Сандра Филд - Ожившая статуя

Лорен вкратце описала ему события.

— Ты не знаешь, где он сейчас?

— В Англии. В конце недели уезжает в Гонконг, а до тех пор поживет в своем поместье в Суррее. Почему бы тебе не позвонить ему и не узнать, любит ли он тебя?

— Мне нужно видеть его лицо, когда буду спрашивать, — раздраженно ответила Лорен.

— Сегодня днем я должен был лететь в Лондон. Но переговоры отложили, а у меня не было времени сдать билет. Хочешь, уступлю его тебе?

— Господи! Даже мысль о возможной встрече с ним — настоящее безумие.

— Может быть, стоит рискнуть, чтобы потом не ругать себя за нерешительность?

— Хорошо, — наконец ответила Лорен, — согласна.

— Я позвоню в авиакомпанию и договорюсь, чтобы билет перевели на тебя. Слава богу, у меня есть там знакомые, не такие влиятельные, как у Рийса, конечно, но все же. Билет получишь на стойке регистрации, ладно? — Сэм быстро объяснил ей процедуру. — Хочешь, я позвоню ему? Скажу, что ты прилетишь.

— Нет! Ни в коем случае. Хочу застать его врасплох. Только так можно узнать, что происходит… Пожелай мне удачи.

— Ни пуха ни пера. Обязательно потом позвони мне, чем бы у вас все ни кончилось. Или если тебе понадобится помощь.

— Ты уже очень много для меня сделал. Большое тебе спасибо. Ладно, пока.

Лорен повесила трубку и в задумчивости провела пальцами по шее глиняной скульптуры, остановившись на ключице. Какой смысл лепить его из глины? Он нужен ей сам. И она будет бороться за него. Разве подсознательно она не наполнила его черты той мощью, которую он проявлял во время секса, и нежностью, которая помогла ей довериться ему? Пелена слез заволокла ее взгляд. Девушка поняла, что создала лицо влюбленного мужчины.

Нужно взять бюст с собой. Может быть, он сумеет объяснить Рийсу то, что не удастся ей.

А если ничего не получится — что ж, по крайней мере она будет знать, что попыталась.

Спустя много долгих часов Лорен вышла из такси у ворот имения Рийса. Солнце давно село за горизонт, и темные стволы деревьев едва вырисовывались на черном небе.

— Мисс, вы действительно хотите остаться здесь? — удивился шофер.

— Да, — улыбнулась Лорен, подхватив коробку со скульптурой и небольшую сумку. — Не волнуйтесь за меня.

Шофер кивнул и был таков. Лорен прошла через ворота и побрела по дорожке к дому. Глаза постепенно привыкали к темноте. Размахивая ветками, зловеще скрипели дубы, будто несмазанные двери. Где-то вдалеке ухала сова. Но вот за стволами блеснул свет в окне.

Значит, Рийс дома. Девушка выдохнула с облегчением, но тут же почувствовала, как руки холодеют от страха. Она не представляла, что скажет ему. Может быть, стоит просто отдать коробку и посмотреть, что будет дальше?

С каждым ее шагом огни становились все ярче, а волнение все сильнее. Не позволяя себе впадать в панику, Лорен поднялась по ступенькам и нажала кнопку звонка. До нее донесся легкий перезвон, заглушаемый громко бьющимся где-то в горле сердцем. Потом послышались шаги.

Дверь распахнулась.

— Мисс Кортни, — приветствовала ее Хейзел. — Какой сюрприз.

Оправившись от изумления с примесью разочарования, Лорен кивнула.

— А Рийс… он ведь дома?

— Входите, входите. На улице подморозило, правда? — посетовала Хейзел, забирая сумку из окоченевших пальцев девушки. — Вы что же это, пешком шли от самых ворот? Я вот тут всю жизнь прожила, а так далеко никогда не хожу. Мистер Рийс, говорите? Так нет его. Вчера рано утром уехал в Лондон. Чтобы улететь в Штаты — так он сказал.

— Вчера? — автоматически повторила Лорен.

— Вот именно. Что-то у него там срочное случилось, а что — не знаю. И когда вернется, тоже не сказал… Голубушка, вам плохо?

Девушка поставила коробку на стул. Получается, вчера Рийс перелетел Атлантику и был рядом с ней, но даже не позвонил.

Вот и ответ на все вопросы. Отогревшись наконец в тепле коридора, Лорен рассеянно сказала:

— Нет. Все в порядке. Благодарю вас.

Хейзел силой усадила ее на соседний стул.

— А по виду не скажешь, уж извините меня за вольность. Придется вам переночевать здесь. Я позвоню мистеру Рийсу на работу и узнаю…

— Не нужно этого делать! — очнувшись от оцепенения, выпалила Лорен.

Взгляд серых глаз проницательной Хейзел пронзил ее.

— Хорошо. Но все равно я прослежу, чтобы вы как следует поужинали и устроились здесь, прежде чем уйду в особняк. Том, мой муж, зайдет завтра утром. Вы не боитесь остаться на ночь одна в доме?

— Нет, что вы.

Лорен мечтала об одиночестве и, несмотря на искреннюю заботу Хейзел, была рада, когда несколько часов спустя та удалилась к себе. Экономка постелила ей в гостевой комнате. Лорен не смогла бы спать там, где испытала настоящее счастье с Рийсом.

Она бессмысленно блуждала по дому, не зная, чем заняться, брала что-то с полок, ставила на место. В каждом уголке чувствовалось присутствие хозяина. Завтра нужно уехать при первой же возможности, решила девушка. Вернуться домой и постараться вычеркнуть из памяти человека, который перевернул ее жизнь с ног на голову, заставил познать истинную радость и глубочайшее отчаянье, объединенные одним словом — любовь.

Сама того не осознавая, она достала из коробки бюст и долго смотрела на него, словно он мог дать какие-то ответы. Потом спустилась вниз и поставила скульптуру на столик, а сама села на диван. Этот человек был влюблен только в ее воображении. Она приняла желаемое за действительное. Рийс не любит ее. И никогда не любил.

Изнывая от боли, рвущей сердце, Лорен уткнулась в мягкую бархатную подушку. Она лежала в полудреме и не могла собраться с силами, чтобы уйти в спальню. Старинные часы мелодично отбивали время: десять, одиннадцать, полночь, час. Вдруг девушка встрепенулась и вскочила. Сердце подпрыгнуло и упало в груди. Кто-то вставил ключ в замочную скважину.

Входная дверь открылась, потом захлопнулась. В коридоре раздались шаги.

— Лорен? — позвал Рийс. — Ты где?

Откуда он знает, что она здесь?

— В гостиной, — неуверенно ответила девушка и увидела его в дверном проеме. Горящие голубые глаза испытующе смотрели на нее. Она схватила бюст, пытаясь засунуть его между столиком и диваном. — Мне не следовало приезжать. Прости. Больше такое не повторится. Утром я уеду, как только рассветет…

— Что ты там прячешь?

Его внезапное появление посреди ночи совершенно лишило ее способности здраво рассуждать и трезво мыслить.

— Вылепила на досуге. Я приехала сюда вчера, чтобы сказать, что люблю тебя. Но не нужно было этого делать. Ты был в Штатах днем раньше, но даже не позвонил мне. Теперь я выгляжу полной идиоткой. — Ища убежища в гневе, Лорен продолжила: — Ты вот что. Иди к себе, ложись спать и просто забудь обо мне. У тебя это хорошо получается. А когда проснешься, меня уже не будет.