Мэри Бакстер - Все наши завтра

Джонатан, улыбаясь во весь рот, положил конец дискуссии:

– Дамы, не пора ли нам поговорить, как получше устроиться в этом доме, чтобы всем было максимально удобно?

Обняв за плечи сестру и жену, он ввел их в прохладную переднюю.

Настроение Брук заметно улучшилось. Она была в восторге от того, что в семье брата появится малыш. И вполне серьезно собиралась заботиться об Энн, разделить с невесткой хлопоты по хозяйству. Пора ей забыть о своих проблемах, а потом она наконец займется чем-то стоящим.

Брук подумала, что приняла правильное решение, приехав сюда. Здесь ее ждали, и сознание этого было как бальзам для израненного сердца.

– Едва ли я смогу объяснить, что для меня значит приезд сюда. Теперь вы, двое, мой якорь спасения. – Сказав это, Брук заставила себя улыбнуться. Сейчас совсем не время думать о том, что у нее никогда не будет собственных детей.

Брук давно не виделась с Энн, но не нашла, что ее невестка как-то особенно изменилась. Энн была милой и приветливой, как всегда. Ее нельзя было назвать красивой в общепринятом смысле слова, но в этой женщине было что-то такое, что влекло к ней как магнитом. Лицо с немного мелковатыми чертами было приятным и открытым. Брату повезло, что он встретил такую женщину, подумала Брук. Беременность пойдет Энн на пользу, она станет красивее и одухотвореннее.

Брук оценила, что Энн ни словом, ни намеком не выдала свою озабоченность тем, что у ее золовки такой утомленный и больной вид, но взгляд, которым обменялись супруги, и то, как они поспешили ввести гостью в дом, а затем проводили наверх, в приготовленную для нее комнату, увы, было красноречивее всяких слов.

– Надеюсь, тебе будет здесь удобно, Бруки, – заботливо справилась Энн.

– Конечно, – подтвердила Брук. – Чудесная комната. Не дождусь, когда ты покажешь мне весь дом. Он уже произвел на меня впечатление.

– Впереди масса времени. Ты обязательно должна отдохнуть перед ужином. Потом надо переодеться. Если уснешь, я тебя сама разбужу. Но если что-то понадобится, крикни мне.

Наконец Энн ушла. Брук, повернувшись, увидела собственное отражение в зеркале и была шокирована тем, как плохо выглядит. Первое, что поразило ее, – взгляд карих глаз, казавшихся огромными на исхудавшем лице. Тонкие черты ее словно стерлись, слились в одно бледное пятно, зато круги под глазами казались почти черными. И это существо Джонатан называл красавицей?

Брук не осознавала, что долгие недели в больнице сделали ее хрупкой и поэтому еще более прелестной. По всем стандартам она была красивой молодой женщиной: среднего роста, стройная, с высокой грудью. Волосы цвета меда были густыми и достаточно длинными, ей часто приходилось откидывать с лица тяжелые пряди. У нее были высокие скулы и крупный чувственный рот. Брук знала, что нравится мужчинам, но никогда не относилась к этому серьезно, до знакомства с Коуди. Впрочем, их связь оказалась ошибкой.

Наконец она нашла в себе силы стянуть одежду и упала на кровать. Просто отдохнуть… Легкое прикосновение Энн заставило ее открыть глаза.

– Мне даже не хотелось тебя будить. Ты так сладко спала, что рука не поднималась тормошить тебя, – призналась Энн. – Но пора перекусить…

Брук быстро спустила ноги с кровати и улыбнулась невестке:

– Не извиняйся, что разбудила меня. Я бы расстроилась, если бы ты этого не сделала. Пора заморить червячка, и как можно скорее. Ты не присядешь на минуту? Поболтаем, пока я буду одеваться.

– Конечно, – обрадовалась Энн. – Ты не представляешь, как я рада, что теперь есть с кем поговорить. Нам будет хорошо вместе. Я запланировала столько всего, что нам с тобой надо сделать, повидать…

– Не спеши, дорогая, – рассмеялась Брук. – Помнишь, о чем мы говорили во дворе? Тебя надо разгрузить от забот и хлопот. Что касается меня, вижу, что их теперь прибавится.

– Перестань, – вздохнула Энн. – Моя беременность не должна лишать нас радостей жизни и портить твой приезд. – Женщина озорно улыбнулась. – Ты же знаешь, что я буду стараться хорошо себя вести.

– Знаю, потому что я не буду сводить с тебя глаз, – решительно заявила Брук.

Меняя тему, Энн осторожно спросила:

– Как тебе показалось, Джонатан искренне рад ребенку? Сама знаешь, какие они, эти мужчины.

– Конечно, рад, глупышка. Почему ты засомневалась? – нахмурившись, спросила Брук.

Энн пожала плечами:

– Честно говоря, не знаю. Видишь ли, в последнее время он чем-то озабочен. Джонатан очень много работает, и, боюсь, младенец в доме будет для него лишним бременем.

Глаза Брук расширились от удивления.

– Ради всех святых, Энн, разве ты не понимаешь, что бэби – именно то, что ему сейчас нужно? Это событие отодвинет все прочие заботы на второй план. Ты скоро увидишь, что я права.

Энн покачала головой:

– Я понимаю, но…

– Перестань, – перебила ее Брук. – Не желаю слушать твое нытье. Ясно?

– Хорошо, – улыбнулась Энн. – Ты победила.

– А теперь еще раз поговорим о твоем здоровье.

– О, только не это! – Энн закатила глаза.

– Ладно, – рассмеялась Брук. – Но я хочу, чтобы ты ответила мне на один вопрос, прежде чем я закрою рот. Доктор выписал тебе что-нибудь от тошноты?

– Да, – кивнула Энн. – Он дал мне таблетки, которые нужно принимать три раза в день перед едой. Я молюсь, чтобы это помогло.

– Будем молиться вместе, – серьезно заключила Брук. – Для меня нет ничего хуже, чем капризный желудок.

Энн, взглянув на часы, вскочила:

– Мне пора на кухню. Мы тут заболтались, а ты все еще не одета. Странно, что Джонатан нас не разыскивает.

– Он знает, как мы любим поболтать.

Энн рассмеялась:

– И все же я побегу на кухню.

– Так и быть. До скорой встречи.

– Приходи в малую гостиную, чего-нибудь выпьем, – сказала Энн, покидая спальню Брук.

Приняв душ, Брук выбрала длинное яркое платье. Чтобы наряд не слишком висел – она очень похудела, – девушка перехватила его на талии пояском-цепочкой из желтого металла. Потом Брук занялась макияжем, главным образом чтобы скрыть темные круги под глазами, и долго, тщательно расчесывала волосы, пока к ним не вернулся прежний блеск. Посмотрев на себя в зеркало, она сочла, что выглядит не так уж плохо.

Когда она спустилась в малую гостиную, Энн и Джонатан уже что-то пили. К ее изумлению, хозяева оказались не одни.

Джонатан заметил, что Брук на мгновение задержалась на пороге.

– Привет, сестренка. Входи смелее, я хочу тебя познакомить кое с кем, – радостно приветствовал ее Джонатан. – Это моя сестра, Эшли. Брук, познакомься – мой босс, Эшли Грэм. Он заглянул к нам на минуту, привез кое-какие бумаги, и я уговорил его выпить с нами хотя бы коктейль, поскольку он отказался остаться на обед.