Энн Мэтер - Традиции семейства Санчес

— Ирена знала, что ты порываешь с Леони, полагаю, — пробормотала Рейчел, начиная пост пенно все понимать.

— Конечно, у нас с ней был из-за этого цель скандал. Но затем, когда Маркус сказал, что ты уезжаешь из Рио, я попросил маму пригласить тебя на Верос. Когда ты отказалась приехать, я готов был убить тебя!

Рейчел подняла лицо к Андре и обхватила его голову руками.

— Ирена дала мне чек, — тихо проговорил она, — и сказала, что ты просил передать его мне и что я знаю, на что эти деньги!

— О боже! — Андре прижал ее лицо к своему плечу. — И ты поверила?

— А почему я должна была не поверить? На чеке стояла твоя подпись.

Андре вздохнул.

— Я все время подписываю чеки, — произнес он. — Получить чек с моей подписью нетрудно. Она могла и просто подделать мою подпись, у нее есть доступ к моим вещам. Значит, вот почему ты уехала так внезапно…

Рейчел вздохнула.

— Частично поэтому, — мягко согласилась она.

— А еще почему?

Рейчел снова вздохнула и, отстранившись, покачала головой:

— Расскажи мне об Оливии. Как она сейчас?

— Сейчас уже хорошо. Может быть, немного подавлена, но Маркус увез ее после того, как все закончилось, и я думаю, что теперь она поправляется. Вот почему я не мог немедленно приехать в Англию. К тому же я был взбешен так, что даже не хотел тебя больше никогда видеть! — Он слегка улыбнулся. — Но потом я остыл. Маркус и Оливия уехали в Штаты, и мне пришлось закончить дела с Хеммингом.

— Понятно, — кивнула Рейчел. — А теперь ты свободен?

— Свободен во всем, кроме одного! — вымолвил он хрипло. — Иди ко мне! Я хочу тебя!

Рейчел не сопротивлялась. В этом больше не было смысла, и радостное сознание того, что теперь она снова член семьи, захватило ее.

Она проснулась ранним утром и лениво откинула рукой волосы со лба. Открыв глаза, она обнаружила, что Андре проснулся и лежит, ласково глядя на нее.

— Ты любишь меня? — прошептал он, привлекая ее в свои объятия.

Рейчел кивнула.

— Андре, — произнесла она смущенно. — Я должна кое-что тебе сказать.

Андре нахмурился.

— Надеюсь, ничего плохого? — спросил он, проводя пальцем по ее губам.

— Надеюсь, ты не подумаешь, что это плохо! — ответила она, садясь на кровати. — У меня будет ребенок!

Андре сел и недоверчиво уставился на нее.

— Ребенок? — переспросил он, и Рейчел кивнула. — Мой ребенок! — Это было утверждение.

— Конечно.

— И ты не хотела говорить мне! — воскликнул он с болью.

Рейчел положила руки ему на плечи.

— Как я могла? — спросила она извиняющимся тоном. — Я думала, что ты собираешься жениться на Леони. Если бы я сказала тебе о ребенке, ты мог подумать, что я пытаюсь предъявить свои права.

— Твои права! — повторил Андре, целуя ее пальцы. — Рейчел, ну что я могу сказать?

Она взволнованно покачала головой:

— Ты не жалеешь?

— Я? Жалею? — произнес он удивленно. — Боже мой, Рейчел, что за вопрос! Но ты хочешь этого ребенка?

— О да! — воскликнула Рейчел. — Очень! — Глаза Андре потемнели.

— Наш ребенок! — прошептал он, притянув ее к себе. — Рейчел, я обожаю тебя!

— Через несколько недель я буду выглядеть ужасно! — неохотно проговорила она.

— Но не для меня! — возразил Андре твердо. — Для меня — никогда!

Андре переложил румпель, и яхта грациозно прошла через канал в лагуну. Он быстро спустил парус, и Рейчел подвела яхту к причалу.

Когда они приблизились к берегу, Андре опустился на сиденье рядом с женой и с усмешкой взглянул на ее покрасневшее лицо.

— Ну, — спокойно произнес он, — я бы не сказал, что ты готова к самостоятельному путешествию вокруг мыса Горн, но ты делаешь успехи!

Рейчел бросила на него сияющий взгляд.

— Похвала мастера — это настоящая похвала! — сказала она и вздохнула. — О, Андре! Мне это так нравится! Мы так давно не ходили вместе на яхте!

— Гм… — Андре странно взглянул на нее. — Слишком давно! Однако я намерен исправить это в будущем!

Рейчел наклонилась и поцеловала его в щеку.

— Но ты не захочешь, чтобы я рисковала вместе с нашим сыном? — пробормотала она.

— О нет! — Андре покачал головой. — Я вообще не хочу, чтобы ты рисковала. Ты мне слишком дорога!

Рейчел смотрела на него с нежностью.

— Я не знаю, чем я заслужила такое счастье! — ласково ответила она ему. — С тех пор как родился Роберт, у меня не было возможности поговорить с тобой. Я просто хочу, чтобы ты знал — теперь я понимаю, как ужасно я поступила, бросив тебя тогда!

Андре покачал головой и притянул ее к себе.

— Я не должен был так себя вести, — произнес он. — Но я думаю, что мы все учимся на своих ошибках. Я должен был относиться к тебе так, как Маркус относился к Оливии, когда она потеряла ребенка.

Рейчел прикоснулась губами к его шее.

— Я, правда, не хотела потерять ребенка! — сказала она. — Ты веришь мне?

Андре кивнул, взяв ее за подбородок.

— Я был негодяем, и самоуверенным дураком, — проговорил он, дотрагиваясь пальцем до ее губ. — Но больше никогда! И что касается корпорации семьи Санчес, то им придется искать себе нового председателя. Я, конечно, не потеряю интереса к делу…

— Конечно, — промолвила Рейчел, поддразнивая его, — но отныне твоя семья будет для тебя на первом месте.

Яхта тихонько ударилась о причал, и Андре выскочил на берег, чтобы закрепить фалинь. Затем он помог Рейчел вылезти, и они направились к дому. Навстречу им вышла Оливия, держа на руках ребенка Рейчел. В четыре недели Роберт Андре Санчес был маленьким, темноволосым и очаровательным.

— О, Оливия! — сказала Рейчел, покачав головой. — Он тебе не надоел?

— Конечно, нет, — с улыбкой ответила Оливия. — Я не могла удержаться от соблазна подержать его немного на руках. Четыре месяца — это такой долгий срок! Мне так надоело ждать! — Оливия снова ожидала ребенка, и теперь никаких осложнений не было.

Рейчел и Андре вошли в дом, где Маркус был занят приготовлением напитков. Рейчел с удовольствием огляделась вокруг. Ей все еще трудно было осознать, что ей предоставляется второй шанс, что любовь между нею и Андре стала еще крепче благодаря их разрыву.

— Рейчел, Оливия говорит, что ты оставила магазин одной молодой паре, — сказал Маркус.

Рейчел кивнула:

— Верно. Девушка, Ханна, очень помогла мне, когда я вернулась в Англию. У ее родителей рядом тоже магазин.

— Понятно, — ответил Маркус. — А они хорошо знакомы с делом?

— Очень мало, — проговорил Андре, принимая из рук Маркуса бокал. — Но они научатся. Джон — очень неглупый молодой человек. Он мне нравится.