Розалинд Бретт - И никаких сожалений

Раз в год в Ридглее устраивались скачки, и Клэр пошла на них с Россом. В тот день шел дождь, и ему пришлось поднять крышу своего спортивного кабриолета. Но когда они достигли ипподрома, ветер уже разогнал тучи и на небе сияло яркое летнее солнце. Болельщики снимали свои плащи, убирали зонты и рассаживались на трибунах. Росс, взяв Клэр под локоть, проводил ее до их места. Бросив ее сумочку на свое кресло, он достал бинокль и принялся изучать лошадей. В твидовом пиджаке и темно-коричневых брюках он казался Клэр самым красивым мужчиной на свете. Мысль, что она испытывала к Россу не только физическое влечение, впервые взбудоражила ум.

Клэр любила лошадей. Она делала небольшую ставку в каждом заезде, вызывая у Росса усмешку, каждый раз игнорируя его советы и ставя на ту лошадь, что нравилась ей больше всего.

— Прислушиваясь к своему сердцу, а не к доводам разума, ты напрашиваешься на неприятности, — заметил он.

Изучая его профиль из-под полузакрытых ресниц, она понимала, что видела его глазами своего сердца. Высокий, поджарый, с хорошо развитой мускулатурой и угловатым лицом. Пару раз он задорно улыбался ей, показывая ровный ряд белых острых зубов, а в его глазах мерцали синие искорки.

Они появлялись, когда Клэр играла для него на пианино. У нее был талант от природы, который тетя Летти заставила развить, а отец заплатил за учебу. Но когда она играла для Росса, ее музыка наполнялась новыми, неизведанными эмоциями. Он сообщил, что Клэр играла просто великолепно… для своего уровня.

— Хочешь сказать, что мне еще расти и расти? — спросила она.

Стоило только Россу заговорить об Африке, Клэр внутренне содрогалась от восторга. Тропическая ночь… и Росс. Неустрашимый, энергичный, уверенный в себе мужчина, приучивший себя брать все, что пожелает.

Она беспрестанно расспрашивала его об Африке. Он рассказывал… синие искорки в глазах выдавали его удовольствие от ее наивного любопытства. Недели, проведенные вместе с ним, были полны веселья и возбуждения.

Клэр была вынуждена пригласить его к себе домой. Тетя Летти была крайне удивлена, но выбор Клэр явно не одобрила. За столом она отсадила Росса подальше от своей племянницы. После ужина они все играли в бридж. Клэр радостно улыбнулась, когда Росс помог ее тете сесть за карточный столик.

— Должна признать, он довольно мил, — сказала ей тетя Летти вечером. — Я ужасно играла сегодня, но Росс, как мой партнер по бриджу, все время меня спасал. В нем есть какая-то изюминка… только он не наш тип, Клэр. Он успел повидать мир…

— Именно поэтому он и интересен, — вмешался дядя Фред. — У этого парня горящий взгляд… ты заметила?

— Горящий взгляд больше к лицу миловидной девушке, — недовольным тоном заявила тетя. — Клэр, мне кажется, тебе не следует с ним больше встречаться. У меня такое чувство… Клэр, этот парень может сделать тебя очень несчастной.

— Тетя, дорогая! — Она звонко рассмеялась. — Он всего лишь мой друг.

— Не думаю, что Саймон с тобой согласится, — задумчиво произнесла тетя Летти.

Саймон и Росс были как небо и земля. Саймон был блондином, Росс — брюнетом и плантатором, а не писателем. Росс брал судьбу в собственные руки вместо того, чтобы пытаться разобраться в скрытом смысле происходящих с ним событий.

Клэр знала, что Росс воспринимает ее только как хорошего компаньона, и она не хотела разрушать их дружбу, требуя чего-то большего. Быть рядом с ним означало для нее смешанное с ужасом наслаждение. Ей нравилось танцевать с Россом, хотя на танцполе он имел мало общего с Джином Келли. Устав от танцев, они выбегали на террасу ночного клуба. Было лето, и солнце садилось поздно, заливая деревья багряным огнем. Облака казались воздушным золотистым шарфом, перекинутым через алый небосвод. Они вдвоем наслаждались закатом, вдыхая аромат роз.

Однажды вечером Росс усадил ее на скамейку в саду и забросал вопросами о ее жизни. Клэр ничего не оставалось делать, как только честно отвечать.

— Я ужасно благодарна тете Летти и дяде Фреду, что позволили мне жить вместе с ними.

— Это они должны быть благодарны, что заполучили такое послушное дитя, — сказал Росс с задумчивой улыбкой.

Каково это… маленький английский городок после просторов Западной Африки?

— Тихо, уютно, расслабляет нервы. — Он накручивал на палец локон ее черных волос. — Там нет ничего интригующего, но мне всегда хотелось отправиться в тропики. Только в джунглях я понял, что такое настоящее одиночество. Я не был к нему готов. Ты не можешь себе этого представить, Клэр. Мой ближайший сосед жил от меня в тридцати милях, и он был мужчиной.

Вскоре Росс покинул ее на неделю. В своем воображении Клэр бродила по местам, которые ей не терпелось увидеть: по шумным базарам, по забытым богом деревням дикарей, по жутким джунглям. Она пыталась представить себе гигантские деревья, потрясающие тропические цветы, полуденный зной и огромное жаркое солнце на бронзовом небосводе. Клэр даже и не надеялась, что Росс вернется из Лондона с предложением, которое воплотит ее мечты… Почти не надеялась.

Клэр встала с дивана и доковыляла до окна. Сквозь залитое дождем стекло она различала лишь слабые тени. Мир погряз в серости! Она представила себе двоих мужчин в лодке, попавших в самый центр тропического потопа. Она пошла на кухню и спросила у Джонни, как долго будет идти дождь.

— Три-четыре часа, — последовал ответ.

За это время Росс и Билл успеют промокнуть до нитки, прежде чем доберутся до укрытия. Ее сердце переполнили тревога, любовь и все другие чувства и эмоции, какие только может испытывать оставленная в одиночестве женщина.

Клэр сидела в озаренной светом настольной лампы гостиной, думая о тех днях, месяцах, годах, что ждут ее впереди. Росс со сдвинутой на затылок шляпой и задорной улыбкой на губах не войдет с улицы, не снимет дождевик и не нальет себе стакан виски. Она никогда больше не увидит, как он курит на веранде, развалившись в плетеном кресле, а верный пес лежит около его ног. Иногда Клэр так и подмывало сказать нечто вроде того, что я, мол, уезжаю, но мое сердце навсегда останется с тобой, а ты, похоже, слишком увлечен Пэтси Хэрриман, чтобы это заметить. Я решила плыть по течению, у меня нет больше сил бороться с моими принципами и установками, которые вложила в меня тетя Летти. Я мечтаю о путешествиях, но решила посвятить свою жизнь тем, кто нуждается во мне. Таким, как тетя и отец, как Саймон… я никогда не смогу полюбить его… ведь я люблю тебя, Росс.

Любовь! Я ненавижу любовь! Она отняла у меня независимость, отдала меня во власть эмоций и жестокого человека, которого я люблю!