Джерри Уандер - Восхождение звезды

Айк вскрикнул и ласково, но твердо отстранил Барбару. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы слегка унять свое сбившееся с ритма дыхание.

— Теперь моя очередь, — хрипло произнес он. Неожиданно его крепкие руки обхватили ее, и она оказалась лежащей на животе.

Барбара расслабилась, уткнувшись лицом в постель. По спине двигались, сновали теплые руки, возбуждение иголочками покалывало кожу там, где они прикасались.

Обжигающие ладони Айка переместились на округлые выпуклости ее попки. Он целовал их, сжимая руками все крепче, словно разминал массажем. Возбуждение охватило Барбару. Она извивалась, и, боясь потерять остроту причудливой ласки, сама выставляла вверх пылающие ягодицы.

Потом ощутила на себе тяжесть тела Айка, его страсть и нетерпение и медленно двинувшийся в глубину ее плоти мужской член.

Трепеща каждой клеточкой, Барби лежала вниз лицом, чувствуя внутри себя мощные, тугие и твердые движения. Она сладостно стонала, то вжимаясь в постель, то поворачивая голову, чтобы вдохнуть, а Айк целовал ее плечи, шею… Его правая рука протиснулась ей под живот, пальцы раздвинули потаенные женские губы, нащупали крошечный упругий выступ, чувствительно отзывавшийся на каждый то ласковый, то сильный нажим.

Волна страсти захлестнула ее. Она приближалась к ослепляющему и выключающему сознание мгновению, когда сам собой рвется наружу крик восторга и все тонет в россыпях блаженных звезд и дрожь мужского тела сливается с последними конвульсиями женского…

— Я могу любить только одного мужчину, как и моя мать, — сказала Барбара, когда небо над Нью-Йорком уже начало светлеть, и спустя долгое время после того, как Айк овладел ею второй раз.

— Собираешься боготворить меня? Нет уж, спасибо! Меня устроит, если Барби будет обращаться со мной как с обычным смертным. — Он притянул ее поближе. — Который нуждается в сексе. Нам надо наверстать упущенное за семь лет, как думаешь?

— Ты ненасытный, — рассмеялась она.

Айк поцеловал ее.

— По-моему, и ты тоже.

Эпилог

Проснувшись утром, Барбара обнаружила на столе короткую записку: «Я нашел женщину, которую мог потерять, и теперь счастлив. Но если ты решишь в будущем сниматься в кино, я этого не переживу. Не хочу, чтобы даже с экрана на тебя глазели тысячи мужских глаз. Ты принадлежишь только мне, а я ужасно ревнив.

Айк».