Дебора Диксон - Ты - мой спаситель

— Она не могла этого сделать, — возразила Мэгги. — Она мне как сестра. Она бы не причинила мне вреда.

Молчание давило на нее, как физическое присутствие, заставляя признать предательство, которое она не могла принять, и вопросы, которые не желали уходить. Зачем Кэролайн так поступать с ней? Но если не Кэролайн, тогда кто? Кто еще мог знать о пробуждающихся воспоминаниях? Кто мог догадаться? Мэгги понадобилось несколько минут, чтобы найти ответ и заставить себя пошевелиться. К этому времени Бо уже почти полностью оделся.

— Это не Кэролайн, — заявила она.

Бо не остановился, продолжая заправлять рубашку в джинсы.

— У нее есть ключ от твоего дома?

— Да, но…

— Значит, она могла войти. Она знала Сару. — Он взял со стола свой бумажник. — Знает тебя. Знает о возвращении памяти. Гвен ее бы впустила в дом.

— Кто угодно может пройти мимо Гвен. Ты это уже доказал.

Бо прицепил значок и взял пистолет.

— Мне очень жаль, Мэгги. Я понимаю, что тебе не хочется этому верить. Но сейчас мы…

— Кэролайн не единственная, кто знает о возвращении воспоминаний.

Это привлекло его внимание, и Бо застыл с кобурой в руках.

— Что ты имеешь в виду?

— В день пожара в больнице, после нашего с тобой разговора, я поехала прямо в салон красоты Кэролайн. И выпалила все прямо посреди салона, полного людей.

Прилаживая на место пистолет, Бо возразил:

— Этим людям ни к чему твои воспоминания.

— Подожди. — Она протянула руку, чтобы остановить его, когда он направился к двери. — Я не точно объясняю. Этот салон красоты просто рассадник сплетен. Многие из клиенток Кэролайн росли вместе с ней и Сарой. Кэролайн оплачивала свое обучение в школе косметологии тем, что стригла подруг. Они все еще к ней ходят. Массажистка у нее работает уже десять лет.

— Мэгги, — мягко произнес он, — это не имеет значения.

— Нет, имеет. Только послушай. Я была вне себя, Бо. Я все это сказала. О пожаре, о начинающихся возвратах памяти, упомянула имя Сары… Может быть, кто-то, услышав это в салоне, пришел домой или на обед и рассказал кому-нибудь еще, как Мэгги Сент-Джон потеряла над собой контроль. В салоне можно было слышать, как муха пролетит, когда я кончила все это выливать на головы присутствующих. Кэролайн заставила меня замолчать и утащила в свой кабинет. Кто угодно мог оказаться там в тот день.

— Как велик этот салон?

— У Кэролайн работает пять косметологов, кроме нее самой. Они арендуют места и иногда работают сразу с двумя клиентками одновременно.

— Это значит, что у нее ведется книга предварительной записи.

— Я могу ей позвонить, — предложила Мэгги.

Бо схватил ее за руку и оттащил от двери.

— Еще не время. Сперва я хочу просмотреть это досье. Ты поедешь со мной. Я не могу оставить тебя здесь.

— Что тебе даст это досье? — тихо спросила она.

— Узнаю, когда прочту его.

Мэгги знала. Или, по крайней мере, боялась того, о чем могло рассказать ему досье. Если Бо узнает, что ребенком она была поджигательницей, он снова начнет в ней сомневаться. Спросит себя, правду ли она ему говорит. Будет во всем сомневаться! В одно мгновение она из жертвы превратится в виновную.

Она не могла себе представить, чтобы Бо разрешал сделать вторую попытку. Ее мама была права. Нельзя лгать такому человеку, как Бо.

С отчаянием Мэгги поняла, что правду сказать она ему тоже не может. Может только надеяться, что он ее не узнает.

13

Когда они приехали в следственный отдел, там был только Рассел. Он удивленно поднял брови при виде Мэгги, но ничего не сказал, только включил ее в приветствие.

— Привет, шеф. Здравствуйте, мисс Сент-Джон.

— Привет. — Ее улыбка была бледной копией той ослепительной улыбки, которой она одарила его несколько дней назад.

Бо отстал от Мэгги, когда она прошла в кабинет. Затем повернулся к Расселу.

— Я жду досье из…

Опередив его, Рассел произнес:

— Уже здесь. Подумал, что это важно, поэтому уже собирался запереть его в шкаф до завтра. — Он бросил на стол ключи и подал Бо запечатанный конверт. — Не хотел доверять его новым уборщикам и не знал, когда вы появитесь и придете ли вообще.

Бо не обратил внимания на тонкий намек Рассела на то, что хорошо бы ввести его в курс дел Мэгги.

— Возможно, я попрошу тебя немного поработать для меня сверхурочно и понаблюдать за Мэгги. Можешь немного задержаться?

— Никаких проблем. Я все равно перебирал тут бумаги и ждал лабораторных результатов по пожару у Беннета.

— Зачем? Лаборатория все равно не выдаст результаты за один день.

— Разве вы не велели мне расследовать этот случай так, словно это дом моей мамы? Я так и думал, — сказал он, когда Бо подтвердил свое распоряжение кивком. — Поэтому я обещал лаборатории отдать им вашего первенца, если они позвонят мне до половины шестого.

Бо рассмеялся, как ему показалось, в первый раз за много дней.

— Я знал, что могу положиться на тебя, Рас.

— Ну… раз уж вы в таком хорошем настроении, то я должен вам признаться. — Он заговорщически понизил голос. — На самом деле я пообещал Лоле — вы ее знаете: не замужем, шикарная, высокая, с длинными черными волосами. Намекнул ей, что именно она может стать матерью вашего первенца.

Бо улыбнулся и перевел взгляд на Мэгги, которая ждала в его кабинете.

— Извини, Рас, кажется, я не смогу достойно сдержать твое обещание.

— Догадываюсь, что мне придется пожертвовать собой и заменить вас. Это будет нелегким делом… надеюсь. — Затем из голоса Рассела исчезла добродушная насмешка. — Будьте осторожны, Бо.

— Я всегда осторожен, — пообещал тот и направился к себе в кабинет.

У Рассела хватило то ли здравого смысла, то ли воспитания прямо не назвать его лжецом.

Когда Бо прикрыл за собой дверь, Мэгги подняла на него глаза. Она была тихой и бледной с тех пор, как они уехали из ее дома. Ее взгляд с испугом метнулся к конверту.

— Это оно? — спросила Мэгги, указывая на конверт.

— Боюсь, что да. — Бо сел за свой стол и сломал печать, потом остановился на мгновение. — Ты можешь подождать в комнате с Расселом, если хочешь. Я приду за тобой, если у меня возникнет вопрос.

Мэгги слегка покачала головой.

— Лучше я останусь здесь. Со мной все в порядке.

Бо в этом сильно сомневался, но, как и у Рассела, у него хватило здравого смысла и воспитания не назвать ее в лицо лгуньей.

И еще он знал, что у Мэгги сильный характер. Она не сломается, а если это произойдет, будет отрицать до последнего дыхания. Поэтому Бо позволил ей остаться.