Штиль во время шторма - Aidan Show

рукавами три четверти, необычно оттенял синие глаза девушки.

Богатырева скорее выглядела загадочно-романтично в эту новогоднюю ночь. Андрей редко замечал за ней образ роковой красотки, да и не думал, что это ей вообще шло. Ведь его Лера — душа творческая и романтичная. Такую как она хочется оберегать, баловать и любить. Не зря же он ей сказал когда-то, что хочет себе в жены именно такую девушку, как она.

Шумов весь вечер не мог отделаться от ощущения тревоги. Что-то невесомым угольком тлело внутри. Кто-то назовёт это интуицией или предчувствием. Андрей же скорее считал это чуйкой.

С чего вдруг возникло такое тревожное предчувствие?

Только из-за присутствия Быстрова?

Нет, Влад казался ему достаточно разумным мужчиной до недавнего времени. И поступил даже по-мужски с Лерой во время развода, только как оказалось, любил потрепать нервы напоследок.

Но причинит ли он вред Лере умышленно?

Навряд ли… Да и ещё при таком количестве друзей.

Как же Шумов ошибался.

Он старательно удерживал в поле зрения Леру, блуждая за ней буквально повсюду, как ручной пёс. Когда девушки ушли покурить, а Влад отлучился в туалет, Андрея отвлек Сан Саныч, затягивая в абсолютно пустой разговор. Именно здесь Шумов и прокололся, ведь абсолютно не думал, что в свои махинации Влад втянет Саныча, а тот по доброй воле не откажет другу в помощи.

В тот момент, когда девушки вернулись с балкона без Богатыревой, Андрей почему-то задергался.

Каким-то невиданным чудом Стасу срочно понадобилось что-то на кухне. Мужчина не сразу понял, что происходит, увидев Леру, прижатую к стене с округлыми от страха глазами, пытающуюся освободиться из захвата Быстрова.

Он только и успел крикнуть остальным, чтобы те скорее бежали к нему. А дальше все как в тумане.

Михеев кинулся оттягивать Влада от Леры, а Саныч метнулся к бледной и еле живой девушке, успев вовремя подхватить, чтобы та не ударилась головой о пол во время падения.

Шумов остолбенел, на пару секунд как от заклятия, пытаясь осмыслить увиденное, и в один миг его лицо превратилось в нечто животное, мышцы лица напряглись, брови взлетели вверх, делая глаза устрашающе зелёными, а желваки на шее заходили ходуном, он со свистом втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Тело моментально отреагировало, сжимая огромные лапы в кулаки, похожие на кувалды, и Шумов кинулся на Влада, готовый его убить.

Первый удар получился немного смазанным из-за поглотившей его ярости и угодил в скулу, а вот после второго послышался отчетливый хруст в области носа, затем удар.

И ещё…

И ещё…

Влад уже лежал спиной на холодном полу балкона, постанывая от боли и не сопротивлялся, а Шумов все продолжал и продолжал, сбивая костяшки пальцев в мясо, не разбирая куда бьёт и с какой силой.

— Да что вы стоите? Отомрите блядь! Он же его убьёт! — крикнула Инна, а Яна рядом всхлипнула.

Первым кинулся на помощь Стас, пытаясь сжать Андрея в плотное кольцо рук, но Шумов был выше него почти на голову, и в весе преимущество оказалось не на стороне Стаса, поэтому его попытки особо не увенчались успехом.

Инна в этот момент подбежала к еле живой Лере, пытаясь прощупать пульс.

— Ин… Инна… — рыдая, пыталась говорить Мелкая, переминаясь с ноги на ногу. — Она дышит?

— Саныч, еб твою мать за ногу, че стоишь, помоги моему мужу! — Михеева с рождения была слеплена из такого теста, что в стрессовых ситуациях она собирала себя в кулак и решала проблемы, как и сейчас, но после, когда опасность минует, её накроет намного сильнее чем остальных вместе взятых.

— Дышит она! — рявкнула Инна. — Принеси холодное полотенце! — Яна растерялась, осматриваясь вокруг. — Живо блядь! Шевели булками! — вывела её из ступора подруга.

Мужчинам удалось сдержать взбесившегося Шумова. Он надрывно дышал через нос, пытаясь восстанавливать сбившееся дыхание.

— Инн, что с этим делать? — Михеев кивнул в сторону окровавленного Влада, распластавшегося на холодном полу.

— Пусть яйца поморозит немного, ему полезно, я в первую очередь займусь Лерой. Отведите Андрея внутрь, и плесните немного в стакан, чтоб ни на шаг он него не отходил!

— Понял! — кивнул Михеев, подчиняясь приказу блондинки.

— Саныч, принеси мой телефон. — скомандовала Инна.

Она замерила пульс подруги и проверила частоту дыхания. Инна также посмотрела наличие рвотных масс внутри глотки и положение языка в ротовой полости, чтобы избежать его западания.

В целом, все было лучше, чем казалось на первый взгляд, однако на шее Леры отчетливо просматривался красный след от ладони бывшего мужа.

— Блядь! Идиот хренов! Руки он блядь распустил, паскуда такая! — бубнила она себе под нос проделывая нехитрые манипуляции с подругой.

Им всем сейчас несказанно повезло, что Инна училась в мед институте, хоть и отдала предпочтение стоматологии, но оказывать первую помощь умела, за что благодарила своего дотошного старого преподавателя за настойчивость посещения его практикумов.

Лера до сих пор находилась без сознания из-за шокового состояния и гипоксии.

— Вот, держи. — Саныч передал ей холодное полотенце, которое Инна обернула вокруг травмированной шей. — И телефон. Яна сказала, что не может на это смотреть. А для чего тебе полотенце?

— Ещё бы. Зрелище не для слабонервных. — рыкнула блондинка. — Полотенце для того, чтобы немного снять отёк с гортани, оно, конечно, её не вылечит, но свое дело сделает. Итак, Саныч, слушай меня, внимательно. Сейчас мы с тобой занесем Леру в спальню, а потом я вернусь осмотреть Влада, надеюсь этот ублюдок не сдохнет, Шумов к нему качественно приложился.

Саныч виновато осмотрел Леру, а потом кинул быстрый взгляд на истекающего кровью друга, помотал головой и уже хотел что-то сказать, но Михеева его перебила.

— Молчи, блядь! Ни слова не говори, понял! Что ты хотел доказать, когда позвал его отмечать новый год с нами? Ещё и коньяка подливал постоянно! Забыл, как он тебе нос расквасил на моем дне рождении?

— Тогда он за дело мне врезал.

— Ага, а Лерке он тоже за дело или для профилактики?

— Извини. — понуро ответил мужчина.

— В жопу свои извинения засунь. Не передо мной надо извиняться.

Они бережно уложили Богатыреву на кровать. А Шумов в это время оббивал порог комнаты с мокрыми глазами глядя на свою Тучку, а когда друзья удалились из спальни, полетел к ней, прижимая кисть девушки к своим губам в поцелуе.

— Я рядом, душа моя, рядом! Прости меня… Все будет хорошо, все будет хорошо, я обещаю! — как мантру повторял Шумов.

— Родная, что нам делать!? — растерянно спросил Стас у жены в это время в гостиной.

— Воробью хуй приделать! — рыкнула Инна.

— Может скорую? — Саныч неуверенно почесал