Элизабет Эссекс - В поисках наслаждения

— Не волнуйтесь. Я точно знаю, что делать, — улыбнулась Лиззи. — Наведаюсь к старику Магуайру.

Глава 14

— Ты сегодня какой-то раздражительный. — Марлоу бросил ядовитый, хотя и утомленный взгляд на своего товарища. Он слишком устал, чтобы веселиться. — Дэн Пайк чуть не застрелил прошлой ночью мою жену.

— Нет, думаю, все было наоборот. Это твоя жена стреляла в Дэна Пайка. И ранила его. Почти заставив меня ею восхититься.

— Не стоит, — проворчал Марлоу в ответ и подтолкнул плоскодонку по песку к воде.

— Восхититься ею, — продолжил Макалден, как будто Марлоу не произнес ни слова, — или говорить тебе, что восхищаюсь? Видишь ли, она начинает мне нравиться. Я начинаю понимать, почему ты на ней женился. Вдобавок к очевидному.

— Заткни свой рот, лейтенант, пока я не помог тебе его заткнуть, — пробурчал Марлоу.

Макалден улыбнулся в планшир и прислонился к нему спиной. Лодка проползла последние несколько футов и вдруг стала невесомой, легко соскользнув в воду.

Они оба проворно перемахнули через поручни и тотчас приступили к работе: Марлоу взялся за румпель, а Макалден занялся парусами. Еще миг, дуновение океанского воздуха, поворот против ветра — и над ними вздулся пузатый парус.

Они трудились в полной тишине и гармонии, пока не вышли в направлении Плимута, устремившись на приливной волне к западу.

— Разве ты не говорил ей, что дом должен стоять пустым? — заметил как бы между прочим Макалден и покосился на парус, проверяя оснастку.

Его никак не оставляли в покое.

— Да, черт подери, говорил.

Его тона хватило, чтобы на ближайший час пресечь всякое продолжение беседы.

С течением времени Макалден снова подал голос:

— Ты слышал, что сказал магистрат?

Макалден, как и он, перебирал в памяти детали происшествия.

— Нет, но у меня такое впечатление, что и он увяз в этом деле по самую шею.

— Думаю, что только до пояса.

Слова Макалдена вызвали у него слабую улыбку. Причастность магистрата почти не вызывала сомнений. Но и его собственная жена находилась под подозрением. Лиззи с ее дьявольской активностью.

— Как сообщает миссис Таппер, Лиззи почти все это раскусила.

— Я же говорил тебе: толку — никакого, а забот — выше крыши.

Макалден устало вздохнул.

— Да, одни проблемы, Вот черт. У нее убийственный талант все портить. Хотя, наверное, могла бы быть нам полезной, если бы правильно ввели ее в игру. Миссис Таппер сказала, что она собирается связаться с кем-то по имени Магуайр. Тебе это имя говорит о чем-то?

— Знал одного старого рыбака с таким именем. Однажды он спас Лиззи, когда она тонула, если я ничего не перепутал. Но это было лет пятнадцать назад. Сейчас он должен быть в весьма преклонном возрасте, если еще жив.

— Наверное, какой-нибудь вольный торговец. Но думаю, нам стоит посмотреть, что за информацию она раздобудет. По крайней мере она приведет нас к этому Магуайру. Миссис Таппер будет ходить за ней хвостом?

— Надеюсь. — Никто лучше его не знал, как Лиззи умела ускользать. — Если Лиззи с первого взгляда способна понять, что дело нечисто, сколько времени у нее займет распутать весь клубок и вычислить нас?

Эта мысль вызвала у него чувство беспокойства. Перед его мысленным взором возник, как призрак, образ Лиззи с дымящимся дробовиком. Еще она обладала нечестивым талантом к возмездию. Но об этом не хотелось и думать.

— А сколько времени, как думаешь, понадобится вольным торговцам, чтобы узнать то, что знает она?

— Нужно убрать ее отсюда, пока ее не убили. В другой раз они не станут держать свои палки в карманах.

— Для начала вырвут страницу из ее книги и подождут, а потом уж начнут задавать вопросы, — продолжил Макалден.

— Нам нужно в первую очередь ее отсюда выдворить.

— И что ты предлагаешь? Ничто как будто не срабатывает.

— Вот проклятие. Возможно, мне придется пойти к ней и показаться, чтобы она уяснила причину.

— Не нравится мне все это, капитан. Можешь кончить, как Пайк, или, того хуже, как Палмер. Мы оба можем. Что тогда станет с твоим распрекрасным домом?

— Пока его занимает Лиззи, они будут на нее охотиться.

Господи, как же ему не хотелось оставлять ее одну. Марлоу уставился на удаляющуюся береговую линию. Красное ущелье давно исчезло за кормой.

— Я все же не понимаю, зачем тебе понадобилось вмешивать женщину. Она непременно должна была все испортить.

— Я хотел сохранить дом. Законным путем я имею в виду. Как уже говорил, эти деньги достались мне с большим трудом. И дом этот должен был стать моим прибежищем, когда закончатся все эти чертовы войны пока Лиззи — наилучший выбор. Мы не можем позволить, чтобы им завладел какой-нибудь негодяй и вселился в него. Нам нужно, чтобы он стоял пустой и торговля продолжалась.

Правда состояла прежде всего в том, что он не мог представить себе их совместного с Лиззи будущего без этого дома как театра действий, фона, где она могла понять его и простить. Но если Лиззи смогла догадаться о причастности к этому делу флота, значит, и эти ублюдки об этом догадаются. Магистрат весьма близко подобрался к правде, когда упомянул имя Фрэнка Палмера.

Макалден мыслил в одном с ним направлении.

— Ты слышал, что он сказал о Фрэнке? Меня так и подмывало вырвать ему горло. С трудом сдержался. Хотя она о многом промолчала, твоя женушка.

— Нет, но они связали Фрэнка со мной, а потом меня с Лиззи…

Макалден кивнул.

— Мы больше не можем терять время.

— Когда доберемся до Плимута и получим шлюп, нам, возможно, Придется разделить наши усилия. Ты останешься на борту, а я попытаюсь проникнуть к контрабандистам.

— Будет лучше, если я останусь. Она уже приняла меня за работника из своего штата.

Марлоу в ответ пожал плечами. Он сознавал, что в этом есть смысл, но чувствовал необходимость находиться поближе к Лиззи, присматривать за ней.

Подойдя ко входу в гавань Плимута, он дал судну накрениться под ветер и сменил тему разговора.

— Мы должны ценить, что Адмиралтейство дало нам шлюп, который мы отбили в Тулоне.

Это был восхитительный подарок судьбы. Шлюп спас им жизни в ту ночь, когда вывез из огненного ада. А они не дали ему сгореть, уведя из гавани. Слишком он был прекрасен, строен и стремителен, чтобы бесславно погибнуть.

В ту ночь им страшно повезло.

— Господи, что это была за ночь, — мрачно обронил Макалден. — Даже упоминая о ней, чувствуешь себя так, будто заново испытываешь судьбу.

Марлоу рассеянно потер лицо, как бы все еще ощущал жар огня той роковой ночи. Кто знает, может, шлюп и теперь принесет нам удачу. Вон и он.