Дейзи Томпсон - Скажи мне «люблю»

Внезапно до моего сознания, наконец, дошло, что же именно сейчас со мной происходит. Я вдруг почувствовала страшную слабость и едва устояла на ногах. Я дрожала как в лихорадке и не могла сдержать рыданий. Резко развернувшись, я почти швырнула свой букет в руки Маргарет, затем подобрала пышные юбки и бросилась к входной двери. Низкие ступеньки, удивленные лица женщин и детей, фоторепортеры с щелкающими камерами — все слилось у меня перед глазами в неясную, будто смазанную картину. Добравшись до машины, я с силой дернула ручку дверцы.

— Отвезите меня домой! — еле выговорила я. — Как можно скорей!

После минутного колебания испуганный шофер кивнул мне в знак согласия. Откуда-то сзади до меня долетел голос отца — он просил меня подождать. Но я не могла ждать ни секунды. Я не могла видеть лица этих людей, смотревших на меня с открытыми от удивления ртами.

Я поспешно забралась на заднее сиденье и со злостью сорвала с головы фату и свадебный венок из жемчуга.

Мы быстро ехали по центральной улице деревни, и я сидела в углу, сжавшись в комочек, чтобы стать как можно незаметнее, чтобы прохожие, попадавшиеся нам по дороге, не увидели бы меня.

Наконец мы добрались до дома, и, прежде чем «роллс-ройс» успел остановиться, я распахнула дверцу и выпрыгнула из автомобиля. Нога запуталась в пышных оборках юбки, и я чуть не упала на асфальтовую дорожку. Подняв платье выше колен, я бросилась бежать к крыльцу, благодаря Бога за то, что по рассеянности забыла закрыть входную дверь. И сейчас мне не нужно было искать ключ под камнем у входа, где мы обычно его прятали.

В спальне я скинула свои тесные белые туфли и рывком попыталась расстегнуть «молнию» на свадебном платье. Но неожиданно она зацепилась за шелковую нижнюю рубашку. Я снова дернула ее изо всех сил и вырвала клочок ткани из сорочки.

Хотя торжественный прием должен был состояться в загородном отеле на окраине деревни, из сентиментальных соображений мне хотелось отправиться в свадебное путешествие из своего дома. Поэтому вещи, в которые я собиралась переодеться после венчания, лежали на кровати в моей комнате. Но у меня не возникло желания надеть модный костюм и шляпу. Я открыла шкаф и разыскала там старые черные брюки, сверху натянула толстый свитер и зеленый замшевый пиджак, всунула ноги в удобные туфли без каблука. Что ж, я готова.

Мне нужно уйти из дома до того, как вернется отец или кто-нибудь еще. Я просто не могла никого сейчас видеть, поэтому так торопилась. У меня не было времени даже на то, чтобы поправить макияж и пригладить волосы.

Я только захватила ключи от машины, чековую книжку, немного наличных и чемодан, который так тщательно упаковала для свадебного путешествия. Затем вышла из дома и направилась в гараж, находящийся с другой стороны сада.

Наш гараж открывался на задние дворы, и поэтому никто не заметил, как я выкатила машину, села в нее и завела мотор. Уже через несколько минут я мчалась по дороге в Глазго.

В первое мгновение, узнав, что Эван Камерон бросил меня, я испытала настоящий шок. А теперь чувствовала, что задыхаюсь от ярости.

И в самую первую секунду, когда я, споткнувшись, вбежала в свою спальню, я пообещала себе отомстить Эвану за его безобразный поступок.

Как мило мы прогуливались накануне в саду. Ах, если бы он только набрался храбрости и сказал мне о своем решении. Мой дорогой, робкий Эван! Ах, если бы он сказал мне хотя бы сегодня утром! Я бы не подверглась такому унижению.

Я все еще слышала щелканье этих фотокамер, снимавших мое позорное бегство из церкви. И совсем не требуется богатого воображения, чтобы представить, какого рода истории появятся в газетах.

Без сомнения, все будут мне очень сочувствовать. Но я в этом не нуждалась! Я хотела сделать Эвану так же больно, как он сделал мне. Хотела чем-то испугать его, даже желала ему смерти, так сильно в этот момент я его ненавидела.

Я резко затормозила на перекрестке и, будто в знак протеста, взвизгнули шины. Обычно я всегда очень аккуратно вожу автомобиль, но сегодняшний день был исключением. Я хотела сейчас только одного — быстрее добраться до Эвана.

«Эван, — снова задавала я себе один и тот же вопрос, — ну почему ты так со мной поступил? Что, что заставило тебя так вести себя? Почему ты вдруг стал таким смелым? Кто придал тебе храбрости?»

Движение на дороге было довольно оживленным, и мне пришлось немного сбавить скорость. Но я по-прежнему вела машину автоматически — меня занимало только то, что случилось утром.

Почему Эван бросил меня? Я видела его перед днем свадьбы, и он выглядел как обычно. Возможно, был несколько взволнован и проявлял нетерпение, когда я напоминала ему о всяких мелочах. Но ведь я находилась точно в таком же состоянии.

Значит, когда мы встречались с ним накануне свадьбы, он уже знал, что не хочет жениться на мне. Почему же тогда он не сказал мне об этом? Зачем было заставлять меня так страдать?

Я приближалась к Глазго. Движение становилось все оживленнее. Поля постепенно сменялись виллами и бунгало. Огромные рекламные щиты, выраставшие с двух сторон дороги, уродовали и без того не слишком привлекательный урбанистический пейзаж.

На них улыбающиеся красотки и красавцы навязчиво рекомендовали пить то или это, курить это или то. На других плакатах проезжих настойчиво приглашали посетить Нью-Йорк.

«Нью-Йорк».

Когда я увидела это слово, выведенное большими флуоресцентными буквами на одном из щитов, то сразу вспомнила, что Эван почти ничего не рассказывал о своей поездке туда. Я пыталась расспрашивать его о Нью-Йорке, но он только небрежно отмахивался от вопросов, и его физиономия немедленно приобретала скучающее выражение. Эван лишь говорил, что ему не нравится чересчур напряженный ритм жизни в Штатах. Этим и ограничивались его рассказы.

Я озабоченно нахмурила лоб. Думая об этом сейчас, я пришла к выводу, что, вернувшись из поездки, Эван стал каким-то другим. Он выглядел задумчивым, часто раздражался, но я была очень занята приготовлениями к свадьбе, поэтому не придала особого значения такой ерунде.

Размышления совершенно поглотили мое внимание, и только в последнюю секунду мне в глаза бросился красный свет светофора. Я так резко затормозила, что водитель следовавшей за мной машины не успел сбавить скорость и врезался в мой автомобиль. Чуть позже, поворачивая налево, я забыла включить поворотник, чем вызвала злые окрики и неистовые гудки. Я решила хотя бы ненадолго перестать думать об Эване и сконцентрироваться на дороге.

Без сомнения, Эван покинул Инсфери в тот момент, когда Майк поехал в церковь, чтобы сообщить собравшимся печальное известие. Он бы не смог остаться дома и посмотреть в лицо женщине, с которой так поступил. Слишком робкий, он был на это не способен. Наверняка он нашел себе пристанище в какой-нибудь глухой дыре, где надеялся спрятаться от всех. Скорее всего, Эван забился в номер в каком-нибудь маленьком отеле на окраине города. Вполне возможно, именно в том, в котором мы останавливались с ним, когда приезжали в Глазго развлечься.