Джулия Тиммон - С огнем не шутят

Себастьян приоткрыл рот, собираясь опять вслух выразить свое удивление, но, вспомнив о просьбе Евы, лишь ласково провел рукой по ее спине.

— Я слишком долго просидела в золотой клетке Августа, — произнесла она с горечью. — После получения степени он увез меня в один из своих замков и не позволял ни работать, ни заводить знакомств. По сути, я и не знала, сидя взаперти, что такое настоящая жизнь, настоящая любовь…

— Разве ты не любила Августа? — осторожно спросил Себастьян.

Ева помотала головой.

— Я ведь рассказывала, ухе, что в юности мне доставляло удовольствие быть окруженной его вниманием. Потом я стала относиться к этому как к само собой разумеющемуся.

А любви, страсти к этому человеку я никогда не испытывала…

Она перевела дыхание и вновь заговорила:

— После того как сбежала от него, я стала жить самостоятельно, устроилась на работу, с головой окунулась в проблемы агентства… О личной жизни даже подумать боялась. Потом поехала в отпуск и встретила тебя…, Молодая женщина замолчала и несколько раз глубоко вздохнула. Продолжать говорить было для нее невероятно сложно, но ей удалось совладать с собой.

— Ты сразу потряс мое воображение, и я испугалась. Я подумала, что не сумею повести себя правильно: не смогу пофлиртовать с тобой, чтобы заинтересовать, пострелять глазами… В общем, пустить в ход те маленькие хитрости, которым все нормальные девушки обучаются в юности…

— Глупышка, — прошептал Себастьян. — Ты прекрасна, какая есть, естественная, открытая, искренняя. Если бы ты научилась «стрельбе глазами» и прочим глупостям, то потеряла бы значительную долю своей прелести.

— Ты так считаешь? — Ева посмотрела на него с недоверием.

— Можешь не сомневаться.

Ее лицо просияло, а секунду спустя стало притворно-строгим.

— Если бы ты только знал, что сотворил со мной во время прошлого отпуска!

— Что? — Себастьян изогнул бровь.

— Я совершенно обезумела. По возвращении домой из желания любым способом отвлечься от мыслей о тебе вышла раньше времени на работу. А поняв, что не в состоянии ничего делать, заявила, что все же догуляю отпуск и уехала в деревню к тете.

Ева рассмеялась, настолько далекими и малозначительными показались ей теперь события того сложного периода ее жизни.

— Мало того, перед возвращением в Глазго я уговорила тетю поехать со мной. Она прожила у меня целый месяц, окружала заботой, готовила разную вкуснятину. А потом заставила рассердиться на саму себя и вернуться к нормальной жизни. Что я и пыталась делать вплоть до твоего неожиданного появления на пороге моей квартиры…

Себастьян молча привлек ее к себе. И так, чувствуя запах и дыхание друг друга, они немного помолчали.

— Потом я уже не обращалась к тете, — добавила Ева. — Самостоятельно старалась заглушить в своем сердце любовь к тебе…

— Любовь? — почти выкрикнул Себастьян, не подумав, что она рассказывает ему вовсе не о радостных вещах. — Так, значит, ты тоже влюбилась в меня, милая моя, солнышко мое?

— Еще как влюбилась, — крепко обнимая его за шею, призналась Ева ему на ухо.

— А… — Он немного напрягся, кашлянул. — А заглушить в себе эту любовь тебе удалось?

Ева вздохнула.

— Я прикладывала для этого все усилия. Но у меня ничегошеньки не получилось…

— Дорогая! — воскликнул Себастьян, отклоняя назад голову, чтобы иметь возможность видеть ее лицо. — Радость моя! Выходит, мы оба любим друг друга, оба сходим с ума от этой любви, оба страдаем… Как здорово и как странно!

— Уж точно странно. — Ева смущенно усмехнулась.

— Какие же мы дураки, милая моя! — продолжил Себастьян. — Могли бы давно жить совершенно по-другому, если бы не скрывали своих чувств, если бы не боялись неизвестно чего!

— Наверное, так было нужно, — задумчиво произнесла Ева. — Судьба испытывала нашу любовь на прочность, проверяла, не разрушится ли она под гнетом испытаний и неудач, не исчезнет ли.

Себастьян посерьезнел, о чем-то поразмышлял и сказал:

— Ты права. Теперь, пережив расставания и преодолев все преграды, мы будем бережнее и осторожнее хранить свое чувство. И друг друга будем ценить как самое дорогое, что только может быть у человека.

— Правильно.

— Теперь я точно куплю новый дом, — начал вслух мечтать Себастьян. — Где-нибудь в Дин-Виллидже. Займусь этим, как только я вернусь в Эдинбург. Только вообрази себе: большой дом с белыми стенами, террасой и балкончиком. И конечно, с садом. В саду мы поставим кресло-качалку, на балконе посадим цветы… Ой, а как же быть с твоим повышением? Если купим дом в Дин-Виллидже, тебе придется уехать из Глазго… Или… или лучше поселимся в пригороде Глазго?

Ева нахмурилась.

— В таком случае тебе придется продать свою фирму. Нет, проще мне уволиться из агентства. Кестер, естественно, расстроится, но… — Она расцепила руки, которыми все еще обнимала Себастьяна за шею, и развела их в стороны. — Но ничего не поделаешь.

Себастьян оживился.

— Мы найдем тебе работу и в Эдинбурге.

Отличную работу, обещаю! Ты классный специалист, таких принимают где угодно и с большим удовольствием.

Он приподнялся на локте и широко улыбнулся.

— Ну и жизнь у нас начнется! Только представь себе! С работы домой я буду не ехать, лететь на крыльях!

— Я тоже, — сказала Ева, забавляясь его веселостью.

— Мы будем приглашать гостей, устраивать пикники, вечеринки… — Себастьян неожиданно замер, и улыбка медленно сползла с его губ. Он взглянул на Еву с подозрением. — Кстати, ты ведь так мне и не ответила.

— Не ответила? Ты о чем?

— Ты согласна выйти за меня замуж?

Ева рассмеялась своим звонким заразительным смехом, от которого последние сомнения в сердце Себастьяна растаяли, как снег под лучами весеннего солнца.

— Естественно, согласна, — произнесла она. Неужели ты до сих пор этого не понял?

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.