Семейные узы - Лилия Фандеева

Ознакомительный фрагмент

волосы. Для непосвященных танец вызвал бурю эмоций, для знатоков – удивление. Это не был танец живота в его понимании, это была его маленькая импровизация, и выглядела она очень органично. Девушка двигалась легко и непринужденно, с каждой минутой приближаясь к виновнику торжества все ближе и ближе. Музыка закончилась в тот момент, когда она присела перед ним и разжала свою ладонь. На ладони лежала подвеска со знаком зодиака Владислава. Она сняла с лица платок и сказала: – «С днем рождения, брат!» Поднялась, поцеловала в щеку, а когда музыка зазвучала вновь, она в танце вернулась туда, откуда пришла. Через пять минут Даша уже сидела за столиком рядом с отцом и Сашей.

– Дашка, какая ты молодец! Я тебя вообще не узнал, пока ты платок не сняла. Хорошо придумала. Влад до сих пор в шоке, – говорил довольный отец. – И юный партизан тебя не сдал.

– Даша, я не просто удивлен, я восхищен. Что из талантов есть еще в твоем арсенале? Хорошо, что тебе уже есть восемнадцать и тебе самой можно выбирать кавалеров. Видишь, стоят слюни пускают на такую красоту. Я могу пригласить тебя на танец? – спросил Влад.

– Давай чуть позже. Займись гостями, чтобы не скучали.

Так получилось, что после дня рождения отношения между братьями и сестрой стали ближе. По выходным они ходили вместе в кино или выезжали на природу, бывали в кафе или парке. Саша перешел в одиннадцатый класс, а Даша сдавала сессию за первый курс.

– Даш, ты не хочешь у нас поработать курьером? – спросил Влад. – До занятий два месяца, можешь заработать. Или у тебя другие планы?

– Я согласна, – ответила Даша. – Деньги лишними не бывают.

Еще целый год они прожили с Санькой без проблем. Брат иногда обижался на отца, что тот приезжает только в выходной, пока Даша не прочла ему лекцию. «Если ты скучаешь, почему сам не навестишь или не позвонишь? Отец приедет и в будний день, если ты его пригласишь. Это ни он тебя, а ты его бойкотировал. Ты уверен, что папа живет один? Тебе очень хочется видеть чужую тетю рядом с отцом в нашей квартире? А когда папа уезжает в командировки, она нам здесь нужна? – спросила она. – Посмотри на это с другой стороны. Папа приезжает к нам не так редко и когда свободен от работы. Поэтому не устраивай трагедий или смирись с присутствием мачехи». Проблемы с братом начались, когда он сдал ЕГЭ с хорошими баллами, уверенный на сто процентов в своем поступлении на «бюджет» в университет. Даша, сдававшая сессию за второй курс, винила во всем себя. «Где-то я упустила брата, – думала она. – Его, как будто подменили. Он перестал встречать меня с работы, а это плохой знак». Он слушал и не слышал, язвил по поводу и без, «забывал» купить хлеб к завтраку и уборку, мыть посуду после себя, возвращался ближе к полуночи и превратил свою комнату в сарай. Дарья возвращалась с работы, когда увидела брата в компании четырех подростков. Было около двадцати трех часов.

– Саш, помоги мне, – обратилась она к брату и, дождавшись, когда он подойдет, вручила ему пакет. – Идем домой, у меня есть к тебе разговор.

– Опять принесла объедки с барского стола? – спросил брат, которому шел семнадцатый год, недовольно.

– Ты прекрасно знаешь, что я не беру ничего со столов, а лишь позволяю себе то, что мне предлагают на кухне, – снимая обувь, говорила сестра. – Можешь не есть, я не буду носить. Присядь брат, – разбирая пакет и моя руки под краном, говорила она. – Ты вчера, когда вернулся?

– Не знаю. Я не смотрел на часы.

– А я посмотрела – было, четверть третьего. Ты ничего не хочешь мне сказать?

– О чем? – не чувствуя за собой вины, спросил он.

– О деньгах, которые таинственным образом исчезли, о том, что произошло в соседнем дворе, о разговоре с участковым, о том, что произошло неделю назад. С чего хочешь начать? – спросила она. – Я тебе слушаю. Наберись смелости и не ври мне в очередной раз.

– Раз ты все знаешь, зачем повторяться?

– Саш, я просила тебя ни раз, я плакала, и ты мне обещал. Я тебе поверила. Что в итоге? Ты не можешь сказать своим друзьям «нет», а я могу тебе это сказать. Нет больше моей опеки, нет больше моей заботы. Считаешь себя взрослым – отвечай сам за себя. Ложиться под участкового, чтобы он простил твои «шалости», я никогда не стану. Заводить разговоров о твоей совести я не буду, как не буду стирать, убирать и готовить. Мы живем с тобой в коммунальной квартире с общей кухней до тех пор, пока отец тебя не заберет к себе. Завтра я с ним поговорю. У меня все!

– Я и без вас проживу.

– Дураком не прикидывайся. Кто тебе даст жить самому? Ты не забыл, сколько тебе лет? Если голодный, ненавистные объедки в холодильнике. Наша новая жизнь начинается прямо с утра. Да, так как общих денег у нас теперь нет, выживает каждый сам.

– Дань, про участкового ты сказала правду? Этот козел, мог тебе такое предложить?

– Это ты парнокопытный. Думай ты головой, у него бы и мыслей таких не возникло. А ты мог подумать, что я тебя пугаю или шантажирую? Дурак ты, Санька, и поступки у тебя дурацкие. А, что ты скажешь на то, если я устрою в своей комнате бордель? Мне можно, я совершеннолетняя. Друзей себе найду, и гори ты, синим пламенем вместе с университетом. Хороша перспектива?

– Тебе воспитание этого не позволит.

– Почему? Воспитывали нас одинаково, а вот баловали тебя одного. Я справлюсь с моральными принципами.

– Дань, я верну тебе деньги.

– Дело не в возврате, а в том, что ты взял их, не сказав на что. Ты думаешь, мы живем с тобой по средствам? Подсчитай сумму от своих алиментов, прибавь мою стипендию, вычти коммунальные услуги, оплату секции и раздели на тридцать дней. Тебе самому от полученного результата станет не смешно, а больно. Папа тайно подбрасывает нам деньги, а я делаю вид, что не замечаю. Я и работать пошла, чтобы быть независимой от кого-то. Те деньги, что я зарабатываю в ресторане, нужны мне, чтобы как-то выглядеть в университете не хуже других. Может ты об этом не знал? Это тебя обувают и одевают, а мне стыдно просить деньги на туфли или кроссовки. Тебе, не понять, как это не зависеть ни от кого. Я спать.

«Одной мне не справится. Нужно звонить папе. Где тот подросток,