Тони Блэйр - Очаровательная соседка

Только почему же она все еще думает о Дереке? Да потому, что идиллию под названием «Холли и Эмили» портит ее собственное тело, которому явно по вкусу долгие рассуждения об этом Кэссиди! Телу совершенно наплевать, что они почти незнакомы, что Дерек не говорит с ней о возвышенных вещах и не читает стихов!

− Я никогда не чувствовала подобного с Биллом, − проговорила она вслух.

− А-а-а-а? − Эми отвлеклась от бутылочки и посмотрела на Холли, как той показалось, укоризненно.

− Я не с вами разговариваю, юная леди. Будь хорошей девочкой − кушай свой завтрак. − В голосе Холли проскользнули вдруг излишне строгие нотки. Эми, кажется, обиделась.

− У-а-а-а-а!

− Кролик, не плачь. Я же пошутила… Давай кушать вместе, мама тебе поможет.

− А-а-а-а!!! − Эмили, похоже, всерьез вознамерилась как следует поплакать.

− Все в порядке. Ну-ну-ну! − Холли подхватила девочку на руки и быстрыми шагами начала ходить по комнате, покачивая дочь. Та еще всхлипывала, но уже оценила новое развлечение и через пару минут начала что-то лепетать. Холли опустила ее на детский стульчик, и внимание Эми вновь переключилось на бутылочку с завтраком.

Холли быстро поела кукурузных хлопьев с молоком и вместе с дочерью отправилась в спальню. Порывшись в шкафу, она отыскала очень милую кофточку, плотно облегающую тело, джинсы и чулки с туфлями.

− Мама сейчас вернется. − Она побежала в душ и, вернувшись в комнату через пять минут, стала одеваться перед зеркалом. Она развлекала Эми болтовней, уговаривала ее быть хорошей девочкой и слушаться мисс Кэрол.

− А вечером я расскажу тебе много забавных историй, и мы будем петь про Винни-Пуха, правда?.. Вот только я освобожусь…

− Гу-у-у! − согласилась Эмили.

− Конечно-конечно! Все будет замечательно…

Эми широко улыбнулась. Неожиданно Холли почувствовала себя виноватой и несчастной. Сколько таких улыбок она пропустит в течение дня? А смешных гримас?.. Может быть, даже первые слова маленькой Эмили достанутся не ей, а мисс Кэрол − что тогда делать?! Расставаться с дочкой каждое утро для Холли было тяжелее всего того, к чему она уже почти привыкла после смерти Билла. Когда они собрались ждать ребенка, предполагалось, что Холли будет сидеть дома, как и положено примерной матери… Никто не знал, как все изменится, и молодая мама теперь мучилась дни напролет, работая в школе и ожидая конца рабочего дня, чтобы вновь увидеть дочь.

Конечно, есть такие матери, которые совершенно спокойно зарабатывают деньги, в то время как их дети окружены заботой чужих людей. Но Холли явно не была эмансипированной женщиной. Им с дочерью нужны были деньги, так что утренняя пытка повторялась каждый будний день, и Холли оставалось лишь надеяться, что за Эмили всегда присматривают и что вечером они снова будут вместе.

− Ну вот мы и готовы.

− А-а-а? − Немного обиженно протянула Эмили. «Она все понимает», − подумала Холли.

− Прости меня, крошка, ты же знаешь, я буду страшно по тебе скучать!..

«Новый день − привычные неприятности… Бедняжка тоже будет скучать, и никакая мисс Кэрол ничего не сможет изменить».

− Может быть, вечером мы с тобой будем готовить барбекю и гамбургеры на свежем воздухе, − сказала Холли, − и, возможно, опять увидим нашего нового соседа.

− Агу! − согласилась девочка.

− Ну вот и договорились. И на дядю Дерека посмотрим, хочешь?

− А-а!

− Пожалуй, он тоже будет прогуливаться…

В последней фразе чувствовалась безотчетная надежда.

Горячий летний воздух наполнился запахом железа и машинного масла. Дерек, одетый в синий джинсовый комбинезон, осматривал рабочие места своих подчиненных. Он вытер пот с лица синей банданой и взглянул на старые часы, которые всегда носил с собой. Была половина четвертого.

− Ребята! На сегодня все. Сейчас у меня дела, так что увидимся утром.

− Спасибо, шеф!

− Не за что. Всем пока! Сэм, подойди ко мне, пожалуйста.

Невысокий парень в рабочей одежде подбежал к Дереку:

− Да, мистер Кэссиди…

− Послушай, мне надо срочно ехать, так что позвони заказчикам и скажи, что завтра все будет готово.

− Конечно, мистер Кэссиди, удачи вам, − понимающе улыбнулся парень.

− Ну, до завтра.

Дерек сел в машину и, включив радио, поехал к офису мистера Грили − адвоката по делу о наследстве со стороны тетушки Мэри.

Дело было запутанным, и, хотя Дерек был благодарен тете Мэри, ему пришлось порядком повозиться, чтобы все уладить. Жить в ее доме было очень тяжело − непросто постоянно находиться в окружении вещей, зная, что их хозяйки уже нет в живых. Рабочему-ремонтнику не нужны были вязаные крючком разноцветные салфетки, сломанный граммофон и древняя швейная машинка, но он все время помнил, что была на свете тетя Мэри и эти вещи составляли часть ее жизни.

«Если бы она не приютила меня в детстве, где бы я был сейчас?»

Дерек решил привезти свежих цветов на кладбище.

Его мысли перебила старая песня группы «Ван Хэлен» о прекрасной незнакомке, и ему вспомнилась Холли Блэйк. Ее милая, скромная улыбка…

− Минуточку, − сказал он вслух, − у нее же ребенок.

Конечно, ничего против детей вообще Дерек не имел… Его надежды на то, что Холли не связывал никакой мужчина, оправдались. Но был ребенок… И это почему-то приводило Дерека в замешательство, у него просто опускались руки… Странное существо, которое похоже на человека и инопланетянина одновременно, которое еще не говорит и вопит, как пожарная сирена, зато, кажется, все понимает…

«И это очень неудобно».

На мгновение он почувствовал себя виноватым. В самом деле, пусть никто не думает, что Дерек ненавидит детей, но ночное кормление и смена пеленок вовсе не принадлежали к числу его увлечений.

«На самом деле эти занятия даже нельзя назвать хорошо проведенным временем. Да, как бы я на это ни смотрел, ребенок, особенно чужой, − это все-таки обуза. А я не хочу быть чьим-то отцом».

Шел уже восьмой час, когда Дерек ехал домой после встречи с адвокатом.

«В конце концов, все улажено, так что никаких проблем больше нет. Эх, тетушка, что бы я в свое время делал без тебя?..»

Выбираясь из машины, он почувствовал аромат свежих гамбургеров. Кто-то из соседей собирался ужинать на свежем воздухе. Дерек вспомнил, что дома его ждут только полуфабрикаты, пиво и чипсы, и вздохнул. Все-таки семья − это здорово… в каком-то смысле. Он принял прохладный душ и, натянув шорты с футболкой, сделал себе несколько сандвичей.