Развод. Больше тебя не жду - Анна Измайлова

словно ударяло по мне.

Он извиняется? За что? За то, что хотел меня? Или за то, что я его остановила?

Я стояла, потерянная, скованная этим странным чувством пустоты, не зная, что сказать. Внутри всё сжалось, как будто что-то важное выскользнуло из рук, что-то, чего мне вдруг до боли не хватало.

Он сделал ещё шаг назад.

Я увидела, как он провёл рукой по мокрой ткани рубашки, словно только сейчас осознал, в каком состоянии стоит передо мной.

Скажи что-нибудь, Алёна. Не молчи.

Но голос застрял в горле.

Он развернулся, собираясь уйти.

– Подожди! – сорвалось с моих губ прежде, чем я успела подумать.

Он остановился. Медленно, с каким-то едва уловимым напряжением повернулся ко мне.

– Да?

Я шагнула ближе, чувствуя, как сердце колотится так, что, казалось, его стук эхом отдаётся в ушах.

– Это… – я сделала глубокий вдох, сжимая пальцы в кулак. – Это ты прислал мне орхидеи?

Он замер, словно на секунду не был готов к этому вопросу.

Губы дрогнули, но он ничего не ответил сразу. Только смотрел.

– Да, я. Это просто цветы, Алёна. Мелочь, – сказал он глухо, наконец опустив глаза.

Но я видела, как напряглась его челюсть.

– Нет, не мелочь, – я покачала головой, и голос мой прозвучал тише, почти дрожащим. – Это было очень красиво. Мне было… приятно. Правда.

Он задержал взгляд на мне, и в его глазах мелькнула тень… надежды? Или это было желание?

Михаил снова сжал пальцы на груди, явно пытаясь совладать с собой, и… кивнул.

– Рад, что тебе понравилось.

И развернулся к двери.

Я почувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось.

Он уходит.

Я смотрела, как он шагнул за порог. В мокрой, насквозь испорченной рубашке, джинсах, прилипших к телу, и без куртки.

Господи, он собирается выйти в таком виде на улицу?

– Михаил! – мой голос дрогнул, и я шагнула вперёд, почти машинально.

Он не остановился. Дверь захлопнулась.

Я осталась одна. В тишине.

В этой пустой, недостроенной квартире, где только что происходило что-то… слишком важное, слишком личное.

И теперь от этого не осталось ничего, кроме следов его прикосновений на моей талии и жжения на губах от страстного поцелуя.

Глава 45

Я стояла в своей пустой квартире, ощущая, как холод медленно пропитывает кожу, несмотря на тепло в комнате. В груди было тошнотворное ощущение – будто я разом потеряла что-то важное, что-то, что вот только что было так близко.

Михаил ушёл. Так просто.

Он стоял напротив, такой тёплый, сильный, почти обнажённый в этой чертовой промокшей рубашке. Его глаза… Я вспомнила, как они потемнели, когда он смотрел на меня в тот миг, когда наши губы почти соприкоснулись.

И я остановила его. Почему?

Глупая паника сжала горло. Я судорожно стиснула пальцы, едва не выронив телефон, пока набирала Милану.

– Алёна?

Её голос был таким привычным, успокаивающим, что я едва не разрыдалась.

– Мил… – я с трудом сглотнула. – Я… мне срочно нужно выговориться.

– Что случилось?

– Михаил… – я закрыла глаза, горло снова сжало, но я продолжила. – Он был здесь. Мы… Господи, Милана, он меня поцеловал.

– Чего? – на том конце провода воцарилась оглушительная тишина.

– Я… Я его поцеловала… Или он меня… Неважно! Это случилось, понимаешь?

– Что?!

– Да, чёрт возьми! – я нервно стиснула телефон, срываясь почти на крик. – Это было… Это было потрясающе! Страстно, горячо, боже, я вообще не думала в тот момент!

– Подожди, а почему ты сейчас в таком состоянии, будто у тебя случилась катастрофа?

Я сжала губы, чувствуя, как щёки вспыхнули.

– Потому что я его остановила.

– ЧТО?!

– Ну… – я зажмурилась, вспомнив, как его руки спустились с моей талии чуть ниже, как губы двигались по шее, как я уже теряла контроль… – Это было слишком. Я испугалась.

– Испугалась чего?

– Мил, он мой начальник!

– А ещё?

– Он… чертовски привлекателен, – выдохнула я. – И меня просто накрыло.

– Так, – Милана хмыкнула. – И ты остановила… это великолепие, потому что… что?

– Потому что, – я тяжело выдохнула. – Потому что это неправильно, Мил. Это всё усложнит. Мы работаем вместе.

– Блин, Алёна! – Милана почти фыркнула. – Так это же хорошо! А ты уверена, что он просто так ушёл?

– Уверена. Он выглядел… Разочарованным. Или обиженным? Нет, он…

Я замерла, вспоминая тот взгляд.

Глубокий, проникающий.

Как будто я что-то отняла у него, а он просто не захотел это показывать.

– Он не злился, Мил. Просто… ушёл.

– Конечно ушёл! – Милана фыркнула. – Потому что ты его оттолкнула.

– Я не…

– Да, оттолкнула, – она перебила мягко, но твёрдо. – Послушай, он взрослый, умный мужчина. Если у него действительно есть к тебе чувства, он покажет это. Но ты должна понять одну вещь.

– Какую?

– Ты тоже что-то чувствуешь, Алёна. Иначе ты бы не звонила мне сейчас с дрожащим голосом.

Я молчала.

Она попала в самую суть.

– Просто дай себе время, ладно? – голос Миланы стал мягче. – Он тебя понимает, это видно. Он порядочный, иначе он бы не ушёл.

Я медленно выдохнула, чувствуя, как напряжение немного отступает.

– Думаешь, всё как-то само собой решится?

– Уверена. Ты ещё не заметишь, как окажешься в его…

– Милана!

– Объятиях, – закончила она с улыбкой в голосе.

Я закатила глаза, но улыбнулась сквозь ком в горле.

– Спасибо, что выслушала…

– Всегда, Алён.

Как только я открыла дверь, меня окутал тёплый, домашний запах – аромат картофельного пюре с котлетами, такой привычный, родной, вызывающий воспоминания из детства.

На кухне, за большим деревянным столом, сидела Ксюша. Румяная, с блестящими от кетчупа губами, она уплетала котлету, старательно держа ложку в одной руке, а вилку – в другой.

– Мам, смотри! – радостно воскликнула она, заметив меня в дверном проёме. – Я всё сама порезала!

Она так гордо это сказала, что я невольно улыбнулась, хотя на душе было тяжело.

– Умница, – тихо произнесла я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Отец поднялся из-за стола, молча встретил меня спокойным взглядом. Он никогда не был из тех, кто лез с вопросами, если понимал, что что-то не так. Его молчание было тёплым, понимающим, без лишних слов.

– Кофе хочешь? – спросил он негромко, привычным движением открывая верхний шкафчик.

Я покачала головой.

– Нет, пап, спасибо.

Он не стал настаивать, только кивнул и как бы между делом добавил:

– Софа свободна, можешь там отдохнуть.

В его голосе не было ни капли упрёка или любопытства. Он просто знал – мне сейчас нужно место, где можно собраться с мыслями.

Я прошла в комнату, слыша, как Ксюша продолжала что-то весело рассказывать деду о