Глория Беннетт - Тайный голос

— Энн, ваши диалоги просто фантастика. Жаль, что все нельзя использовать, но в целом я восхищен. Попробуйте как-нибудь написать триллер. А я его поставлю. Жаль, что вы уезжаете. Но на премьере увидимся непременно. Надеюсь, вы не обижены деньгами? Конечно, вы стоите дороже. Но зато я плачу сразу. И без обмана. Это мой принцип. Боже, как вы похожи на леди Годиву! Вас надо тоже в кино снимать.

— Спасибо. Как-нибудь. В триллере. Про сексуального маньяка.

Эстер тихо ткнула Энн в бок. Дамы церемонно со всеми раскланялись и достойно удалились, унося с собой контракт и чек на десять миллионов долларов.

Улисс ехал в аэропорт встречать Энн. Она прилетала в субботу. Впереди был еще один выходной. То есть время, чтобы сказать ей о том, что он перешел на другую работу и от нее съедет. Сказать это нужно. Но как сказать ей, что он не хочет с ней расставаться? Хотя теперь у него хороший заработок и должность звучит солидно. Ведущий сотрудник Отдела по борьбе с терроризмом. Эх, была не была! Улисс свернул в город. Еще давно он приметил красивый ювелирный магазин недалеко от съезда на шоссе. Зная любовь Энн к красивым вещам, он выбрал самое дорогое кольцо. Он видел ее кольца на тумбочке в спальне и на глазок определил размер. Глазомер у него был всегда хороший.

Энн вышла из-за стеклянных дверей аэропорта и огляделась. Она тотчас увидела Улисса. Его высокая спортивная фигура выделялась на общем фоне.

Как здорово, что тебя встречают. Хорошо бы такое было всегда, подумала Энн. Она подкатила тележку к Улиссу.

— Спасибо, что встретил.

Улисс покосился на багаж.

— Кажется, когда я тебя провожал, вещей было меньше?

Энн засмеялась.

— Я знала, что ты так скажешь. Зато я не теряю чемоданы в дороге, а, наоборот, приумножаю их.

— А что ты купила на этот раз? Еще пять вечерних платьев?

— Я купила подарки тебе, твоему сыну, моей будущей невестке. Сколько сразу новых родственников появилось.

Улисс промолчал. Он решил продолжить разговор чуть позже, а не на ходу. Но Энн подумала, что он нарочно промолчал, так как этот намек на родственные связи счел неуместным. Ведь они не обсуждали своих дальнейших отношений. И за время ее отсутствия многое могло измениться.

Пока Энн была в Голливуде, она успела кое-что: потрудилась над сценарием, заработала хорошие деньги, чуть не откусила пенис самому Кристоферу Мегарджи. А что мешало Улиссу так же плодотворно провести время?

По дороге Энн, не выдержав, сказала:

— Давай колись. Какие новости? Начинай с плохих.

— Не знаю, плохая эта новость или нет. Я ухожу от тебя. То есть в плане новой работы. У меня интересное предложение по моей специальности. Ну, почти. Отдел по борьбе с терроризмом. Сперва под началом моего армейского друга, а потом у меня будет свой участок работы.

— Понятно. Тебя взяли на работу в ЦРУ. Что ж, я тебя поздравляю. Наверное, это хорошая новость для тебя. У меня не сформировалось пока мнения на этот счет. Впрочем, такой мужчина, как ты, должен делать что-то опасное и интересное. Я знала, что ты у меня не задержишься. Так, это мы обсудили. Теперь о главном. Встречи с женщинами в твоей новой профессии предусмотрены? Или я тебя больше не увижу?

— А ты бы хотела встречаться со мной?

Энн помолчала. Потом ответила:

— Сказать «да» — значит сказать слишком мало. Я скучала по тебе в Калифорнии…

Улисс свернул с шоссе на Мак-Лейн. По дороге он увидел маленькое французское кафе «Петушок». Остановив машину, он спросил:

— Выйдем ненадолго?

Энн кивнула.

Они сели за столик. Несмотря на начало дня, почти все столики были заняты. Наверное, Энн и Улисс попали на время ланча. Из проигрывателя в стиле тридцатых годов неслась какая-то французская песенка.

— Послушай, Энн. Я тут провел целое расследование. Ты сейчас обалдеешь. Знаешь, Пегги вовсе не Пегги…

— А Джулия Робертс. Послушай, что ты мне голову морочишь? Если мы расстаемся, то скажи так, чтобы я сдохла на месте, а не разводи сопли по скатерти. Ты же мужчина. Мужчина должен уметь бросать женщину. — Энн подняла голову, чтобы согнать слезы. Если бы она знала, что здесь ее ждет такая подлянка, то лучше бы она отсосала этому манерному снобу Крису и осталась на съемках. Конечно, Крис бросил бы ее через месяц. Но это так предсказуемо и потому даже не обидно. У него на лбу написано: бросаю всех! Но когда тебя бросает тот, на кого ты надеялась, как на ракету «Першинг», о ком мечтала, засыпая на душистых простынях королевской кровати роскошного отеля, вместо того чтобы развлекаться на всю катушку в калифорнийском беспределе, это удар покруче, чем отделение конфедератов во времена Линкольна.

Улисс не ожидал такого поворота.

— Не горячись, Энн! Хотя… Ты ведь хочешь сильных ощущений? Пожалуйста! Официант, выключите музыку. Дайте мне микрофон, я хочу сделать важное сообщение.

— Что ты придумал?! Агент Смит, вы забываетесь!

Улисс встал из-за стола, взял в руки микрофон и запел:

— Только ты — мой лунный свет в ночи.Только ты — причина всех причин.Я одну тебя люблю и навсегда я твой.И потому прошу тебя:Стань моей женой.Только ты…

Все, кто сидел в зале, притихли. Тишина стояла минуты три. А потом все громко зааплодировали.

Улисс подошел к Энн и, встав на одно колено, протянул ей кольцо.

Энн покраснела.

— Может, тебе поехать к Кацу? Забей на этот отдел по борьбе. Станешь певцом, лучше чем Фрэнк Синатра. — Она надела кольцо на палец. — В самый раз. Надо же! Что значит профессионал!

— Так ты согласна или нет?

— А обычно девушки хватают колечко и отказываются? Конечно, согласна!

Они вышли из кафе и сели в машину.

— Послушай, Улисс. Если я приняла твое предложение, то зачем тебе куда-то съезжать? Ты просто переедешь с сыном из флигеля. А флигель мы оборудуем для гостей. Кстати, я заработала кучу денег. Свадьбу можно не откладывать.

— Надо подумать. А у меня встречное предложение. Может, свернем в отель? Дома как-то пока неудобно это делать, до свадьбы.

— Какой же ты ханжа! Это уже становится традицией — спать со мной в отелях. А ты уверен, что после свадьбы сможешь любить меня дома?

— Я буду любить тебя везде. И всегда. А еще обещай мне с завтрашнего дня начать писать настоящий серьезный роман. Как у Монроя, только лучше. Даешь Нобелевскую премию!

— А ты не будешь… Ну, это не заденет твоего самолюбия?

— У меня такая работа, что мне лучше оставаться в тени. И потом, когда я начну уезжать по делам, я всегда буду знать, чем ты занята. Пишешь книгу.