Новая жизнь - Ирина Суздалева

вообще считал, что я тебя никогда не видела? Но я видела и прекрасно помню. Я помнила тебя все это время. А сейчас настал момент расплаты, но сначала ты ответишь на все мои вопросы, – уверенно произнесла я.

– Я ничего тебе не скажу, – зло выплюнул мужчина.

– Ну, я уверена, что ты все мне расскажешь. Ты ведь помнишь, из какой я семьи? – страх на его лице стал еще более заметен, после этой фразы. И я задала вопросы, которые волновали меня все это время. – Зачем ты это сделал? Из-за выкупа?

Ответом мне послужила тишина, на что я только улыбнулась и сказала:

– Считай то, что ты сам виноват.

Опустив пистолет немного ниже, я выстрелила.

Блондин упал, дырка в ноге помешала ему стоять.

– Бл**ь, – завыл он.

– О, меня называли и похуже. Так ты собираешься отвечать или мне продолжить?

На это он только зло промычал, но ничего не сказал.

– Ну ладно. Сам напросился, – просто сказала я и направилась в его сторону.

Подойдя к нему, я присела на корточки рядом с его ногой и, не отводя от его лица пистолет, нажала пальцами свободной руки на рану.

– С*каааа, – снова завыл он от боли.

– Знаю. И тебе лучше начать говорить, прежде чем я продолжу, – сказала я отнимая руку.

Он молчал, а я снова начала медленно опускать руку на рану, когда он промычал:

– Ладно, ладно....

Он снова замолчал, а я только глубоко вздохнула и снова повела руку в сторону раны.

– Нет, не ради выкупа, – быстро произнес он, задыхаясь от боли.

Сказать, что я была удивлена, это ничего не сказать.

– А ради чего тогда? – спросила его я.

– Нас наняли, – ответил мужчина.

– Кто? – резко задала я вопрос.

И тут он улыбнулся, даже через боль и сказал:

– Твоя мать.

После этой фразы, я почувствовала огромную боль в груди, хоть и знала, что моя мама меня ненавидит.

– Зачем? – только и удалось произнести мне.

Его улыбка стала шире.

– Она не заказывала твое похищение, она заказала твое убийство. Твоя мать сообщила нам, что ты будешь без охраны в тот день, но мы не ожидали увидеть там твою сестру. Поэтому пришлось импровизировать. А когда мы привезли вас в дом и усыпили, тогда поняли, что у нее можно выманить еще больше денег не только за убийство старшей дочери, но и за возвращение младшей. Мы уже обо всем с ней договорились, когда ты сбежала, – рассказал он и все это время не переставал улыбаться.

– А что стало с Анной после того, как я ушла? – задала еще один волновавший меня вопрос.

Вот на этом вопросе улыбка исчезла с его лица.

– Когда ты убежала, мы поняли, что ужасно облажались. И что, если твоя мать нас найдет, нам будет хреново. Я хотел избавиться от младшенькой, но Оля мне не дала это сделать. Тогда мы забрали ее с собой и думали, что делать дальше. Но когда твоя сестра пришла в себя, мы поняли, что она ничего не помнит. И мне показалось, что проблема решена. Мы бы просто выбросили ее в каком-нибудь городе, и она никогда не смогла бы вернутся домой. Но Оля опять вмешалась. Она не могла иметь детей и решила оставить малышку себе. На этом наши дороги с ней разошлись.

Я какое-то время сидела молча и не могла пошевелиться, но слова Марины привели меня в чувство:

– Что мы будем дальше делать?

Я встала и пошла на выход из этого дома.

– Эй, а как же я? – услышала я, когда открыла дверь и положила пистолет в сумочку, предварительно поставив его на предохранитель.

Я повернулась и снова пошла к нему. Зайдя за него, я наклонилась и развязала веревку. Он сразу же зажал рану, пытаясь остановить кровь.

Я обошла его и посмотрела ему прямо в глаза, прежде чем сказать:

– Советую тебе исчезнуть и никогда не появляться в поле моего зрения. В следующий раз я не буду так благосклонна и не отпущу тебя. И не дай бог, ты попробуешь позвонить в милицию, тогда я расскажу им замечательную историю о двух похищенных девочках.

Я снова развернулась и наконец, вышла в эту злополучную дверь, зайдя в которую, все мое представление о моей семье снова перевернулось. Сколько еще грязных тайн есть у моей семьи?

Я была так сильно погружена в свои мысли, что не заметила, как мы дошли до машины.

– Ты поведешь, – разблокировав машину, я бросила Марине ключи, а сама села на пассажирское сиденье.

Как только Марина, завела двигатель, я услышала:

– Лия…

– Не надо, – оборвала ее я, – просто отвези меня домой.

Как только машина остановилась возле дома, я, не произнеся ни слова, вышла из нее и пошла в дом. Услышав, что машина уехала, я сняла обувь и пальто, и сразу поднялась на второй этаж, в нашу с Адамом спальню. Я легла на кровать, свернулась в комочек и смотрела в пустоту, чувствуя жуткую боль в груди. Но слезы не шли. Я лежала и прокручивала слова этого человека в голове. Странно конечно, я даже не узнала, как его зовут, но безоговорочно поверила в то, что он сказал. А все, потому что моя мать вполне способна на это.

Не прошло и пятнадцати минут, как я услышала рев мотоцикла. Я даже не пошевелилась, когда услышала приближающиеся шаги к комнате. И даже тогда, когда увидела лицо Адама перед собой, я ничего не сделала.

Он оценил мое состояние, обошел кровать, залез на нее с другой стороны и, подняв меня, посадил к себе на колени. Я не сопротивлялась. На самом деле мне стало немного легче, когда он обнял меня. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я тихонько начала говорить:

– Когда я была подростком, меня похитили. На самом деле не только меня, но и мою младшую сестру, но я смогла сбежать. До того времени как я приехала сюда, думала, что мать меня ненавидит из-за того, что я сбежала, а моя сестра осталась у похитителей и пропала. Но за день до того, как я появилась здесь, я нашла свою сестру. А моя мать все также не хотела меня видеть. И тогда я решила начать новую жизнь. Без всех этих родственных связей, которые убивали меня.

Я замолчала. Адам тоже не сказал ни слова. Просто ждал, когда я продолжу. Через несколько минут, я произнесла:

– Сегодня я снова увидела своего похитителя и узнала, что это мать заказала мое похищение.

Не знаю, почему я