Сара Сэйл - Жертва азарта

— Ты помнишь, когда ты их вырезал? — мечтательно произнесла она. — Тогда я не знала, кто ты такой. Ты поставил их рядом, потому что не хотел никаких споров.

— Насколько я помню, ты хотела, чтобы твои были сверху, чтобы сразу было видно, кто здесь хозяин, — сказал он с улыбкой.

— Джи. Би. Эф. и Эс. Эс., — сказала она задумчиво, потом быстро спросила: — Тебе не хотелось бы жениться на мне, Джи. Би.?

Он недоверчиво посмотрел на ее тонкий профиль.

— Ты уверена, что тебе хотелось бы замуж за меня, Сара? — спросил он.

Она подняла лукавые глаза.

— Я бы могла попробовать. Если бы тебе стало вдруг скучно со мной, мы всегда могли бы развестись.

Он неохотно улыбнулся.

— Я довольно старомоден, Сара, и если бы ты вышла за меня замуж, ты навсегда осталась бы моей женой.

— В самом деле, Джи. Би.? — Она начала заикаться. — Б-брак — это довольно важный предмет, верно?

— Один из самых важных, так что обдумай его серьезно, прежде чем принимать решение насчет будущего мужа.

— Но ты не думаешь о том, чтобы жениться на ком-то другом?

— Ты изменилась, Сара. Помнишь, не так давно ты изо всех сил старалась найти мне жену.

Сара смутилась до слез.

— Ты кошмарно добр ко мне, Джи. Би. Я, должно быть, жуткая надоеда.

Он ущипнул ее за щеку.

— Жуткая маленькая надоеда! — весело сказал он.

— Хотелось бы мне перестать быть маленькой, — сказала она дрожащим голосом. — Мне бы хотелось быть взрослой и… и уверенной в себе.

В последующие дни он часто задумывался, не ошибся ли он, позволив ускользнуть такой возможности. Он верил, что мог научить Сару любить его, но слова Клэр не выходили у него из головы. Это было нечестно по отношению к девочке. Она мало общалась с мужчинами, и ему не хотелось использовать свое преимущество быть постоянно с ней. Он был первым мужчиной, который беспокоился о ней, и было бы естественно, если бы она увлеклась им. Джеймс чувствовал, что его положение день ото дня становилось труднее, и все глубже замыкался в себе.

Наступило Рождество. Сара приготовила подарки для Джеймса и с ребяческим ликованием смотрела, как он торжественно распаковывает их. На рождественский ужин пришли гости — старые добрые соседи Муны, и Сара настояла на игре в шарады. Пеппер принес большое блюдо с горящим спиртом, и они обжигали пальцы, весело выхватывая из огня горячие изюминки; полковник Мун поцеловал Сару и сказал ей при всех, что она «чертовски привлекательная маленькая женщина».

Сара легла спать усталая, но счастливая.

— Это первое настоящее Рождество, которое у меня было, — сказала она Джеймсу, когда он пришел пожелать ей спокойной ночи. — Оно всегда казалось таким глупым, когда мы с Софией сидели вдвоем и ели рождественский пудинг.

— Это и мое первое настоящее Рождество за долгое время, — ответил Джеймс. — У нас их будет еще много, Сара, — еще лучше и веселее.

— Нет, только одно, — сказала Сара рассудительно.

— Почему только одно?

— Потому что потом мне будет восемнадцать, и ты больше не будешь за меня отвечать.

— Еще полно времени, — рассмеялся он. — Если бы я был на твоем месте, я бы не стал заглядывать так далеко.

В новом году Сара нанесла свой первый визит в Лондон за последние три месяца. Покой принес ей пользу. Обмороки не повторялись, и Том Хервей, тщательно осмотрев ее в последний раз, объявил Сару здоровой и разрешил ей навестить своих друзей.

Но визит в Лондон, с таким нетерпением ожидаемый Сарой, в целом не был успешен. Житейская мудрость Перонел казалась несколько циничной; внимание Дэвида выглядело немного утрированным, и Сара, к своему удивлению, скучала по Джеймсу.

— Ты изменилась, моя милая, — как-то сказала ей Перонел. — Я почти верю, что ты взрослеешь.

— Бросила свои дикарские привычки и стала милой, ручной воспитанницей, а, Салли? — поддразнил ее Билл Графтон.

А на второй вечер своего визита она наткнулась на Мика Фенника.

Глава одиннадцатая

Какое-то время Сара почти не вспоминала о Мике. Сначала она жалела об обещании не видеться с ним, которое дала Джеймсу, и испытывала скорее недовольство по поводу того, что он прервал их дружбу, но вскоре совсем забыла о нем. В свое время Мик подтвердил получение чека от Джеймса, но не прислал Саре ни слова, не принимая и не отрицая свою отставку, так что он застал ее врасплох, когда около половины седьмого вошел в квартиру Перонел и попросил, чтобы ему налили рюмку коньяку.

— Привет, Сара! — небрежно приветствовал он ее. — Перонел сказала мне, что ты задержишься на несколько дней. Захотелось вырваться из-под опеки и глотнуть немного свежего воздуха? Тебя долго не было видно в Лондоне. Почему?

Но если его слова были небрежными, то не такими были его глаза. Они не отрывались от ее слегка смущенного лица, замечая каждую мелочь и искрясь от тайного веселья.

— Мне нельзя было приезжать… Я плохо себя чувствовала, — сбивчиво объяснила она.

— Ее последний приезд оказался для нее слишком утомительным, — сказала Перонел. — У нее начались обмороки в лучшей викторианской традиции, врач подозревал неполадки с сердцем. Но это ведь было не сердце, милая, правда? Просто несколько приступов.

— Это была ерунда, — сказала Сара резко. — Теперь я в полном порядке.

— Ты и выглядишь отлично, — сказал Мик и поднял стакан за ее здоровье. — За наше счастливое воссоединение! Я надеюсь, Перонел освободит тебя на один вечер, перед тем как ты уедешь?

Сара почувствовала себя неловко. Он забыл об ультиматуме Джеймса или просто проигнорировал его? Она не могла заговорить об этом в присутствии Перонел и Билла. Сара догадалась, что Мика здесь ждали. Она вообразила себе насмешливое лицо Перонел, если бы она сказала: «Разве ты забыл, что Джи. Би. запретил мне встречаться с тобой?»

— Я не думаю, что у меня найдется свободный вечер, — быстро сказала она. — Сегодня мы идем в театр, завтра я уезжаю с Дэвидом, а Джи. Би. заберет меня отсюда через день или два.

— О, я думаю, мы что-нибудь придумаем, — с улыбкой сказал Мик. — Давай вступим в сговор с твоей хозяйкой!

— Придумывай сам, Мик, — лениво ответила Перонел. — Я не отвечаю за Сару. Я знаю, вы не будете возражать, если я оставлю вас. Билл, ты не мог бы посмотреть какое-нибудь вино к ужину?

Сара лихорадочно искала и не могла найти предлога, чтобы избавиться от Мика. Она сидела на краю стула, потягивая свое вино и чувствуя себя очень неловко. Намерения Перонел оставить их вдвоем были ясны даже для нее.

— Ну, — сказал Мик, беззастенчиво разглядывая ее, — когда я тебя увижу?