Юлия Алфёрова - Восход Луны

Конечно же, как и в любом правиле, здесь существуют исключения – например, поправить здоровье после вчерашней весёлой гулянки перед первым уроком – святое дело, как для новичка, так и для гроссмейстера.

– Подождите, профессор, – останавливала я его, – а как же насчёт преподавателей высшей школы, ведь в вузах одна пара равна двум урокам, что же, все те, кто начинает пить после третьей пары – самые настоящие задуны?

– И много у вас было тех, кто пьёт только после третьей пары? – хитро щурился он на меня.

Я задумывалась, а он продолжал.

– Ну, во сколько заканчивается третья пара?

– Полвторого… без пятнадцати два…

– Ну, вот… как же ещё назвать человека, который, солнце в зените, а он только удосужился до стакана добраться. Правда, – тут он задумывался, – для преподавателей вузов следует сделать скидку – им можно пить, начиная с шести утра и даже не останавливаясь с прошедшей ночи, – студенты всё-таки сколько крови отсасывают, да и за негативное влияние на подрастающее поколение им, счастливчикам, можно не опасаться, не то, что нам, горемыкам…

Себя профессор справедливо причислял к гроссмейстерам и ревностно отстаивал право называться этим почётным званием…

В пятницу меня в коридоре отловил директор:

– Ирина Владимировна, как раз хотел с вами поговорить

– Внимательно вас слушаю, Тимофей Иванович.

– Вы ведь в курсе, что Лариса Михайловна с понедельника уходит в декрет?

– Да, что-то подобное я слышала…

– Ну вот, а у неё классное руководство в 11-А, и нам, кроме вас, совершенно некому его передать…

– Да?… И что, совершенно некому?

– Представьте себе, все учителя заняты, завучи не имеют права вести классное руководство, так что остаётесь только вы. Как, возьмётесь?

– А у меня есть выбор?

– Всё-то вы понимаете… Давайте-ка, после уроков зайдите ко мне, я вам всё подробно объясню.

11-А был у меня шестым уроком. Тяпнув на перемене 100 грамм коньяка, после звонка я всех посадила и сказала:

– Как, я надеюсь, вы уже знаете, ваш классный руководитель, Лариса Михайловна, уходит в декрет, и сейчас выяснилось, что заменять её буду я. Так что в понедельник в 8 утра я жду вас здесь на классный час, и там я вас всё поподробнее расскажу.

Суббота… При ближайшем рассмотрении причудливый узор из стрелок часов сложился, а точнее, разложился в 8 часов и 2 минуты, правда, непонятно чего, утра или вечера. Обнаружила себя лежащей на коврике у кухонного стола в соседстве с наполовину пустой бутылкой коньяка… два добрых глотка, долг выполнен, можно опять ложиться на уютный коврик:

– Оля… Олечка… сука, ах какая же ты сука… бросила меня… Оля… Олечка, милая моя… приди, ну, пожалуйста, мне так плохо без тебя… – шептали в пьяном угаре непослушные губы…

Понедельник. Классный час.

– Всем здравствуйте. Так, ну знакомиться нам не надо, правда, напомните мне, кто староста? Игорь? Хорошо. Тут мне сказали, наш класс должен приготовить номер к вечеру «Золотая осень»… Я не знаю, вы уже что-нибудь готовите?

Ребята покачали головами.

– Ну вот… вечер двадцатого октября, сегодня уже девятое, у нас меньше двух недель… Я просто всю эту художественную самодеятельность со школы терпеть не могу, но делать что-то надо… Ну, девчонки, давайте поактивнее, кто сможет организовать?

Все опустили взгляд.

– Значит так, всем, кто будет принимать участие в вечере, ставлю по пятёрке по физике.

Класс радостно загудел.

– А по одной? – раздался вдруг голос.

– Конечно, по одной. Или ты хочешь, чтобы я тебе за то, что ты на сцену вышел, потоптался пять минут и стишок прочитал, сразу пять в полугодии поставила?

– А можно?

– Конечно, можно. Сейчас я тебе дам задания по ЕГЭ, если ты их все правильно решишь, я тебе без вопросов сразу и в году отлично нарисую.

Глава 4

На прошлой неделе написали самостоятельную, во вторник я раздала работы и сказала, что всех, кто желает переписать, жду в пятницу после шестого урока. Переписывать я разрешала на все оценки, включая пятёрки, в журнал ставила наибольшую, поэтому в пятницу у меня собралось больше половины класса. Посадив всех, я раздала карточки с заданиями, и с честно выполненным долгом ушла пить водку к Петровичу – сегодня я купила «Белугу», в конце концов, надо поддерживать и наше производство. Насчёт детишек думала – сами разберутся, дадут им отличники списать – хорошо, нет – и не мои проблемы, отличников тоже уважать надо…

Продегустировали мы с Петровичем водочку – и впрямь не врут, действительно, отличное качество, но тут прошло 45 минут, седьмой урок закончился, прозвенел звонок, и я, как и обещала, вернулась в класс. Оказалось, что некоторые ребята уже сдали работы, другие стали послушно класть листочки с ответами на мой стол. Осталось три человека, которые попросили порешать ещё, на что я сказала:

– Не… ну вы смотрите, как вам удобнее… охота тут ещё париться – пожалуйста, я в школе часов до пяти буду, так что на здоровье… я в 70-м, будете уходить – ключ мне занесите…

Ребята послушно закивали головами.

Когда и к началу девятого урока (такого, конечно, нет, но учится вторая смена) ключ мне никто не принёс, я забеспокоилась. Попрощалась с Петровичем.

– А ещё осталось… – щёлкнул он по горлышку.

– Да полноте, завтра допьём… Пойду, проверю, что-то гаврики мои совсем заучились…

Одиноко сидевшая в классе девушка обернулась на звук открывающейся двери и я узнала её – Юля Яковлева. Я улыбнулась:

– Ну, а ты чего? Бросили тебя?

– Да нет… У Ксюхи тренировка, а мне всё равно спешить некуда – я ключи дома забыла, теперь только ждать остаётся, пока отец к шести придёт.

– А на работу к нему ты не можешь зайти?

– Да он работает на другом конце города, проезжу дольше, да теперь уже недолго осталось…

– А мама?

– У неё ночное дежурство, утром придёт.

– Она врач?

– Хирург…

– Ну, чего у тебя тут?

– Да что-то не получается…

Я села за парту рядом с ней. Просмотрела листочек – ошибка стала ясна сразу – в формуле, и оттуда потянулась дальше. Я исправила пару строчек и скоро получился ответ.

– Что ж тебе никто не помог?

– Да я как-то никого не просила…

– А вот это правильно… вот это по-нашему… молодец… – я встала, – так, на что ты у меня переписываешь?

– На четыре…

– Ну, думаю, на четыре ты мне уже час назад нарешала… Так что всё… вы свободны, мадам, – я взяла листочек и положила сверху на стопку самостоятельных работ.