Клэр Доналд - Неподражаемая

— Ну, кожа у тебя по крайней мере не зеленая. — Рассел попытался подбодрить ее шуткой, и отчасти ему это удалось.

Зоя улыбнулась.

— Слава Богу!

12

Рассел посерьезнел.

— Раз они этого не сделали, мне придется взять эту задачу на себя.

— На себя? Что ты имеешь в виду? Ты знаешь, кто мои родители?

— Я знал твою мать.

Зоя всерьез испугалась, что может упасть в обморок. Она пошатнулась и села на ближайший стул.

— Кто она?

— Твоей матерью была женщина, которую ты считала своей тетей, — Элизабет Харпер.

— Тетя?!

Рассел кивнул.

— Насколько мне известно, она всегда считалась трудным ребенком, а лет в шестнадцать ушла из дому и связалась с какой-то подозрительной компанией. Джулиус тогда уже начал делать карьеру, сестра с дурной репутацией ему мешала, и он настоял на том, чтобы родители от нее отказались. — Рассел помолчал. — Когда она забеременела, то вернулась домой, но ясно дала понять, что замуж не собирается. Она даже отказалась сказать, кто отец ее будущего ребенка. Жена Джулиуса к тому времени тоже была беременна. На семейном совете было решено, что будущего ребенка усыновят Джулиус и Эмили. Джулиус был не в восторге от такого решения, но он согласился при условии, что Элизабет никогда больше не переступит порог родительского дома и не попытается связаться с тобой.

— И она согласилась, — подавленно пробормотала Зоя. — Моя мать еще до моего рождения согласилась от меня отказаться.

Некоторое время оба молчали. Рассел тактично дал Зое время осмыслить услышанное, а Зоя была так потрясена, что не знала, что сказать. Затянувшееся молчание прервал Рассел:

— Не знаю, станет ли тебе от этого легче, но позже Элизабет пожалела о своем решении. Она хотела вернуться в твою жизнь, но Джулиус не позволил. Ты его знаешь, если он что-то решит, то его не сдвинешь.

— Знаю, — тихо сказала Зоя.

— Она скопила денег и сняла Фэрфилд-хилл. Он тогда был в еще худшем состоянии, чем сейчас, и сдавался за гроши.

Зоя подняла голову и посмотрела на Рассела взглядом, полным боли.

— Значит, моя мать много лет жила рядом, а я об этом даже не знала.

Рассел кивнул.

— Интуиция тебя не обманула. Когда ты приезжала в свое убежище, из старого дома за тобой действительно наблюдали, и очень пристально.

— Но кто присылал ей мои фотографии? Ты знаешь?

Рассел ответил не сразу.

— Догадываюсь. По-моему, это делала Эмили. Как мать, она могла понять чувства другой матери, но при этом она боялась ослушаться мужа, поэтому связывалась с Элизабет в строжайшей тайне от Джулиуса. — Он снова помолчал. — Зоя, я понимаю, ты потрясена, но все это в прошлом, а я бы хотел поговорить с тобой о будущем. О нашем будущем. — Он всмотрелся в ее лицо. — Но у тебя очень усталый вид, наверное разговор придется отложить до утра.

— Не знаю, о чем нам еще говорить.

— О будущем нашего брака.

Несмотря на усталость, Зоя напряженно выпрямилась и подняла голову.

— Где ты провел последние две ночи?

— У друга.

— Этот друг женщина?

— Да.

— Тогда нам не о чем говорить, у нашего брака нет будущего. У меня только один вопрос: откуда ты узнал, кто моя мать?

— От нее самой.

Зоя обомлела.

— Ты был с ней знаком? Как вы познакомились, когда?

— Мы познакомились с ней три года назад у Клэр Симпсон. Кстати, именно у нее я провел эти две ночи.

Зое стало стыдно. Чтобы не встречаться взглядом с Расселом, она наклонилась вперед, поставив локти на колени, и обхватила голову руками.

— Извини. Я было подумала…

— Ничего, я уже привык. Ты всегда была скора на расправу, когда дело касается меня. Элизабет рассказала мне и о том, что Эмили тайком от мужа помогла ей арендовать Фэрфилд-хилл, она же отдала в твое распоряжение коттедж, который стал твоим тайным убежищем.

От обилия информации, обрушившейся на нее за последние полчаса, у Зои закружилась голова. Если бы она не сидела, она бы, наверное, упала.

— Рассел, спасибо тебе за все, я многое узнала, но я по-прежнему не понимаю, какое место во всей этой истории занимаешь ты?

— Постараюсь объяснить. Когда я увидел тебя на свадьбе Клайва и Роуз, то был поражен твоим сходством с Элизабет. Мне тогда показалось, что я ждал этой встречи всю жизнь. Я был так ошеломлен, что, стыдно сказать, трусливо попытался скрыть свои чувства под маской насмешки. Мне захотелось узнать тебя поближе, меня все время тянуло посмотреть на тебя, но всякий раз я натыкался на такой колючий взгляд, что боялся приблизиться. Я понял, что завоевать твое доверие будет нелегко. Но мне помог случай. Нас застали в одном гостиничном номере… остальное ты знаешь.

— И ты решил заставить меня выйти за тебя замуж. Решил, что сможешь убить одним выстрелом сразу нескольких зайцев: и с дочерью Элизабет познакомиться, и получить доступ к наследству матери, и не знаю что еще.

— Все было не так. Никакие внешние силы, включая напористость твоего отца, не могли бы заставить меня жениться, если бы я сам этого не хотел.

— Вот как? — Зоя скептически подняла брови. — Чем же я тебя привлекла? Может быть, тем, что оказалась первой женщиной, которая провела ночь в одной постели с тобой и при этом не бросилась тебе на шею?

— Не стану спорить, ты очень сильно отличалась от других женщин, с которыми мне доводилось общаться, — признался Рассел. — Когда я вернулся в номер и увидел тебя в моей постели, я мог бы тебя разбудить и проводить до твоего собственного номера, но ты лежала, свернувшись калачиком, твои волосы разметались по подушке, во сне ты казалась такой нежной, такой трогательно незащищенной, что я не устоял перед искушением.

Зоя не верила своим ушам.

— Но фотографа я не приглашал, он сам откуда-то взялся, — поспешил уточнить Рассел. — У меня и в мыслях не было, что репортеры поднимут вокруг этого случая такой шум. Да и реакция твоего отца тоже явилась для меня неожиданностью. Но, когда все это случилось, я понял, что судьба дарит мне отличный шанс предстать в твоих глазах этаким рыцарем в сияющих доспехах: я мог вывести тебя из-под огня, женившись на тебе. У меня даже была робкая надежда, что когда ты узнаешь меня получше, то в конце концов полюбишь. Я понимаю, шансов на это мало, но я был в отчаянии и схватился за соломинку.

Зоя выпрямилась и замерла, боясь даже вздохнуть. Наконец она осмелилась произнести вслух то, о чем еще недавно не смела даже мечтать:

— Скажи, ты правда говоришь то, что я слышу, или я принимаю желаемое за действительное?

— А что, по-твоему, я пытаюсь сказать?