Элизабет Эштон - Взмахни белым крылом

Не успела Кэтрин успокоить Пилар, как на пороге появилась бледная как смерть Эдвина и принялась поручать ей то одно, то другое. Девушка сбилась с ног, пытаясь заставить слуг приняться за дело. Те, казалось, совсем потеряли голову, все валилось у них из рук.

В эти часы Кэтрин, как никогда прежде, стало ясно, что Сальвадор был стержнем, державшим воедино всю эту семью. Даже при мысли о том, что его вот-вот не станет, все домочадцы совершенно упали духом.

Поздно вечером раздался телефонный звонок. Поскольку никто, по-видимому, не собирался брать трубку, Кэтрин пришлось спуститься и ответить. На другом конце провода говорили на андалузском диалекте. Несколько раз в отчаянии пробормотав «не понимаю», она наконец сообразила, что это Хуан Гуэрва. И даже разобрала, что у него возникли какие-то трудности с отправкой быков. Он тоже желал получить указания. С трудом девушке удалось ему втолковать, что сеньор тяжело болен, а Хосе нет дома. Сердце ее упало – должно быть, Сезар уже уехал, иначе он все уладил бы. Повесив трубку, она прислонилась к стене. Ее охватило чувство ужасного одиночества. В душе Кэтрин все еще теплилась надежда увидеть его на прощанье. Теперь все было кончено. Между ними лег океан.

Вскоре после этого звонка, к ее величайшему облегчению, появился Хосе. На пороге его встретил хор стенаний и слез. Ничего не понимая, он повернулся к Кэтрин, и ей пришлось объяснить, что случилось. Она рассчитывала, что Хосе немедленно возьмет все в свои руки, но он только растерянно смотрел на нее, испуганно моргая, как ребенок. Затем, упав в кресло, растерянно запричитал:

– Что же делать?!

– Кому же и решать, как не вам? – саркастически осведомилась Кэтрин. – Ах да, еще звонили из Валдеги, это срочно. Там что-то напутали с отправкой быков. Я не совсем поняла, в чем дело. Может, вам позвонить Хуану и узнать, что случилось?

Хосе растерянно покачал головой:

– Но я ничего не понимаю в этих делах.

Вздохнув, Кэтрин пожала плечами и отправилась на кухню попытаться убедить кухарку успокоиться и приготовить хоть что-нибудь поесть.

Перед обедом она поднялась в комнату дона узнать у Эдвины, как дела. В мрачной, словно средневековая усыпальница, спальне старик хрипло, неровно дышал. Почти такой же бледной была и Эдвина.

– Не могу оставить его, – прошептала она, – вдруг он придет в себя, а рядом никого нет... или... умрет... – Ее голос дрогнул.

Кэтрин была потрясена – никогда прежде ей не приходилось видеть Эдвину в таком горе.

Она покачала головой и ушла, размышляя, не окажется ли скоро у них на руках двое больных вместо одного. Приказав горничной отнести Эдвине поднос с едой, девушка отправилась в комнату доны Луизы и с облегчением убедилась, что та крепко спит. Затем спустилась в столовую и увидела, что Пилар уже успела переодеться в черное. Кэтрин неодобрительно сдвинула брови. Вскоре к ним присоединился Хосе, и они втроем в полном молчании принялись за еду.

Вдруг, с грохотом оттолкнув от себя тарелку, Хосе яростно рявкнул, глядя на сестру:

– Это ты во всем виновата! Слуги сказали мне, что ты заявила дедушке, будто выйдешь замуж за Карлоса Фонсеку. Он пришел в бешенство, и его хватил удар.

– Вы не постеснялись расспрашивать слуг о таких делах? – не веря своим ушам, спросила Кэтрин.

– А от кого еще я мог узнать об этом? – ледяным тоном осведомился он. – Мама спит, сеньорита Каррутерс сидит с дедом, вы бегаете по дому... Естественно, я хотел выяснить, кто виновник всего этого переполоха. – Он снова повернулся к сестре: – Итак, Пилар, признавайся, это правда?

Девушка разрыдалась.

Решительно встав со своего места, Кэтрин обошла стол и обняла ее за плечи.

– Это непременно нужно было говорить? – упрекнула она Хосе.

Он налил себе бокал вина, смерил Пилар таким взглядом, что обеих девушек бросило в дрожь, и сквозь зубы процедил:

– Ты вела себя просто безнравственно. Дедушка никогда не дал бы согласия на этот брак. А от меня ты его тем более не получишь!

Пилар вновь истерически зарыдала.

В это время хлопнула дверь, послышались торопливые шаги, и дверь в столовую распахнулась.

– Прекратить! – приказал знакомый голос.

И Кэтрин рухнула в кресло.

– Сезар! – облегченно ахнул Хосе. – Слава Богу! Рад тебя видеть, старина! А я уж думал, ты уехал!

– Собирался завтра утром лететь в Лиссабон, – ответил он. – Скот уже отправил, и вдруг позвонил Хуан. Вот я и решил приехать. – Налив в стакан немного вина, он протянул его Пилар. – Выпей, будь хорошей девочкой.

Пилар молча выпила все до последней капли.

Сезар делал вид, будто не видит Кэтрин, а сама она изо всех сил старалась казаться равнодушной.

– Как Сальвадор? – спросил Сезар у Хосе.

– Все еще без сознания.

– У него есть сиделка?

– Сеньора Каррутерс... – начал Хосе.

– Она же не сиделка! – нетерпеливо перебил Сезар.

– Да, – вмешалась Кэтрин, – я очень беспокоюсь за нее, но она отказывается оставить дона, а дона Луиза и слышать не хочет, чтобы отправить его в больницу.

Он в первый раз посмотрел на нее. Лицо его было непроницаемым.

– Где дона Луиза?

– У себя... Я дала ей снотворное.

– Очень разумно. А что это за история с быками? – Сезар снова повернулся к Хосе.

– Я не знаю, как вести дела на ранчо. Да и потом, не время сейчас этим заниматься, – проворчал тот.

– Но не можешь же ты так обращаться с клиентами? Похоже, дел более чем достаточно, но никто не знает, что делать.

– Что ж, может, ты этим займешься? – с легким оттенком презрения в голосе заметил Хосе. – Ты у нас такой энергичный.

– Постараюсь сделать, что смогу. Сначала найдем кого-нибудь приглядывать за твоим дедом и освободим сеньору Каррутерс. Кажется, в городе есть орден, сестры из которого ухаживают за больными?

С этого момента Сезар взял все в свои руки. Через невообразимо короткое время в доме появилась уверенная в себе, спокойная монахиня, которую незамедлительно провели к больному. Кэтрин наконец удалось убедить Эдвину отправиться в постель. Уложив ее, она спустилась вниз посмотреть, что с Пилар, но в гостиной не было никого, кроме мужчин. Помедлив в дверях, она услышала, как Сезар сказал:

– Стало быть, ты ничего не знаешь об этой партии? Придется отложить отъезд и ввести тебя в курс дел. Если старик не поправится, я должен быть уверен, что ты справишься сам.

Хосе поднял голову и встретился глазами с Кэтрин:

– А, Каталина! Что-нибудь случилось?

Она покачала головой:

– Боюсь, все по-прежнему. За доном Сальвадором присматривает сестра. Может, приказать подать кофе? – Потом обратилась к Сезару: – Ваша комната готова. Думаю, поесть вы вряд ли успели?