Злолушка. Или сестрицы – тоже люди - Кира Шеина

парням, что именно случилось. Сначала они не хотели верить, а когда стоящий рядом Теряев и неожиданно смутившийся Николай подтвердили наши слова, то долго смеялись. Правда, смех как-то подозрительно напоминал истерический.

Николай, как оказалось, весь этот гениальный план действительно придумал сам, но совершенно не ожидал, что по итогу может оказаться в полиции. Сейчас он искренне заверял нас, что ему достаточно просто вернуть браслет, и он в нашей жизни никогда впредь не появится. Суровый и пугающий парень выглядел сейчас не менее рассеянно, чем Вася. Хотя ладно, вру, на Васю вообще было страшно смотреть. Не знаю, как он до сих пор держался и не скатывался в слезы.

С машиной Марка, слава Богу, ничего страшного не случилось. По его словам, пару часов в сервисе вернула бы ей прежний внешний вид. Из-за того, что приехавшие полицейский застали нас в образе кучи-малы, сразу разбираться никто не стал и повезли нас всех в отделение, правда, места в их автомобиле на всех не хватило, поэтому стражи порядка милостиво разрешили половине из нас ехать сразу на джипе Золотова. Под их строгим присмотром, разумеется. А вот прямо сейчас мы возвращались с участка домой, а прямо за нами виляло такси с Колей и Васей.

– Ребят, – Лиля впервые нарушила тишину с того момента, как мы отъехали от отделения. Мы с Никой покосились на нее с уважением. – Вы это… – продолжила Синицкая, краснея, – вы извините нас. Так… так глупо все получилось…

Марк неуверенно фыркнул и отозвался:

– Да уж. В таком цирке я еще не участвовал.

– А я тебе говорил, – фыркнул Князев, – они сумасшедшие. Особенно когда вместе собираются.

– Сам такой, – привычно огрызнулась Ника, но тоже стыдливо замолчала под нашими насмешливыми взглядами.

Если кто и был правда похож на чокнутого, то это она. Додумалась же зимой выбежать в пижаме и тапочках! Хорошо хоть шубу догадалась набросить и скалку ту с собой прихватить. Правда, кухонную утварь пришлось оставить в полиции.

– Слушайте, – неожиданно хмыкнул Золотов спустя еще несколько минут тишины, – а у Коли этого вашего губа не дура. Это же надо было додуматься, подсунуть брату идею подарить возлюбленной браслет, а потом денег с нее стянуть. Кому расскажешь – не поверят.

– Он не наш, – тихо возразила Лиля и со вздохом добавила, – но я согласна. Даже предположить не могла, что это Вася. Вернее, Коля… В общем, они. Какой-то ужас.

– Ага, – поддакнула Ника, – только больно уж Теряев скромным оказался. А ты Лиля, зря сразу в отказ не пошла. Сказала бы, что никогда браслет в глаза ни видела, и все. Пусть докажут, что Васька тебе его вообще в портфель совал, а не продал где-нибудь!

– Ника! – в один голос с Синицкой укоризненно воскликнули мы.

– Что «Ника»? – возмутилась девушка. – И зря ты от полиции отказалась. Кто тебе теперь за моральный ущерб ответит? А заодно и нам.

– Вот зачем ты все деньгами измеряешь? – Лиля чувствовала себя сконфуженно.

– Не деньгами, а справедливостью, – парировала Игнатьева. – Я вообще жалею, что вы меня остановили. Надо было этому Коле все-таки настучать по голове.

– А если бы ты по мне попала? – поинтересовался Марк.

– Это была бы случайность, – гордо задрала голову Ника, – даже если бы тебе перепало, мимо него я бы тоже не промахнулась.

Парни одновременно переглянулись и фыркнули, сдерживая очередной приступ хохота. Ребята еще о чем-то шутливо переругивались, а я прикрыла глаза и откинулась на мягкую спинку. Теперь хотелось только одного: доехать до дома подруг, разобраться с браслетом, и поговорить наконец с Денисом. Я на секунду разблокировала телефон, чтобы посмотреть на время. Наша смена уже началась, но Марк позвонил в клуб и предупредил, чтобы начинали работать без нас. С голоду гости бы не умерли – работала кухня и ресторан, а бар мы бы открыли чуть позже, чем обычно.

– Слушай, Лиль, – я снова прислушалась к разговору. В этот момент Марк смотрел на рыжую девушку через зеркало и улыбался, – ты работать-то на меня еще не передумала?

Рядом раздраженно засопела Вероника, но промолчала, а Синицкая удивленно поинтересовалась:

– А почему я должна была передумать?

– Ну как, – пожал плечами Золотов, – я же обещал тебе найти твоего обожателя, а в итоге он нашелся сам. А ты говорила, что будешь делать доброе дело в ответ на доброе дело.

Лиля снова покраснела, а я представила до чего же неловко сейчас должно было быть подруге. Это нам с Игнатьевой понятно было, что причина, почему подруга так просто согласилась на работу в клубе заключалась отнюдь не в обещании Золотова найти владельца браслета. А вот Марк понятия об этом не имел и искренне считал, что девушка может отказаться. Наивный.

– Ну ты же пытался, – выкрутилась наконец Лиля, – столько сил потратил.

– Молодец, подруга, – прошептала Ника ехидно, – быстро соображаешь.

Я сцедила смешок в кулак, а Марк просиял.

На окончательные разборки с браслетом ушло еще минут двадцать. Пока Лиля и Ника поднимались в квартиру за драгоценностью, Марк и Денис в красках расписывали Коле и Васе что будет, если они еще раз приблизятся к Синицкой. Золотов особенно давил на беднягу Васю, объясняя ему, что он Лиле не нравится и лучше больше попыток признаться не делать. Особенно таким дурным способом. Теряев пообещал, что больше так не будет, а когда спустилась Лиля еще долго хватал ее за руки и умолял простить, пока Марк не оторвал одногруппника от смущенной подруги.

В общем, до клуба мы добрались только через сорок минут. Марк почти бегом кинулся к главному входу, а Денис меня придержал.

– Недолго, голубки, – бросил нам Золотов, – оплату сегодняшнего дня обоим урежу.

– И себе не забудь, – крикнул ему вдогонку Денис.

Хозяин клуба отсалютовала нам и исчез за дверью, а Князев повел меня в сторону запасного выхода. Людей рядом не было, но дверь была открыта. Мы остановились неподалеку, в нише, откуда нас не мог никто увидеть, если бы не искал специально.

– Кир, надо поговорить, – начал Дэн, и я тут же поняла, что парню непросто. Он совершенно точно не знал, с чего ему начать. – Я… – Снова замялся.

– Разобрался со всем? – Я подняла голову.

Над бровью Князева краснела царапина после сегодняшней стычки, и я задумчиво на нее уставилась. И когда успел пораниться? Больно, наверно. Хотя Марку досталось сильнее – у него была разбита скула и губа, а еще он жаловался на ребра.

Я подняла руку и осторожно коснулась краев царапины. Ласково провела подушечкой большого пальца и с сожалением поинтересовалась:

– Больно?

– Кир, – тихо проговорил Денис,