинтересован вас прессовать, это увидят. Шаповалов еще та сволочь, но он никогда не пойдет против того, кто заведомо сильнее. С вас Вишневская всего лишь ужин в моей компании, непринужденная беседа без продолжения в горизонтальной плоскости.

Сглатываю ком открываю рот и опять закрываю.

— Вы мне нравитесь, Алина Николаевна, более того. Впервые за долгое время меня по-настоящему тянет к женщине, но именно сейчас я предлагаю вам только то, что предлагаю. Совместный ужин. Не более. Я цивилизованный человек, а не голодный до женского тела желторотый слюнтяй. Как бы я не хотел, ничего не предприму. Всего лишь ширма для вас, чтобы кое-кто сильно назойливый прекратил преследование по крайней мере на сегодня.

Замолкает и окидывает меня прицельным взглядом, выпрямляется и смотрит