Сводные. Ты (не) можешь меня любить - Ника Лисицына

– А разве я хожу по дому обнажённым? – удивляется этот гад.

– Ты издеваешься? – возмущаюсь я.

– Ничуть, – качает головой. – Я был обнажённым в своей комнате, – говорит он, пристально глядя в мои глаза. – И смею заметить, ты сама ворвалась в мою спальню.

От возмущения даже дыхание перехватывает. Стою и хватаю ртом воздух. Жар приливает к моим щекам.

– Ты… Ты…

– Да? – усмехается он, делая шаг ближе и чуть склоняясь.

Чувствую его обжигающее дыхание на своих губах и замираю испуганным кроликом.

– Я лишь констатирую факты, – продолжает он, глядя в мои глаза.

– Это не твоя комната, – выдыхаю я.

Мой голос дрожит и скатывается в шёпот.

– Что? – удивляется Макс.

Благодаря его ошеломлению я могу взять себя в руки и оттолкнуть от себя.

– Ты уехал из этого дома, и теперь эта комната не твоя! – заявляю я. – А это значит, что ты не можешь ходить по ней так, как тебе вздумается.

– Ты что, обиделась на меня, что не было продолжения? – снова удивляется Макс, и, похоже, он искренне задаётся этим вопросом.

– Всегда знала, что ты идиот, но не думала, что настолько, – фыркаю в ответ, хоть и мысленно приходится согласиться с этими словами, и оттого сильнее начинаю ненавидеть этого засранца.

– Скажи, Барби, тебе понравилось то, что ты увидела?

– Прекрати нести чушь, – взрываюсь я.

– Это не чушь, – улыбается он. – Это твои желания, – он склоняется ещё ниже. – Понравилось, но прикоснуться не смогла. Оттого такая колючая, – говорит, словно пытается прочитать меня.

Смотрю на этого хама и диву даюсь, насколько он самоуверен! А ведь раньше таким не был.

Но стоит признаться хотя бы себе, что он и правда великолепен. Мускулистое тело, накачанные грудные мышцы и бицепсы, кубики на прессе… Он просто идеальный. А то, что должно было быть спрятано под трусами… Да он просто гигант! Вот только язык его портит, и всё вспыхнувшее очарование от его внешности тут же тает, стоит ему только раскрыть свой рот.

– Да меня от твоего вида едва не затошнило, – говорю я, глядя на него полным презрения взглядом. – И если ты думаешь, что от лицезрения твоего… твоего… – назвать не могу, просто рукой указываю, – органа, я упаду к твоим ногам, то ты сильно ошибаешься.

– И почему я тебе не верю? – усмехается Макс, чуть отступая.

Вижу, как в его глазах всплеснулось негодование, но он старается не подать виду.

– Ладно, – говорит. – Чего хотела?

Мысленно хмыкаю и усаживаюсь на диван в гостиной.

– Совет директоров прислал мне сообщение, – говорю я. – Они собирают собрание завтра утром.

– Хм, – усмехается, глядя в сторону. – Быстро же они подсуетились.

– О чём это ты? – хмурюсь я.

– Хотят сместить отца с должности генерального директора, – поясняет неохотно.

– В каком смысле “сместить”? – удивляюсь я.

– Им известно, что отец не в том состоянии, чтобы управлять компанией, вот и собираются отстранить его от должности.

– Но как… погоди, – я хмурюсь и пытаюсь понять, что происходит. – А разве это вообще возможно?

– Сразу видно, что ты совершенно не смыслишь в бизнесе, – усмехается Макс, и садится на другой конец дивана, о чём-то думая и едва слышно начиная говорить сам с собой. – Значит её оповестили, зная, что могут надавить. А это значит, они собрались выкупить акции компании. Что ж, их ждёт облом.

– Макс, о чём ты говоришь? – спрашиваю я.

– Да так, мысли вслух, – отмахивается он. – Не забивай свою миленькую голову всякой ненужной информацией.

– Чего-о-о? – поражаюсь я такой наглости.

– Забей, – фыркает он. – Занимайся лучше своей учёбой.

– Макс, это и моя компания тоже! – возмущаюсь я. – И если они захотят выкупить акции, я могу просто им их не продать!

– Ты слишком плохо разбираешься в этом деле, – говорит на полном серьёзе, что задевает меня. Хочу возразить, но он чертовски прав. Я не просто плохо разбираюсь, я совершенно не понимаю в этом деле ничего.

– По крайней мере я могу послать их в пешее эротические, – говорю уверенно.

– Правда? – переводит взгляд на меня.

Смотрит с таким интересом, словно я только что сообщила о падении метеорита на Землю и о том, что он приземлился на нашей лужайке.

– А скажи-ка мне, Барби, что ты сделаешь, если тебе предложат сумму с десятком нулей за акции компании?

– Что? – спрашиваю хрипло.

Он шутит?

Да это же такие деньги! Наверняка и отец бы согласился продать акции компании. К тому же Макс прав, он не может управлять компанией и это нормально, если её директором станет тот, кто что-то смыслит в этом деле. Но такая сумма…

– По глазам вижу, что продашь не задумываясь, – усмехается он.

– И что с того? – возмущаюсь я. – А ты сам бы на моём месте не сделал этого?

– Нет, – говорит вполне серьёзно.

– Но почему? – искренне недоумеваю я.

– Потому что даже такая сумма будет ничтожна за контрольный пакет акций нашей компании.

Да он с ума сошёл!

– Макс, я в очередной раз поражаюсь, насколько ты недальновидный, – хмыкаю я.

– А я в очередной раз поражаюсь, какая ты пустышка, – фыркает он. – Но это и не важно, – отмахивается. – Главное, что ты всё равно не смогла бы продать акции компании.

– Почему это? – удивляюсь его уверенности.

– Да потому что это я прямой наследник, Барби, а не ты.

– Что?

Как такое может быть? Я ведь отлично помню, как отец лишил его доли в компании, когда он сбежал из дома. Да и когда я приходила к отцу на работу он всем представлял меня как будущую владелицу компании. Так какого чёрта?

– Что ты имеешь в виду? – спрашиваю я.

– Как ты думаешь, чем я занимался все эти годы, крошка? – спрашивает и придвигается ближе.

– Думал, как вывести меня из себя? – хмыкаю я.

– Почти, – говорит тише, и голос его начинает звучать так, что пронизывает меня до самых костей. Интимно, возбуждающе. –