Временная жена для мажора - Тина Дорофеева

пока он снова посмотрит на меня.

– Это не ерунда. Это твое увлечение, и это нормально. Макс, – понижаю голос, – это часть тебя. Почему ты стыдишься?

И я правда не понимаю, почему он так тщательно скрывает это свое увлечение.

Макс отводит глаза, и меня это настораживает.

– Не уверен, что ты хочешь знать ответ на этот вопрос, Лер.

– А давай ты не будешь решать за меня, Макс. Так почему?

Он слишком долго молчит. Обдумывает что-то, смотря в сторону. И меня пронзает догадка.

– Подожди, – упираюсь ладонью в его грудь, привлекаю внимание, – бывшая? Та, которая перебежала к твоему брату. Да?

Макс морщится, и я понимаю, что попала точно в цель.

– Было дело, да.

– И она над тобой посмеялась? – Меня злит, что он вообще серьезно воспринял ту идиотку.

Ну иначе я не могу ее назвать. Потому что променять Макса на кого-то другого можно было не от большого ума.

– Не то что бы надо мной. Над тем, что я собираю, как она выразилась, игрушки.

Поверить не могу! И не могу скрыть своего неприятного удивления. Пытаюсь высказать, что я думаю про его бывшую, но из меня вылетает только недовольное пыхтение.

Некоторые девушки полные дуры.

– Что? – Макс прищуривается, подтягивая меня к себе за талию. – Что ты фыркаешь, как ежик?

Зарывается в волосы и резко выдыхает. Он сбивает меня своими ласками, но я считаю должным закончить разговор и донести до Макса, что я думаю.

– Я просто поверить не могу, что ты обратил внимание на ее критику. Это полный бред. Знаешь, это твое увлечение, и никто не имеет права им тебя попрекать, – я распаляюсь, – да их вообще не должно касаться это, даже если бы ты собирал палочки от мороженого, которое ел с малых лет.

– Палочки от мороженого? – фыркает Макс.

– Да! Потому что для тебя это важно, и никто…

Макс прерывает меня, обхватывая за лицо. Смотрит в глаза.

– Я понял, Золушка. Спасибо, – приближается ко мне, не сводя глаз, – спасибо тебе.

Удивленно моргаю.

– За что?

– За то, что ты такая искренняя и добрая.

Сердце пропускает удар. Щеки предательски вспыхивают, и я прищуриваюсь, уже предвкушая очередной смешок муженька.

Макс прижимается к моим губам и из него вырывается довольный стон. Я же только и могу, что ответить и сильнее прижаться к нему.

– Ты просто потрясающая. Ты все еще жалеешь, что вышла за меня?

Даже не задумываюсь. Мотаю головой. Потому что то, что я сейчас испытываю, точно не отнесешь к сожалению.

Макс кивает и выдыхает.

– И я не жалею, Золушка.

Глава 25

Утром выбираюсь из уютных объятий Макса и разминаю затекшую шею. Вот так ночую с парнем я впервые, и для меня это новый опыт. Приятный.

Прислоняю ладони к горящим щекам и натягиваю футболку Макса. Рубашку, в которую он меня вчера одевал, трогать не рискую. Потому что снова задумала сделать завтрак, надеюсь, в этот раз эта попытка увенчается успехом.

Я могу быть упертой, когда мне нужен результат. А сейчас я хочу показать Максу, что руки у меня все же на том месте, где и должны быть.

Оборачиваюсь и даю себе немного полюбоваться спящим мужем. Раскинулся на кровати, как звезда, и манит меня вернуться к нему под бок.

Встряхиваюсь, с трудом отрывая от него взгляд.

– Так, – листаю в телефоне рецепты.

Пытаюсь выбрать не самый замороченный, чтобы справиться наверняка.

– О! Подойдет.

Хачапури в мультиварке. Отлично! Мультиварка у Макса есть. Быстро, дешево и сердито.

Пока натираю сыр, мне начинает звонить мама.

Черт! Я со всеми амурами забыла про родителей. За две недели позвонила три раза. Позор.

Прислушиваюсь к звукам, но в доме тишина. Надеюсь, пять минут в запасе у меня есть, и я могу поговорить с родителями. Иначе они пошлют на мои поиски спасательную бригаду.

Тут уж лучше рискнуть и ответить, чем потом маму успокаивать несколько дней.

Выдыхаю и принимаю вызов.

– Привет, мамуль, – растягиваю губы в улыбке.

Рада их видеть. Соскучилась непередаваемо просто.

– Привет, доча, – мама смотрит с осуждением, и мне становится немного стыдно за то, что я пропала, – а ты ничего не забываешь делать?

– Да, прости, я совсем что-то замоталась и не звонила давно. Как вы?

Мама качает головой. В камере появляется папа и грозит пальцем.

– Почувствовала свободу? Пошла в разгул? – Я понимаю, что он шутит. – Тут мать чуть ли на стены не лезет от волнения за тебя.

– Да, прости, – ставлю телефон на столешницу и разбиваю яйца.

У родителей синхронно вытягиваются лица.

– Ты готовишь? Сама?

Угукаю.

– Машка спит просто. А кушать хочется. До открытия всех кафешек еще полтора часа, вот и решила рискнуть.

Папа выдает нервный смешок. Обидно, что твои самые родные не верят, что ты справишься.

Мама толкает папу в бок и шикает.

– Что готовишь?

– Эм, тут есть мультиварка, вот решила хачапури сделать. Должно быть безопасно, – пожимаю плечами.

Мама показывает два больших пальца, и это немного успокаивает. Вселяет веру.

– Ну рассказывай. Как ты там? Как семинар? Как Машка? – засыпают родители вопросами.

– Да хорошо все. Интересно, да. Сегодня вот нет никаких выступлений, решили с Машкой отдохнуть.

– К нам бы хоть приехала, а то совсем пропала. – Мама печально вздыхает.

– Так, Рая, не вздыхай. Лерка у нас уже взрослая.

Мама закатывает глаза и показывает мне кулак.

– Это не значит, что ей можно вот так просто забывать про родителей. Взрослая. – Мама недовольно надувает губы.

И мне снова становится стыдно за упущение. Обещала же звонить, а тут сама пропала. Только сообщения маме писала, что у меня все в норме.

– Я исправлюсь, – складываю руки на груди, – обещаю.

Папа хмыкает, обнимая маму за плечи. И это так мило, что я любуюсь ими.

– Когда домой-то, Лер? – вступает в разговор папа.

– Эм, ну еще пара недель, наверное.

Черт! А как теперь быть с родителями после всех признаний Макса? Он же ясно дал понять, что не отпустит просто так.

А как быть с Израилем? И учебой…

– Доброе утро всем.

Твою ж…

Сердце ухает, когда в кадре появляется Макс и машет моим родителям в камеру.

Мне конец!

Мама с папой даже не скрывают удивления. Их лица вытягиваются, а глаза округляются.

– Это Максим? – Мама первая обретает дар речи, пока папа молча сверлит меня взглядом.

Хватаю телефон со стола и отворачиваю от довольного Макса. Боже! Я его убью немного позже.

Сначала надо хоть что-то сказать родителям.

– Эм, – голос дрожит, а мозг пытается придумать правдоподобную отмазку, – да, Макс. У него вчера был день рождения, и вот мы с Машкой приехали его поздравить.

Мама с папой переглядываются.

– И ты решила приготовить завтрак? С Максом. Тогда где Маша?

Блин!

Нервно потираю лоб между бровями, а саму начинает слегка трясти. Макс вопросительно выгибает бровь и облокачивается на стену.

– Не понял, ты до сих пор с кольцом ходишь? – добивает папа.

Макс скалится, а я пытаюсь взглядом его испепелить. Жаль, я не преуспеваю.

– А-а-а-а, – смотрю на руку, как будто первый раз ее вижу, – кольцо.

– Лера, что происходит? – В голос мамы прорезаются нервные нотки. – Где ты сейчас,