Элла Уорнер - Тайна двух сердец

Взяв себя в руки, она расслабила мышцы лица.

– Мне показалось, что я узнала лифт. Он ведь с виллы Сан-Рокес?

Темная бровь Эрнана цинично приподнялась.

– Хотел бы я знать, чем вызвано это воспоминание? Особенностями конструкции лифта или связанными с ним ассоциациями?

Кровь вновь бросилась Бет в лицо. Однажды Эрнан поцеловал ее в этом лифте. Поцеловал? Какое восхитительное преуменьшение! Он каким-то образом сумел опустошить все ее тело, не снимая рук с ее плеч и не отрывая от нее губ.

Она стиснула зубы, пытаясь прогнать возникший перед глазами образ двух людей, ставших единым целым. Как бы ей хотелось сорвать с мужского лица маску самодовольства и наглости!

– Его конструкция кажется мне совершенно уникальной, – парировала она.– Так что вовсе не удивительно, что я запомнила ее.

– И, без сомнения, ты смогла отправить связанные с ним ассоциации на свалку истории.

– Без сомнения, – твердо согласилась Бет.

Взгляд Эрнана скользнул поверх ее головы и вернулся к лицу.

– И что же еще раз привело тебя в Малагу? Ты записалась на эти курсы кулинарии?

– Нет. Я пишу о них для моего журнала.

– Твоего журнала?

– В сущности, не моего. Для ж-журнала, в котором я работаю. – Язык Бет стал вялым и непослушным, ей приходилось бороться с ним за каждое слово.

Темные глаза Эрнана изучали ее.

– И что же это за журнал?

Бет чуть повысила голос.

– Ты, скорее всего, не слышал о нем. Он называется «Кухня народов мира». И мы публикуем обзоры с подобных курсов для наших читателей. Я не должна была ехать, но, когда одна из моих коллег сломала ногу, мне пришлось в последнюю минуту заменить ее.

Она нервно болтала, пытаясь унять поднимающуюся в ней волну паники. Ей трудно было поверить в то, что она ведет с Эрнаном бессмысленный разговор о журналах и кулинарных курсах. Какие же нервы, должно быть, у него, если он может стоять сейчас перед ней, холодный и равнодушный, после всего, что случилось пять лет назад.

– Как же ты безотказна. Хотя ты всегда была очень сознательным сотрудником, не правда ли? – заметил Эрнан с ноткой цинизма. – Я бы сказал, что твоя преданность работе неизменно простиралась за пределы служебных обязанностей.

И вновь ему удалось каким-то образом заставить комплимент звучать хуже ругательства. Что он имеет в виду?

– Как давно ты работаешь в этом журнале?

Внезапно заданный вопрос напугал ее, но она ответила немедленно:

– Более четырех лет.

– Следовательно, ты больше не служишь у своего отчима?

Бет нахмурилась:

– Я никогда и не работала на Роя. Секретарские обязанности, которые я выполняла, были лишь временны. И ты это прекрасно знаешь.

Холодная улыбка изогнула его губы.

– Это не совсем то, что я имел в виду.

– Не понимаю.

– Да неужто? Я имел в виду не совсем стандартные методы ведения дел, которыми пользовался Рой.

Молодая женщина продолжала непонимающе таращиться на испанца, но тот уже не замечал ее.

– Простите, я увидел кое-кого, с кем мне нужно переговорить.– И с явным облегчением ушел.

Бет смотрела ему вслед, конвульсивно вздрагивая. Если она не выберется отсюда немедленно, то совершит что-нибудь совсем безумное – например, бросится на пол и закричит. Гостья повернулась к распорядителю:

– Сеньор Родригес...

– Пожалуйста, зовите меня Мигель.

Бет глотнула, вовсе не чувствуя себя в состоянии заниматься обменом любезностями.

– Мигель, простите, Бога ради... Я знаю, что мы еще не поели, но, я боюсь, что у меня начинается мигрень... Наверное, это из-за перелета и вообще... Я думаю, что мне сегодня лучше пораньше лечь.

– Мегрен? – вопросительно повторил Мигель.

Бет лихорадочно напрягла память, ища испанские слова:

– Dolor de cabeza!

– А, головная боль, – сочувственно произнес собеседник. – Но не хотите ли вы съесть что-нибудь? Разве это не помогает?

При одной мысли о еде тошнота скрутила желудок Бет. Она затрясла головой.

– Нет, спасибо. Я думаю, что лечь спать – единственный способ прийти в себя. Надеюсь, вы извините меня. До завтра.

Не дожидаясь ответа, она повернулась и, не замеченная занятыми разговорами людьми, выскользнула из зала.

2

Придя в свой номер, Бет швырнула сумку на кровать и вышла на балкон, нависавший над садом на заднем дворе гостиницы. Серо-желтая луна висела в чистом ночном небе, озаряя призрачным сиянием видневшееся вдали море. Откуда-то издалека доносился городской шум, но разум молодой женщины отвергал все, кроме только что пережитого страшного потрясения. После всего того, что было пять лет назад, она вновь встретилась с Эрнаном.

Элизабет Харди не произносила перед ним пышных восторженных речей, она не смогла оттолкнуть его, даже не смогла холодно проигнорировать. В сущности, не сделала ничего из того, что навоображала себе на случай, если немыслимое все же произойдет и они встретятся. Она откровенно запаниковала, обменялась с ним несколькими бессодержательными, глупыми фразами, стерпела его осуждающие взгляды и оскорбительные намеки, даже не попытавшись достойно ответить.

Неужели так лучше? Бет не ощущала этого. Напротив, она чувствовала себя одураченной, обманутой в своих ожиданиях. Ее лишили даже шанса излить злость и боль за унижение, что копились в ней почти пять лет.

Душистая жимолость вилась по решетке на стене рядом с балконом, запах распустившихся розовато-белых цветов будил ее память. Жимолость росла вокруг окон спальни и на вилле Сан-Рокес.

Бет зло вздохнула. Долгое время она не позволяла себе думать об этом месте, и вот сегодня видения прошлого возвращаются уже в третий раз. Она заставила себя оторваться от мучительных воспоминаний и зажмурилась, пытаясь не видеть картины, которые угодливо рисовала память, – и все-таки не смогла избавиться от них полностью.

Так долго подавлявшиеся образы просачивались сквозь воздвигнутые ею защитные стены – как будто чьи-то дразнящие пальцы распутывали клубок. Сан-Рокес... похожая на маленький замок вилла Эрнана... Место, где они впервые встретились.

Сейчас это казалось сном. Когда Синди, ее мать, предложила ей поехать с Роем в Испанию, она не хотела, но заставила себя. А потом, разумеется, хотела, но запрещала себе и думать об этом.

Бет вздохнула. Если бы платили по доллару каждый раз, когда она произносила слова сожаления, она давно была бы миллионершей. Та поездка, строго говоря, не была каникулярной, а всего лишь деловой – для переговоров между ее отчимом и Дуаресом. Да и переговоры о создании совместного предприятия по строительству ряда отелей для курортников на средиземноморском побережье Испании были почти закончены. Рой должен был провести в этой стране пару недель, осматривая места и уточняя некоторые пункты контракта, перед тем как поставить на нем свою подпись.