Собственный выбор - Нина Юрьевна Князькова

смогут сделать, то я останусь инвалидом до конца жизни, какой бы она не была.

- Пропустите, пожалуйста, - вдруг отвлек меня незнакомый голос. – Девушке надо поесть.

- Что это такое? – Как-то недоверчиво спросила моя сестра.

- Тут питательная смесь. Это протеины и прочие важные микроэлементы, - надо мной склонилась женщина и показала мне что-то вроде бутылочки для воды, что используют спортсмены. – Евгения Павловна, вам нужно поесть.

Ну, смесь на вкус была почти безвкусной, но, если я хотела выздороветь, то силы мне еще понадобятся. Сейчас главное это чтобы врачи вылечили меня, а уж я постараюсь встать на ноги.

- Она очнулась? – Услышала я голос Игната и чуть не подавилась. Затем он навис надо мной. – Я сам, - резко бросил он медсестре и забрал у нее бутылочку. Я тут же смутилась. Мало того, что он видит меня в таком неприглядном виде, так еще и кормить сам вздумал.

Но, слава богу, смесь быстро закончилась. Он убрал бутылочку в сторону и, нахмурившись, принялся разглядывать меня. Мне стало совсем не по себе.

- Как ты сейчас чувствуешь? – Спросил он, загораживая меня от всех остальных, находящихся в палате.

- Как будто… грузовик переехал, - попыталась пошутить я, но он нахмурился только сильнее.

- Не смешно, - проворчал. – Сильно болит? Может быть, тебе обезболивающее надо?

- Мне….

- Молодой человек, мне нужно осмотреть вашу жену, так что отойдите, пожалуйста в сторону и больше не пытайтесь кричать на персонал, - вдруг раздался голос того самого врача, который ночью меня усыпил.

Осипов нехотя отошел в сторону. Я же удивленно покосилась на него. Жена? Давно? И почему я ничего не помню? Когда же мы успели-то?

От вопросов меня отвлек яркий свет, которым мне посветили в глаза. Это вызвало некую дезориентацию. Затем врач что-то проверил на моей голове, и я только сейчас поняла, что на ней повязка. Я осторожно подняла руку и, не обращая внимания на боль в спине, потрогала голову. Правда, повязка. А там, где ее нет… нет и волос. Меня обрили что ли? Я в ужасе нашла взгляд Игната.

- Жень, все хорошо. Они отрастут, - попытался успокоить он меня.

- Кошмар, - всхлипнула я, уронив руку обратно на кровать. Потом наклонила голову и принялась осматривать себя. Вторая рука забинтована, наверное, тоже перелом. В это время врач содрал с меня одеяло, немного задрал ночную рубашку, в которую меня облачили, и принялся изучать что-то на моем бедре. – Там-то что не так? – Вырвалось у меня непроизвольно.

- Штифт придется вставлять, - бесстрастно ответил доктор. – Если ваш организм позволит, то через два дня можно начинать операцию.

- Два дня? – Тупо повторила я.

- Да. Иначе придется ломать кости заново, - тут же было сообщено мне. – Но у вас организм молодой, так что не переживайте, соберем еще лучше, чем было, - пообещал он мне.

Я прикусила губу, чтобы не расплакаться. Так, ладно, если мне вылечат позвоночник, то железяка в ноге будет не такой уж и страшной расплатой. Плохо…, что Игнат это все видит и ему, наверное, противно все это. Ушел бы уже поскорее куда-нибудь.

При мыслях об Осипове, я вдруг резко успокоилась. Он стоит здесь живой и почти невредимый, а значит я все сделала правильно. И вообще, это был мой собственный выбор, так что не о чем жалеть. Надо сцепить зубы и расхлебывать последствия этого самого выбора самой. Маму только жалко будет, если я не смогу ходить.

Врач отошел от меня и что-то принялся обсуждать с Людмилой. Игнат же снова склонился надо мной.

- Все хорошо будет, - он укрыл меня мягким одеялом. – У врачей хорошие прогнозы. Если местные не смогут ничего сделать, то твоя сестра сюда кучу мировых светил нагонит и тебя все равно вылечат.

- Ага, где я еще такую помощницу найду, - вклинилась в разговор Людмила Павловна, которая уже перестала третировать доктора и отпустила его. – Жень, ты не переживай, у нас с тобой имеется редкая возможность лечиться в любой клинике, которая нам понравится, так что поставить тебя на ноги мы все равно сможем.

Я кивнула, понимая, что родственники меня в беде никогда не оставят. А Игнат? Я покосилась на него. Он стоял у моей кровати, уткнувшись взглядом в пол и о чем-то сосредоточенно думал. Ладно, в моем нынешнем состоянии надо не о парне думать, а о себе. Наверное.

Глава 21

Я и не думала, что просто лежать настолько тяжело. Это еще хорошо, что все быстро заживало и операцию на бедре и позвоночнике мне одобрили уже через пять дней. Все это время рядом со мной дежурил Игнат. Людмила так же приходила каждый день, но никогда не оставалась надолго. Белоярцев и вовсе уехал домой, прислав вместо себя Жору…. Тот выглядел слегка пришибленным, когда в первый раз вошел в палату следом за моей старшей сестрой.

- Настя родила, - объявила Людмила Пална, насмешливо пошевелив бровями и поглядывая в сторону своего охранника. – Вот, как увидела видео (по телевиденью в новостях показали аварию вашу), так схватки и начались. Жора ее повез в роддом, а когда внес ее внутрь здания, у нее отошли воды. Настя так перепугалась, что мертвой хваткой вцепилась в его руку. В общем, пришлось Жоре в родовую идти, так как руку ей разжать даже врачи не смогли.

- О, господи, - перепугалась я за Настю. – Она в порядке?

- Ты не переживай, она нормально родила. Только у Жоры теперь психологическая травма на всю жизнь, - шепотом добавила Людмила, едва сдерживая смех. Ее охранник пошел красными пятнами, но промолчал. – Жень, через два дня я уеду. Как только тебя прооперируют и составят план реабилитации. Я и так дела запустила.

- Да, конечно, - я краем глаза заметила, как переместился Игнат, встав чуть ближе к нам. – Вам, наверное, помощник нужен…, - пробормотала, опустив взгляд.

- Да, - она вздохнула. – Придется пока Татьяну немного поэксплуатировать, а там посмотрим.

- Угу, - в глазах защипало от слез. Больной помощник Людмиле Павловне не нужен. Да и никому не нужен, тем более что ходить я, скорее всего, нормально уже не смогу, так как бедро до нормального состояния вряд ли восстановится. И позвоночник еще…. Я сделала