Эмми Лорин - Потерять и найти

– А вот путеводитель, что я подобрал в мотеле В прохладном, чистом воздухе раздался звонкий смех Карлы. А через мгновение этот звук смешался с раскатистым смехом Джарида. И эго обоюдное веселье еще больше сблизило их, обещая в будущем много восхитительных открытий и новых радостей.

От озера Пауэлл они пересекли на машине границу Аризоны и оказались в штате Юта, и все ради еще одного весьма примечательного каньона под названием Брис.

– Ему около шести миллионов лет, – деловито проинформировал Джарид, но на этот раз воздержался от своей любимой фразы: «И снова неотъемлемая часть современного американского Запада».

– Я уже себе представляю, – рассеянно ответила Карла, увлеченная захватывающим зрелищем с обрыва: созданные природой целые города из каменных замков, дворцов, башен с остроконечными верхушками и расписными стенами, на которых в красно-розово-белых тонах запечатлелись невообразимой красоты узоры... – Однако, – продолжила она, когда они оторвались от чудесного вида, – боюсь, что у меня начинается каньонная болезнь... ты понимаешь, о чем я говорю?

Джарид усмехнулся, но понимающе кивнул.

– Остался всего один. Во всяком случае, на какое-то время. И я думаю, ты будешь приятно удивлена некоторым разнообразием.

Вспомнив, что сама согласилась! узнавать о дальнейших планах только на день вперед, Карла Удержала свое любопытство и подавила желание прояснить смысл его слов. А возможность убедиться в правоте последнего утверждения сна получила очень скоро.

Покинув каньон Брис, они проехали довольно большое расстояние и остановились пообедать уже Далеко за полдень. Перекусив, немедленно покатили прямиком в Национальный парк, где Карла и обнаружила (не без облегчение), что посетители должны рассматривать изумигельные каньонные громады снизу вверх, стоя на дне каньона с высоко задранной головой...

Ночь они провели в объятиях друг друга в из уютных номеров отеля «Цион-Лодж». Утром Джарид смутил и заинтриговал Карлу тем, что разрешил ей подольше постоять под душем и помедленнее завтракать. Обычно он торопил ее для того, чтобы выехать пораньше. Когда же она заинтересовалась причинами этого необычного поведения, Джарщ загадочно улыбнулся и коротко ответил:

– Нам не так уж далеко ехать.

– И куда же? – спросила Карла.

– Увидишь, – ответил он, озорно улыбаясь. Хотя крепись, после всех красот природы тебе может стать слегка не по себе при посещении островка цивилизации.

Лас-Вегас... вот уж поистине островок цивилизации. Мишура, блеск, толпы людей. Хитрые шулера и простодушные туристы. Кричащий лоск города разительно контрастировал с чудесами природы, которые Джарид показал Карле, но, однако, тоже являлся весьма реальной и неотъемлемой частью современного Запада.

Карла с отвращением воспринимала этот контраст. После прямо-таки торжественных, неспешных свиданий с величавой красотой сказочно! природы в ее невозмутимом безмолвии здешний суетный шум, мелькающие электрические огня обилие людей рождали у Карлы душное, тяжелое чувство клаустрофобии. И поскольку Джарид не проявил и намека на желание вложить некоторую часть своих денег в процветание казино, она без промедления поинтересовалась продолжительностью их визита.

– Я снял номера на две ночи, – ответил он затем удовлетворил ее любопытство по поводу туманной фразы, высказанной им у каньона Брис. А далее мы поедем к плотине Гувера, а оттуда прямо к главной достопримечательности.

– Великому Каньону? – спросила Карла, перевивая противоречивые чувства – предвкушение встречи с самым прославленным из семи чудес современного света и острое нежелание так скоро вновь оказаться на головокружительной высоте.

– Да, к Великому, – подтвердил Джарид. – Но если ты не хочешь проводить в Вегасе больше одной ночи, я могу изменить свои ранее сделанные распоряжения.

– Нет, – быстро ответила Карла, – мы будем придерживаться первоначального плана и останемся на две ночи.

Но судьба рассудила иначе, и им пришлось все-таки провести только одну ночь в городе неоновых огней.

В большом отеле с казино их проводили в номер, оформленный в декадентском стиле двадцатого века. Пока посыльный не кончил хлопотать и не ушел, с довольной улыбкой восприняв величину чаевых, которые Джарид положил в его решительно протянутую руку, влюбленные старались не смотреть друг на друга и довольно успешно сдерживали смех, рвущийся наружу. Но он грянул, как взрыв, едва дверь в коридор закрылась с легким щелчком.

– Я решительно чувствую себя распутницей! – выдохнула Карла, между двумя приступами смеха.

– А почему бы и нет, – ответил Джарид, с театрально преувеличенной страстью глядя на нее. – Как насчет небольшой оргии? – Он подмигнул ей и приподнял бровь: – Могу позвонить и заказать шампанское и икру.

– Почему же ты не звонишь? – в тон ему ответа Карла. – Звучит восхитительно!

Так оно и было.

В то время, как многие гости отеля играли, испытывая свою удачу в казино, Карла и Джарид вели иную чувственную игру на огромной круглой кровати в номере люкс, которым были заменены два поначалу заказанных одиночных номера, а любовная игра, начавшаяся приступом смеха, стремительно приобрела напряжение страсти. Пылко и самоотверженно они кормили друг друга икрой угощали вином и предоставляли друг другу свои тела, упиваясь радостью и счастьем быть вместе.

Странно, что, несмотря на всю искусственность обстановки, царившей вокруг, Карла вдруг доверила своему возлюбленному самое сокровенное.

– Я была очень молода и впечатлительна и верила, что по-настоящему люблю, – внезапно сказала Карла, глядя в потолок.

Они лежали бок о бок навзничь на круглой кровати, переполненные счастьем и истощенные физически. Карла знала, что Джарид не спит: его рука успокаивающе гладила ее бедро. И рука замерла при бесстрастном звуке ее голоса. Карла почувствовала, как шевельнулся матрас, когда Джарид перевалился на локоть и взглянул на нее. Его брови сошлись на переносице, глаза были полны участием.

– Память еще тревожит тебя?

Карла не смотрела на него и не меняла позы, обдумывая вопрос. Затем, убедившись, что не чувствует ничего – ни намека на боль, унижения или раскаяние, – повернула голову и улыбнулась:

– Нет, я думаю, что наконец переросла вес последствия.

Она почувствовала удовлетворение, услышав тихий облегченный вздох.

– Может, расскажешь мне об этом?.. О нем?.. Карла криво улыбнулась.

– Особенно нечего рассказывать ни об этом, ни о нем. И уж, конечно, ничего нового в моей истории нет, – сказала она и пожала плечами. Я была поздним ребенком... Мои родители был уже пожилыми людьми, когда я появилась на свет. А старшему и, в сущности, единственному ребенку – моей сестре – было пятнадцать лет, и все они не очень были рады хлопотам, связанным с рождением... Когда я повстречала его, – Карла никогда не упоминала его имени, а Джарид не спрашивал, – я была первокурсницей в колледже и жаждала любви и привязанности... Он с удовольствием предоставил и то, и другое, но за определению плату...