Беда опера Тихого, или Женюсь на тебе, рыжая - Ульяна Николаевна Романова

лавке спиной ко мне сидела рыжая Хиросима. Ее ни с кем невозможно было спутать. Сегодня она была в желтой мастерке, которая оттеняла ее рыжую гриву. Но была она не одна, а в компании бомжа. Бомжа, Карл! И что-то эмоционально ему рассказывала, размахивая в воздухе рукой с зажатой в ней шаурмой.

Я покосился на Каса, который нашел где-то палку и увлеченно ее грыз, и тихо пошел в сторону сладкой парочки «Твикс». Просто из любопытства. Такой дуэт кого хочешь ошарашит.

Встал у дерева, прислушался и охренел второй раз.

— Вот! Представляете, он в окна залезал по деревьям и душил своих жертв. И так много лет! Оказалось, что еще в детстве его привлекали за жестокое обращение с животными.

— Серафимушка, это называется триада Макдональда, — мягко перебил ее бомж. — Первый признак — жестокое обращение с животными.

— Да? А какие еще два? — с аппетитом откусывая кусочек шаурмы, полюбопытствовала рыжая.

— Пиромания и энурез, моя дорогая.

— А энурез каким боком?

— Очень просто: психопату сложно жить в обществе, он испытывает стресс от нахождения с людьми. По сути своей, Серафимушка, психопатия простыми словами — невозможность находиться в обществе. Эти люди от природы не могут испытывать эмоции. Они их копируют, чтобы казаться как все, но испытать всю гамму не могут.

— Как интересно, — у рыжей даже голос звенел от любопытства.

Боже, ну и девчонка! Сейчас бы с бомжом психопатов и маньяков на лавке обсуждать, а не вот это вот всё!

Нет, интересы у нее, конечно, необычные. И аппетит хороший, да и нервы, по всей видимости, крепкие. Увлечения и компания тоже весьма экстравагантные.

И пока я слушал, не заметил, как Каскадер, поганец, медленно подошел к болтающей парочке.

— Кас! — рявкнул я так, что пес прижал уши к голове, а девчонка испуганно развернулась.

На прошлой неделе Кас вот так же играючи уже загнал одну кудрявую клубничку на дерево.

— Ой, какой он лапочка! — заметив Каскадера, засюсюкала Хиросима.

Меня она наградила хмурым взглядом.

— Ко мне! — дал я команду, но обычно послушный Каскадер внимательно следил за рыжей.

И не реагировал на меня. Сел напротив Серафимы и бомжа и застыл.

— Какой ты лапочка, красивый какой!

Она так ласково говорила, что даже я подвис. И, казалось, что светилась изнутри чем-то теплым, манящим.

— Гав! — отчитался Кас, явно красуясь.

— И зубы какие красивые, и лапы мощные, — продолжала Серафима гипнотизировать мою собаку.

Боже, я не ошибся, эта девчонка — настоящая Хиросима. Обычно Каса боялись, а этой хоть бы что! И Каскадер мой смотрел на нее влюбленным взглядом. Или на шаурму в ее руке.

— Не ходи к нему, маленький, хочешь, я тебя за ушком почешу? Ты же меня не укусишь, да?

А этот ушастый предатель заскулил, но остался сидеть на месте, косясь то на меня, то на еду. Ему явно хотелось, чтобы его почесали за ушком, желательно, чтобы в тот же момент в его пасти была вкусная шаурма, но проигнорировать вторую мою команду подряд Каскадер тоже не мог, поэтому переводил жалобный взгляд с меня на Хиросиму, но продолжал сидеть на месте.

— Ты голодный? — озарило ее.

Кас показательно сглотнул. Если бы умел говорить, точно бы сказал, что не ел три дня. А то и больше.

— Ему шаурму нельзя, — попытался я вернуть контроль над ситуацией.

— Просто Леха, вы что, собаку не кормите? — праведно возмутилась рыжая.

— Он питается в лучших ресторанах Парижу, — отмахнулся я.

— Интересно, это можно рассматривать как жестокое обращение с животными? — задумчиво протянула Хиросима. — Пироманией не страдаете? А энурезом?

Я поперхнулся воздухом.

— Я еще по ночам в окна к красивым девушкам залезаю, — согласился я.

— Ты подслушивал? — ахнула рыжая.

— Не подслушивал, а слышал, — поправил я, отвлекаясь на телефон.

Звонило начальство, и не взять трубку я не мог. Жестом показал рыжей, что перепалка временно объявляется закрытой, позвал Каса и отошел в сторону.

— Леха, приезжай, — попросил Сан Саныч.

— Что-то случилось? — напрягся я.

— Да. Ты мне нужен. Домой приезжай, адрес знаешь.

— Понял. Кас, домой! До свидания, Хиросима! — отсалютовал я, застегивая на шее Каскадера поводок.

— До свидания, — снова задрала она носик.

Огонь девчонка!

При других обстоятельствах я бы за ней даже поухаживал, но сейчас у меня слишком много проблем…

Глава 4

Алексей

Я завел Каскадера домой и поехал к начальнику отдела. Сан Саныч был старым школьным другом моего отца и недавно вытащил меня из глубокой задницы.

Пришло время отдавать долги.

Сан Саныч жил в другой части города, ехать пришлось через центр по пробкам. Я включил радио и барабанил пальцами по рулю, гадая, что от меня потребовалось Санычу. Просто так он бы не вызвал.

На панели завибрировал мобильный, а на экране высветился неизвестный номер.

— Да! — ответил я.

— Нам нужно поговорить, — быстро заговорила Вика — моя бывшая жена.

— О чем? — спокойно поинтересовался я.

— О нас. Леша, мы…

— Нет «мы», — отрезал я.

— Я хочу сохранить нашу семью!

— А я не хочу.

— Ну, Леш, — протянула Вика тоном, от которого каких-то полтора года назад я таял, как снег в июле.

А сейчас я готов был ехать, лететь и плыть куда угодно, хоть в Австралию бороться за права кенгуру, лишь бы больше никогда его не слышать.

— Я на работе.

— Ты всегда на работе! Всегда! У тебя на меня никогда не было времени… Леша! Не смей бросать трубку, слышишь?

— Слышу, — устало ответил я. — Вик, что ты хочешь? Ты замуж вышла за опера, у меня и справка есть, что я почетный конь отделения. И ты это знала.

— Я не знала, что буду видеть тебя только по ночам!

— Я тоже не знал, что тебе нужна шуба, ноутбук, новый телефон каждый год и отпуск на Мальдивах. На это все деньги нужны, и я их зарабатывал не для того, чтобы ты…

— У нас ничего не было!

— Вика, — скривился я, — заканчивай этот балаган. Мы оба знаем, что у вас все было.

— Мы друзья. И я люблю только тебя, — завела бывшая надоевшую до оскомины пластинку, — мы просто общались, мне не хватало твоего внимания, ты всегда на работе.

Меня даже не перекосило, как в первые пятьдесят раз, когда Вика начинала этот разговор. Объяснять что-то в юбилейный, тысячный раз я тоже счел лишним — не поймет.

— Вика, я мент. И это не лечится. Все! Мне пора, — отрезал я.

— Леша! Я хочу увидеть Каса, — зашла она с другой стороны.

— Бля, Вика… Какой корм он ест?

— Сухой, — быстро ответила она.

— Марка, вкус?