Бесстыжее лето - Элли Лартер

— мы организовываем для людей полотенца, теплые пледы и горячий чай и кофе. Благо, все это находится в нашей студии. Кто-то собрался домой — мы вызываем гостям такси. Кто-то просто хочет поблагодарить, пообщаться, предложить сотрудничество. Мы с Артемом только и успеваем кивать и улыбаться, перемещаясь между студией и танцевальной площадкой, увлекшись работой и совсем позабыв о самих себе. Вот оно — наше дело! Когда к нам подходят сзади и накидывают на плечи один плед на двоих, мы оборачиваемся: это Макс.

— Спасибо, бро! — кивает Артем, поправляя край пледа. Я подхватываю второй и вдруг взволнованно спрашиваю:

— А где Анушка?

Мне становится стыдно, что я упустила из виду шестнадцатилетнего ребенка, приехавшего из далекой Индии и не знающего русского языка.

— Она в моей машине, — улыбается Макс. — Греется. Я принес ей кофе. Не переживай. Мы отлично справляемся.

— Хорошо, — я с облегчением киваю. — Спасибо!

— Но пора заканчивать. Нельзя, чтобы люди успели сильно замерзнуть и простыть. Впечатления должны остаться только позитивные.

— Это точно, — я соглашаюсь, и мы втроем продолжаем разруливать ситуацию до тех пор, пока студия и танцпол не становятся пустыми, и только нанятые официанты остаются шнырять между столиками, убирая остатки еды, да диджей сматывает мокрые провода. Тогда мы садимся на влажные после дождя ступеньки, чтобы выпить по чашке горячего кофе и наконец по-настоящему расслабиться.

— Все прошло отлично! — заявляет Макс, а Артем подмигивает мне:

— А то!

— Теперь домой, греться и отдыхать, — говорю я, потому что вдруг понимаю: я безумно устала, хочу лечь и целые сутки просто спать.

— Я подвезу вас троих до дома, — кивает Макс.

— Спасибо.

Дома мы первым делом отправляем в душ Анушку, а потом, когда она укладывается вместе с братом спать, идем туда сами, вдвоем. Молча и не сговариваясь снимаем с себя всю одежду, остающуюся грудой мокрой грязной ткани на кафельном полу, становимся под горячие струи воды, обнявшись, и просто наблюдаем, как яркая радуга стекает с наших тел, закручиваясь завитками возле слива.

Еще через несколько дней нам приходит повестка: «Luce della bellezza» подает на нас в суд за нарушение авторских прав.

— Вот стервы, — говорит Артем, прочитав документ. Я его даже читать не хочу, и так ясно, к чему прикопаются Котик и Торецкая: к фотосессии Анушки, которая недавно появилась в свободном доступе в интернете. Судиться с ними совсем не хочется — тупо лень, — но выбора у нас нет.

48 глава. Триумф

Спустя три месяца после описанных событий

Середина ноября на северо-западе России — самое паршивое время в году. Если вы не согласны — идите к черту, вот что я вам скажу. Кажется, что вся природа замерла, застыла, предчувствуя скорый мороз и снежные бури. Но пока снега нет — и все буквально окутано тьмой. На улице мрачно и сыро, лужи покрыты сеткой тонкого льда, который расползается тонкой паутинкой, стоит наступить на середину каблуком. Небо висит над головой влажными серыми лохмотьями, такое низкое, что кажется, протяни руку — и пальцы достанут до этой грязной стекловаты, запутаются в ней, поранятся мягкими подушечками об острый иней, застывший внутри. Солнце выползает из-за горизонта около десяти часов утра: сонно, лениво, как будто нехотя, тяжело таща за собой круглое пузо. К шестнадцати уже опускается за линию горизонта обратно, оставляя за собой ледяное красное марево. Ночью, если не светят фонари, — хоть глаз выколи. И очень, очень, очень холодно. В ноябре я предпочитаю не гулять и вообще нос на улицу не высовывать. Лучше кутаться в плед и пить горячий кофе — круглые сутки. Особенно теперь, когда мы с Артемом и Максом только приехали из двухмесячного азиатского трипа, где эмоций было столько, что хватило бы кому-нибудь на целую жизнь… Но не нам. Нам было мало.

Если смотреть по карте, то мы начинали с северо-запада и постепенно спустились на юго-запад: Казахстан, Узбекистан, Туркменистан, Иран, Афганистан, Пакистан, — а потом двинулись на восток, и оттуда — на северо-восток: Непал, Мьянма, Китай, Монголия. Наверное, об этом путешествии можно бы было написать отдельную книгу (я подумаю об этом), но главное — мы вернулись с тысячами фотографий, которые теперь планировали положить в основу нового проекта Максима и нашего общего агентства «SLB World Beauty». Страны Азии и люди Азии оказались разными и красивыми, яркими, необычными, завораживающими, вдохновляющими… Каждый день начинался и заканчивался магией творчества. Затворы фотоаппаратов щелкали без конца. Вылетая из Улан-Батора обратно в Москву, мы оставляли в Азии кусочки своих влюбленных сердец — и обещали вернуться к новым друзьям. Весной, может быть. А пока нужно было лететь обратно в серую реальность, в ноябрьскую столицу, чтобы работать и судиться с «Luce della bellezza». Этот иск здорово помотал нам нервы — но мы были намерены выиграть у Котик и Торецкой уже на третьем, финальном заседании суда.

Первые два прошли еще ранней осенью без нас, но при участии наших адвокатов: мы сами в это время были в Иране, а потом в Китае. Суть обвинений «Luce della bellezza» была такова: по их версии, мы незаконно удержали у себя фотографии Анушки Парадешвы, сделанные во время командировки в Индию. Мол, раз снимали мы в рабочее время — то все снимки принадлежат их компании. Доказать обратное оказалось не слишком сложно, тем более с хорошими адвокатами, которых посоветовал нам Макс: достаточно было расписать наше рабочее время и подтвердить, что в ходе командировки мы ежедневно отрабатывали положенные трудовым договором семь часов. Все остальное время считалось свободным — тогда мы и занимались собственным новым проектом. В качестве свидетелей с нашей стороны выступали Максим и сама Анушка, а также несколько посредников, помогавших нам с организацией съемок в Индии. Их мы, естественно, в Россию везти не собирались: они должны были выступать в суде через Зум. А вот Анушка, вернувшаяся на родину еще в конце августа, должна была прилететь сегодня, чтобы присутствовать на заседании лично. Ранним утром мы с Артемом встали, чтобы встретить ее в аэропорту. К счастью, для ее возвращения в Москву была и другая, более приятная и не менее веская причина: она должна была вместе с нами презентовать фотографии, сделанные в азиатском трипе. Между прочим, саму ее уже начали узнавать в Индии. Пока они с матерью и братом жили в прежнем доме, но вскоре собирались перебираться в другой, гораздо лучше, и уже не в трущобах.

Добравшись до Шереметьево, мы первым делом покупаем любимые