Маргарет Малькольм - Возможно, это любовь

— Так думают многие, пока не поживут там. Неудобства вроде парафиновых ламп и насоса на заднем дворе кажутся забавными лишь до тех пор, пока не придется их ежедневно чистить по утрам и пытаться заставить насос работать в морозный зимний день. Тогда становится уже не смешно.

Селия промолчала, понимая, что, несмотря на некоторую грубость его слов, это была чистая правда.

— Вин — фермер, — медленно продолжал Грегори. — А жена фермера должна быть в первую очередь его помощницей.

Селия задумчиво посмотрела на него.

— Вы женаты, мистер Рейвнскар? — невинно спросила она.

— Нет, — отрезал он. — Возможно, потому, что понимаю ситуацию, однако сейчас мы говорим не обо мне.

— Когда-нибудь нам придется этим заняться, — угрожающе прошептала Селия. — Уверена, ваша жизнь намного интереснее моей.

— Мисс Келсалл, я совершенно уверен, что нарушаю правила вежливости и хорошие манеры, но, думаю, у меня есть на то право. Если брак моего брата не удастся, это будет большим несчастьем для него.

— И для вас?

— Да, — отрезал он. — И для меня. Если вам интересно знать, мы с Вином единокровные братья. Наш отец разделил ферму между нами. Следовательно, то, что делает один, не может не отразиться на другом.

— То есть вы хотите сказать, что вы вместе живете в одном доме? — спросила Селия.

Грегори отвесил иронический поклон:

— Боюсь, я всегда буду путаться у вас под ногами. Вас это не смущает?

Селия не ответила на его выпад, понимая, что он пытается припереть ее к стенке.

— Честно говоря, я еще не решила, — призналась она и с досадой заметила гримасу облегчения на его лице.

— Правда? Но Вин сказал мне… — Он с укором смотрел на нее.

— Дорогой мистер Рейвнскар, вы были слишком грубы и дерзки, — произнесла Селия, чувствуя, как лицо заливает краска. — Не стоит удивляться, что…

— Что вы, как ребенок, пытались посмеяться надо мной, — закончил он. — Слушайте, мисс Келсалл, это — серьезное дело. Так вы помолвлены с моим братом или нет?

— Нет, — призналась Селия, потому что не знала, что еще сказать.

— Вы собираетесь дать ему положительный ответ?

Селии очень хотелось сказать ему, чтобы он не лез не в свое дело, но ее подавляла внутренняя сила этого человека. Конечно, он был сильнее физически, но дело не только в этом.

— Я не знаю.

Он изумленно уставился на нее:

— Вы не знаете! Но я всегда думал, что девушки должны знать. У них, знаете, своего рода инстинкт…

— Неужели вы так уж хорошо знаете девушек? — Это прозвучало как вопрос, а не как попытка пококетничать.

— Вообще-то не очень. Моя сестра и… — внезапно Грегори запнулся. — Так, значит, вы не знаете. Сколько же вам понадобится времени, чтобы решить?

Селия вскочила:

— Не задавайте дурацких вопросов! Откуда я знаю?

— Вам правда нравится этот парень?

Это был первый признак заботы Грегори о брате, и Селия не могла не отозваться на него, она ответила искренне:

— Нравится. Поэтому мне так сложно решить…

Впервые Грегори взглянул на нее с одобрением:

— Очевидно, вы много передумали на эту тему.

— Да. — Селия задумчиво посмотрела на него. Стоит ли ей признаться во всем? Поможет ли это найти правильный ответ?

Однако его ироничное замечание рассеяло все чары:

— И вы не можете понять, есть ли в этом деле для вас выгода.

С трудом сдержав гнев, Селия спросила:

— Может, вы мне объясните?

— Конечно. Я уже говорил вам, что наш отец оставил нам ферму на равных правах. Она находится в Эссексе, в низине, на побережье. Некоторые находят местность унылой, потому что вид не такой уж живописный…

— А вам она нравится? — прервала его Селия.

— Да. Но жить там нелегко. У нас не настолько много денег, чтобы покупать чистопородный скот или устраивать дренажные системы. Однако если в течение следующих нескольких лет все будет идти гладко, то наше положение улучшится. Мы начали покупать хороших коров… — Селии показалось, что он забыл о ее существовании, и, как ни странно, она восприняла это словно комплимент. — Но наверное, вам все это неинтересно.

— Напротив! — воскликнула она. На самом деле жизнь в этом забытом богом уголке Англии зачаровала ее. — Конечно, мне это интересно при данных обстоятельствах.

— Сейчас нам не хватает работников, но это обычное дело повсюду. Конечно, было бы лучше, если бы Вин, вернувшись домой, занялся работой. — Селия уловила в его словах нотку сомнения, и на мгновение ее охватила паника. — Но думаю, что имею право сказать вам, что, впрочем, должен был сделать и сам Вин, что жена фермера никогда не знает, в каком месте они получат участок земли. Для облегчения домашнего труда лишних денег тоже нет, только в случае болезни.

— Кто же работает на ферме сейчас? — с искренним интересом спросила Селия.

— Моя мачеха — мать Вина. По крайней мере, если это можно так назвать. У нее не очень-то много сил, и нам нужна помощь.

— Тогда вам нужно пригласить какую-нибудь женщину, — предложила Селия.

— Да, если бы только такая нашлась. Но, честно говоря, мисс Келсалл, не представляю вас в этой роли. А вы?

Селия представила, как каждое утро ей придется подниматься с восходом солнца, чтобы сделать домашнюю работу. Она подумала о бесконечно длинных ночах, когда шум будет стоять посильнее, чем в больнице. О тех днях, когда, сдерживая слезы бессилия, она выполняла самые грязные, самые жуткие обязанности снова и снова, пока не удостоилась чести стать старшей медсестрой. Селия вспомнила обо всех операциях, на которых она присутствовала. Некоторые из них прошли успешно, а одна даже запечатлелась в ее памяти как настоящий праздник. Иногда операции не удавались, и она становилась свидетельницей смерти больных, испытывая огромную боль и разочарование.

Неужели есть в жизни что-то страшнее того, что она испытала за эти последние два года тяжелой, изнурительной работы? Сомнительно. Однако было и кое-что еще: торжество и внутреннее удовлетворение, когда она справлялась со всеми трудностями.

Очевидно, Грегори превратно истолковал ее молчание и мягко произнес:

— Неужели вы не видите, мисс Келсалл, что ничего не выйдет! Я говорю это ради вас и ради Вина.

Селия вскинула голову.

— Как вы можете так говорить, если даже не дали мне шанса… — начала она.

Грегори уставился на нее, словно не веря своим ушам.

— Вы это серьезно?

— Что?

— Вы хотите, чтобы вам дали шанс? — Он говорил очень медленно, словно эта мысль прежде никогда не приходила ему в голову. — Вы правда хотите приехать в Мэллардс, чтобы принять окончательное решение?