Карла Неггерс - Запретный плод

— Думаю, нет. Но это даже больше, чем вся моя квартира в Вашингтоне.

Он взял ее за руку.

— Я знаю, что для тебя все это непривычно, дорогая.

Кэйси положила голову ему на грудь.

— Все в порядке. Пожалуйста, не извиняйся. Я только… — Она проглотила застрявший в горле комок и теснее прижалась к нему. — Я просто поняла, как мало я знаю о твоей жизни.

— Тогда давай я покажу тебе ее, — прошептал он ей в волосы.

Она подняла голову и улыбнулась. Джеффри поцеловал ее долгим поцелуем.

— Мы начнем с ланча, а потом продолжим, хорошо?

Итак, наконец-то она познакомится с его образом жизни, узнает, сможет ли она вписаться в нее и, что всего важнее, смогут ли они приспособиться друг к другу настолько, чтобы начать совместную жизнь.

— Конечно, — ответила она и улыбнулась.

На выходные дни она переехала в коттедж Джеффри в Малибу. Все в нем было сплошь из стекла и дерева. Все было решено в приглушенных тонах, и это вызывало ощущение покоя и умиротворенности, создавало атмосферу настоящего дома. Когда Кэйси села на открытой веранде полюбоваться океаном, она уже напрочь забыла и о смоге, и о землетрясениях, и обо всем том, что ей придется оставить в Вашингтоне.

— Тихий океан отличается от Атлантического, — сказала она Джеффри.

— О чем ты говоришь? Океан — он и есть океан, только и всего.

— Нет, Тихий океан голубее.

Они побежали на берег, плюхнулись в волны и, разглядывая их, обсуждали, какой зеленый Атлантический океан и какой голубой Тихий.

В субботу вечером Джеффри повел Кэйси на ее первый прием. Она надела черное шелковое платье, выгодно контрастирующее с ее белокурыми локонами, рассыпанными по плечам в хорошо продуманном беспорядке. Но она сразу же заметила, что не так изысканно накрашена, как большинство женщин, и не так ярко одета. Она чувствовала себя явно не в своей тарелке. А Джеффри, наоборот, был как рыба в воде. Он знал всех и все знали его. Ее он представлял просто — Кэйси Грэй, а если кто-то проявлял дополнительный интерес, выпутываться она должна была уже сама. Поначалу Кэйси была в полном смятении: что и как отвечать, чего от нее ждут? Но потом остановилась на самом простом варианте: «Я старший эксперт Консультативной группы Магинна в Вашингтоне, в Лос-Анджелесе в деловой командировке». Звучало сухо, но лучшего она придумать не смогла.

— А как же вы познакомились с Джеффри? — заинтересовалась одна худенькая блондинка.

— Мы встретились в Беркшире, — ответила она ровным голосом.

— А, во время его поездки на Восточное побережье?

— Да, я… я знала его дедушку.

— Грандиозно! — отреагировала блондинка и тут же начала, перескакивая с одного на другое, рассказывать о себе.

Джеффри пришел Кэйси на помощь и отвел ее в свободный угол.

— Тебе здесь нравится?

— Ну… любопытно.

Он засмеялся.

— А я уже умираю от скуки.

— Что ты имеешь в виду?

— Дорогая, не думаешь ли ты, что я всерьез отношусь к таким вещам? — Он недоверчиво хмыкнул. — Подобные приемы не по мне. Я предпочитаю спокойный ужин в компании нескольких друзей. Но иногда, конечно, от этого можно получить удовольствие.

Она просунула свою ладошку в его руку.

— Значит, я влюбилась в близкого по духу человека, да? — промурлыкала она. — Вашингтонские коктейли тоже не в моем вкусе.

— Да, не в твоем. А вот мне было бы интересно посмотреть на другой ритм и стиль жизни. — Он взглянул на нее с неровной улыбкой. — Если получишь повышение по службе, будешь иногда вытаскивать меня на такие же вечеринки у Магинна?

Она рассмеялась, и впервые ей показалась реальной перспектива их совместной жизни… если она добьется перевода. А если нет? Ладно. Как сказал Джеффри, будем решать проблемы по мере их возникновения.

В понедельник собеседование прошло так гладко, как только можно было мечтать. Позже, уже из отеля, она позвонила одному знакомому коллеге в Вашингтон. Он сообщил, что ходят слухи, будто сам Магинн решил, что в Лос-Анджелесе ему нужна именно Кэйси Грэй. Информация была самого общего характера, со слов третьих лиц, но все же это было хорошее предзнаменование. Кэйси позвонила Джеффри и хотела поделиться своими новостями, но его не было на месте. Тогда она позвонила тетям. Те пришли в восторг. В порыве радости она пригласила их в Лос-Анджелес на День Благодарения. С такой же радостью они приняли это приглашение.

Днем в офисе Джеффри она как бы мимоходом сообщила ему об этом.

— Что ты сделала? — не поверил он своим ушам.

— Я пригласила сестер Джоан и Джозефину погостить у тебя в праздники, — ответила она невозмутимо. — Я знаю, как они волнуются за меня, и подумала, что если они увидят своими глазами, какой будет моя жизнь здесь, они успокоятся.

Джеффри испустил стон.

— Мне бы не хотелось, чтобы они думали, будто я скрылась от них, как последняя трусишка. Забавно, но с той поры, как приехала сюда, я почти не вспоминала о них.

— А как насчет твоего батюшки? — саркастически осведомился Джеффри. — Почему бы тебе и его не пригласить?

— Я думала об этом, — бесстрастно ответила Кэйси. — Но он обычно служит в этот день мессу. Епископы пользуются спросом…

— Не натравливай на меня своих теток, Кэйси Грэй!

— Я? Натравливаю?!

— Когда они прибывают?

Как будто не слыша вопроса, Кэйси показала ему пальцем на спортивную машину необычного дизайна, проехавшую мимо их здания.

— Когда, Кэйси?

— Завтра, — промямлила она.

Джеффри выкроил полдня, чтобы отвезти Кэйси в аэропорт и встретить тетушек.

Мысленно он поздравил себя с собственным долготерпением. Он будет предельно вежлив с монахинями, хотя менее всего желает видеть их именно в данный момент. Он понимал, что никогда не смог бы встать между Кэйси и досточтимыми сестрами Ордена Святой Екатерины, да и не хотел этого. Она была им предана. Привязала к ним. Она любила их, как любила бы свою родную мать. Она загубила восемь отпусков, проводя их вместе с ними. Он ничего не имел против тех лет…

Но сейчас, черт побери, он хотел провести несколько дней только с Кэйси! И ему наплевать, что он выглядит эгоистом!

Джеффри одарил Кэйси своей самой жизнерадостной улыбкой, пока они ждали у нужного выхода с летного поля, а про себя клял всех и вся. Потом он увидел двух монахинь в их серых одеяниях и веревочных сандалиях. Голубые глаза Кэйси засияли, она заулыбалась и приветственно замахала рукой.

— Сколько времени прошло с вашей последней встречи?

— Несколько недель, — ответила Кэйси. — Мы виделись в одно из воскресений после моего возвращения из Европы.