Адвокат жены. Запретная страсть - Ирина Слащева

облегающем платье, которое каким-то образом все скрывало и одновременно выставляло напоказ. Хотел закинуть стройные ножки на себя. Прямо в этих туфлях.

Охренительно возбуждающая картинка.

Анька моя, какая же ты красивая. До боли в межреберье. До одури. Хочу послать все к чёрту и просто быть с тобой. Потому что понял, что нужна мне. Либо ты, либо никто.

— Так и будем в гляделки играть? — изображая стерву съехидничала. Кстати, ей идет. Ей всё идет.

— Пять лет назад мне предложили работу за границей, — начал я, прокашлявшись.

— Я в курсе.

— И я отказался, — закончил мысль.

— Что? — Нютик мило округлила свои зеленющие глазки, от которых я тащусь до сих пор.

— Да. Я знал, что со мной ты не поедешь, по крайней мере до конца учебы. Здесь у нас была налаженная жизнь, которая меня более чем устраивала. Мы были счастливы

— Но ты всё же уехал, — Аня тяжело сглотнула. Знаю, родная, мне тоже больно.

— Моему отцу позвонили друзья из гильдии. Он позвал меня на ужин, и хорошенько пропесочил.

— Серьёзно? Ты бросил меня, потому что папа так сказал? — с сарказмом спросила Нютик.

— Нет. Потому что дебил, — смирившись признал я. — Отец говорил, что я здесь застряну без развития, и ты сама же меня бросишь. Потому что женщине нужен мужчина, а не хлюпик, который просирает возможности, не в силах из-под каблука вылезти.

— Что за чушь? — фыркнула Аня.

— Вот и я так решил. А потом пришел к тебе, рассказал, что якобы Макса, моего друга, пригласили на эту работу. Помнишь свою реакцию?

— Нет, — Аня нахмурилась и отвела взгляд. Не помнит.

— Ты весь вечер щебетала о том, как это здорово и интересно. Сколько всего хочешь у него спросить. Какой он молодец, — я старался говорить спокойно, но глупая обида на то, что моя женщина восхищалась кем-то другим, неожиданно всколыхнулась. — Вот я и решил, что отец прав. Что я должен поехать и вернуться к тебе победителем.

— Здорово, Власов, — прошептала она, не замечая слёз, скопившихся в уголках глаз. — А спросить у меня по-человечески было трудно? Нужна ли мне такая победа? Не поеду ли с тобой? Хоть что-то!

— Я боялся. Боялся услышать, что не нужен тебе на таких условиях. Поэтому решил уехать, надеясь, что наша любовь настоящая и все преодолеет. А еще я не хотел ставить тебя перед выбором. Знал же, как ты привязана к семье. Твой отец болел. Я собирался вернуться через год, но не хотел ограничивать тебя. Поэтому просто исчез. Решил, если найдешь себе кого-то — так тому и быть.

— Ты идиот?! — вспыхнула моя девочка.

Может я совсем долбанулся, но её несдержанный вскрик прокатил по телу волну кайфа. От того, что наконец сбросила маску безразличия. От того, что чувствует. Злится. А значит, осталось у неё что-то ко мне.

Смотрел на Аню.

Раскрасневшаяся. Злющая, как фурия. Настоящая.

Моя.

Да, я идиот. Потому что не смог сразу понять, что существование вдали от нее — не жизнь.

— Анька, я виноват, — произнес слова, которые уже давно должен был сказать. — Мне было тридцать, а всё, чего я хотел — никогда не отпускать тебя. Мне казалось, что я теряю себя, растворяясь в тебе. А мужчина всегда должен знать, кто он. Ты только заканчивала универ. Вся жизнь впереди. Перспективы. Ты ведь кроме меня и парней других не видела. С тех пор, как мы с тобой стали жить по соседству, всё время была рядом.

— О, так ты, Власов, беспокоился о том, чтобы я могла найти кого получше? — злобно прошипела Аня. — Спасибо великодушно. Вокруг, и правда, куча мужиков получше тебя.

Ух ты.

Задела.

На секунду взгляд затуманился при мысли о том, что кто-то другой прикасался к моей женщине. Сразу же захотелось найти каждого и сломать какую-нибудь из костей.

Дыши, Власов, сам виноват.

— Правда? — наконец, собрал мозги в кучу. — А что же тогда пафосное Артёмкино кольцо пошло нахер вместе с ним самим?

Да, я все эти годы следил за её жизнью.

Ну не то, чтобы следил.

Детективов не нанимал. Так, узнавал у знакомых, соцсети проверял. Её и двух её парней.

Ну да, получается следил.

— Откуда ты.., - ошарашенно произнесла Анюта, не сумев договорить.

— Этот дебил в интернет кольцо выложил раньше, чем до тебя доехал. А вечером снёс все ваши фотки совместные. Дважды два — четыре, Нютик.

— Это не из-за тебя, — гордо вскинулась она. — Просто он мне не подходил.

— Пикник у реки, картины по номерам, концерт симфонического оркестра при свечах. Не подходил? — иронично выгнул бровь. Да, не в моих интересах выпендриваться. Но невозможно удержаться.

— Да я на тебя в суд подам за преследование!

— Пф, — закатил глаза, — удачи, Анна Валерьевна. Просмотр соцсетей долбонавта, который каждый чих свой выкладывает, ни один суд не квалифицирует как преследование.

Аня устало вздохнула и закрыла лицо ладонями.

— Чего ты хочешь, Власов?

— Тебя, — на этот вопрос ответ был твердым. — До конца жизни.

— Одну ты уже брал до конца жизни, — намекнула на Кристину.

— Я женился на этой.., только потому, что она ни секунды не напоминала тебя. Я женился одним днем в психах, думая, что вы с чёртовым Тёмой пьете шампанское в честь помолвки. Этот нелепый брак просуществовал год только лишь потому, что я мотался по миру, и мне просто было некогда развестись. А когда, дела устаканились, я сразу же подал на развод.

— Стройненько. А что же ты полгода назад не пришел с этой историей? Когда в Россию вернулся.

— И что сказал бы? «Я развожусь с меркантильной истеричкой, не знаю, сколько это продлится, не знаю, как она будет мотать нам нервы, давай мириться»? — вспылил я. — После того, что я натворил, это было бы совсем за гранью.

— Зачем сейчас тогда всё это? — настороженно проговорила Аня. — Насколько я помню, ты всегда считал себя выше объяснений.

— Потому что ты заслужила правду. Такую как есть. Без прикрас. Потому что я долгие пять лет мечтал сказать тебе, как сожалею. Потому что не могу без тебя, Нютик. И потому что должен предупредить: с этого момента я больше не буду играть честно…

Глава 6

Что?!

Кто-нибудь, объясните этому мужчине, что извинение не должно выглядеть как угроза.

Хотя, чему я удивляюсь, Власов вечно все делал через одно место.

Правда раньше я называла это «он особенный». Дура была.

Ладно, пора это заканчивать.

— Что ж, Артур, — деловито заявила, — я свою часть уговора выполнила — дала тебе выговориться. Через два часа