Розалинд Бретт - И никаких сожалений

Это не только звучало грубо, но и было недалеко от истины. Клэр почувствовала облегчение, когда в гостиную вошел Джонни с подносом в руках. Она смогла быстро сменить столь болезненную тему.

— Чем ты хотел бы заняться по возвращении в Англию? — спросила она, подавая ему чашку кофе.

— Наверное, стану продавцом автомобилей. — Он добавил сахара в чашку. — Наверняка ты заметила, как хорошо у меня подвешен язык. Сейчас на родине автомобильный бум.

— Да, ты известный болтун. — Клэр улыбнулась. — Еще горчицы?

Дон приподнял рыжую бровь и взглянул на нее. Затем взял предложенную баночку и намазал сандвич горчицей.

— Думаешь, у меня получится?

— Скорее всего, да. Ты очень общительный человек. А в тропиках так одиноко!

— Клэр, ты одинока?

— Нет, когда Росс…

— Когда Росс здесь. Милая, будь со мной откровенна.

— Не называй меня так! — резко взорвалась Клэр.

— Почему… а-а, потому, что он так тебя называет?

— Дон, я не собираюсь обсуждать с тобой свою личную жизнь. У тебя нет права…

— У меня есть право друга!

— Друзья, сующие свой нос в мою жизнь… не те, которые мне нужны.

— Чушь! Если у них нет привилегий, то это не друзья, а просто знакомые. Наши отношения больше чем это… Клэр, или могли бы стать.

— Хватит, Дон! — Клэр уже закипала от ярости. — Мне не хотелось бы нарушать обычаи гостеприимства!

— В такую Погоду за дверь даже собаку ты не выгонишь. Над джунглями сгустились сумерки, завывает холодный ветер. — Дон обиженно улыбнулся. — Куда же мне идти?

— В деревню, — сухо сказала она. — Там тебя куда-нибудь пристроят.

— Клэр. — Он откинулся на спинку кресла с легкой усмешкой. — Ты ведь это не серьезно?

— Если ты будешь продолжать в том же духе, я не смогу позволить тебе остаться здесь, пока мой муж в отъезде.

— Это звучит так чопорно. О'кей, если настаиваешь, я буду держать себя в рамках дозволенного. Но ты еще пожалеешь, что не раскрылась перед настоящим другом.

— Мне нечего раскрывать… еще кофе?

— Да, пожалуй. — Он пододвинул к ней чашку, между его рыжих бровей пролегла задумчивая складка. — Когда вы с Россом покидаете Була?

Ее сердце екнуло: она не могла соврать, а правда вызовет поток новых вопросов. Она сказала, что она уедет в Англию первой, а Росс останется до конца июня.

— Я поеду в конце марта. — Она внимательно наблюдала за реакцией Дона. Не сделает ли он каких-нибудь выводов для себя?

Он лишь пожал плечами:

— Не буду ничего говорить по этому поводу. Только знай: в это время я буду еще в Лагосе, и мы можем поехать в Англию вместе.

После ужина Клэр проводила гостя до комнаты Билла и убедилась, что Марк постелил свежее постельное белье и поставил тазик с водой.

— Хвала Небесам — в Англии не нужно дезинфицировать воду. — Дон улыбнулся и обнял Клэр за плечи. — Ты любишь этого парня чертовски сильно, разве я не прав?

Она кивнула:

— Что ж, Дон, у тебя есть все, что нужно?

— Не совсем. Но я не теряю надежды.

— Ты неисправим! — Клэр выскользнула из кольца его рук и повернулась к двери. — Завтрак в восемь, Дон. Смотри не проспи. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Клэр — вечный свет. Спасибо, что разрешила мне остаться.

Следующие несколько дней прошли весьма приятно. Дон больше не пытался ни флиртовать, ни докучать расспросами. Он вел себя как верный друг — такой, в каком Клэр и нуждалась в то время. По крыше колотили капли дождя, а они мирно играли в карты или в дартс. Дон много рассказывал о себе, о днях юности, о старых лондонских знакомых. Его родители умерли несколько лет назад, и он остался совсем один — ни братьев, ни сестер у него не было. Возможно, именно отсутствие семьи побудило его поехать в Африку.

— Тропики не были моим Эльдорадо, — сказал он застенчиво. — Но я твердо решил найти свою нишу в жизни по возвращении домой. Я не хочу переходить с работы на работу, как многие мужчины, приехавшие из тропиков.

— Дон, я всем сердцем желаю тебе успеха. — Клэр ласково улыбнулась. — В тебе много упрямства и силы воли. Уверена, ты можешь добиться всего, чего пожелаешь.

В пятницу она проводила его до причала и вместе с ним дождалась прибытия парома.

— Клэр, давай отправимся в Англию вместе, — продолжал убеждать ее Дон. — У меня такое чувство, что в этом путешествии тебе понадобится друг.

Клэр не дала никаких обещаний. Дон сообщил, что задержится в Лагосе до конца марта и будет всегда под рукой на случай, если она изменит решение.

Прибыл паром. Клэр забрала почту и посылки, попрощалась с Доном и опять осталась одна.

В обществе Джонни она направилась домой по размокшей дороге. Под деревьями, недалеко от пристани, Росс оставил свой джип, накрыв его защитным тентом. Клэр захотелось вдруг забраться в машину, посидеть на водительском кресле, почувствовать под руками шероховатый руль. Она залезла в кабину джипа и там открыла сумку с письмами.

Розовый конверт, который она больше всего боялась увидеть, был здесь. С расплывчатой росписью, ароматом французских духов и отпечатком губной помады, как будто Пэтси поцеловала бумагу. В приступе ненависти Клэр захотела порвать конверт на мелкие клочки и втоптать их в грязь. Но еще больше ей хотелось вскрыть конверт и прочитать, что хотела сообщить ее мужу Пэтси Хэрриман.

Но Клэр была слишком хорошо воспитана и, кроме того, настроилась исполнять условия ее сделки с Россом до конца. Поэтому она сунула письмо обратно в сумку. С минуту она задумчиво смотрела в окно автомобиля, затем решила прочитать адресованные ей письма. Тетя Летти ждала ее с нетерпением, вместе с дядей Фредом она будет встречать ее корабль в Саутгемптоне, а затем она отвезет любимую племянницу прямо в родной Ридглей. Клэр вздохнула. Ее планы насчет магазинов и кино полетели в тартарары. Она не сможет отказать тете после восемнадцати месяцев разлуки.

В своем письме отец и его новая жена приглашали Клэр погостить у них дома в Гемпстеде. Элизабет, писал отец, ждет не дождется встречи со своей падчерицей.

Последним, как всегда, она вскрыла письмо Саймона. Он припас для нее хорошенький сюрприз. В Норвегии его страсть к Клэр остыла, он познакомился с замечательной девушкой по имени Айра, и они планировали пожениться… в конце марта!

«Она очень похожа на тебя, — писал Саймон. — Молочная кожа, крохотные золотистые веснушки на носу. Я привезу ее с собой в Англию. Мы можем встретиться и поболтать о былых днях. Как же давно я тебя не видел! Когда-то все считали очевидным, что мы с тобой поженимся, но жизнь распорядилась по-своему… мы полюбили других людей. Надеюсь, ни один из нас об этом не пожалеет».