Джулия Тиммон - С огнем не шутят

Но ничего подобного не произошло. Себастьян наполнил бокалы вином, один из них подал ей и совсем другим тоном — бодрым и веселым — провозгласил:

— За великолепные совпадения, которые, увы, в нашей жизни происходят так редко!

Они выпили вина. Себастьян протянул Еве кусочек ароматного ананаса и непринужденно откинулся на высокую спинку дивана.

— А знаешь, я предчувствовал, что мы еще встретимся. Только не мог сказать, как скоро.

Он засмеялся — так беспечно и весело, будто того ужасного вечера, когда они выясняли отношения у Евы дома, вообще не было. Будто сама Ева для него не самая желанная на свете женщина, а старый добрый приятель, с которым спустя много лет есть о чем поболтать.

— Ей-богу, предчувствовал. Мне представлялось, правда, что эта встреча произойдет при более обычных обстоятельствах. Например, где-нибудь в Эдинбурге, на каком-нибудь мероприятии, где мы оба очутимся, улаживая связанные с работой дела. Или в том же аэропорту, но никак не в Кении, а опять-таки в Эдинбурге или на железнодорожном вокзале.

Он поставил бокал на стол и вскинул руки.

— А мы встретились здесь, причем в то же самое время, что и в прошлом году. Чудеса!

Ева, расслабившаяся при виде его непринужденности, тоже поставила бокал.

— Признаюсь, и я никак не ожидала подобного поворота событий.

— Расскажи, что новенького у тебя произошло за прошедший год? Вернее, за те десять месяцев, которые мы не виделись, — сказал Себастьян по-прежнему беззаботно, но избегая встречи с Евой взглядом.

Она пожала плечами и качнула головой. Ее черные волосы загадочно блеснули в золотистом сиянии свечей.

— Что новенького? Гмм… пожалуй, ничего.

Работаю я все в том же юридическом агентстве, правда, клиентов у меня стало гораздо больше и дела, которыми я сейчас занимаюсь, значительно сложнее, чем раньше. А еще…

Она вспомнила о разговоре с начальником, состоявшемся перед отпуском, и о его обещании сделать ее своим помощником и захотела поделиться этой радостью с Себастьяном, но, подумав о том, что это нескромно, заколебалась. Но неожиданно в ее памяти возник его рассказ об отношении к ней парней и девчонок в университете, и желание еще раз отстоять свое достоинство вмиг одержало победу над природной скромностью.

— А еще помощник нашего босса в октябре уходит на пенсию, — произнесла она спокойно, глядя Себастьяну в глаза. — Его место предложили занять мне.

Лицо Себастьяна вытянулось, и он долго смотрел на Еву, что-то прикидывая в уме.

— Что ж, я очень рад… Признаться, ничего подобного я не ожидал.

Глаза Евы стали вдруг черными как уголь.

— Потому что считал меня пустой и глупой, — произнесла она нарочито спокойно, чеканя каждый слог.

— Нет, что ты! — воскликнул Себастьян. — Пустой и глупой я не считал тебя никогда!

Глупость видна по глазам человека, по выражению лица. Твое же лицо, твои глаза… — Он покачал головой. — Умнее и прекраснее их я не видел за всю свою жизнь. Просто агентство, в котором ты работаешь, пользуется славой одного из лучших в Глазго, и чтобы добиться в нем назначения на пост помощника руководителя, надо быть на редкость одаренным юристом.

Ева насторожилась.

— А откуда тебе известно, в каком именно агентстве я работаю?

— Откуда известно? — повторил Себастьян, явно выигрывая время, чтобы продумать ответ. — Видишь ли, я разговаривал о тебе с одним своим приятелем. Он довольно долгое время служит в полиции Глазго и…

— Значит, ты наводил обо мне справки? — требовательно просила Ева.

— Да, — честно признался Себастьян. — В тот день, когда приехал в Глазго, перед встречей с тобой.

Когда он произносил последние слова, в выражении его лица, в интонации, во взгляде уже не было и намека на беспечность.

Ева могла бы вновь на него обозлиться, заявить, что возмущена его поведением, что больше не желает его знать… Однако не испытывала сейчас по отношению к нему ни капли раздражения. Напротив, ощущала странную признательность. Он не выкинул ее равнодушно из головы, не забыл о ней, а продолжал интересоваться ее жизнью. Впрочем, внешне она сохранили полную невозмутимость.

Себастьян вздохнул и расправил плечи, показывая всем своим видом, что хоть и понимает недопустимость подобных действий, но не собирается их скрывать.

— А живешь ты все в том же районе? В той же квартире? — спросил он.

— Да. — Лицо Евы смягчилось. — Все в той же. Она хоть и маленькая, но вполне меня устраивает.

— Одна? — задал Себастьян жизненно важный для себя вопрос и замер в ожидании ответа.

— Что — одна? — Ева непонимающе покачала головой, растерянно, лишь уголком рта улыбнулась.

— Живешь по-прежнему одна? — уточнил Себастьян.

Она внимательнее всмотрелась в его черты и впервые заметила, что в этом человеке под внешними мужественностью и независимостью кроется тонкая душа, которую она, Ева, может запросто ранить. Это открытие неизвестно отчего настолько сильно поразило и порадовало ее, что, даже не пытаясь кокетничать или испытывать его терпение, она просто ответила.

— Да, одна. А почему ты об этом спрашиваешь?

— Так. — Себастьян, вновь разыгрывая беззаботность, но на этот раз довольно плохо, развел руками. — Из чистого любопытства.

Ева засмеялась.

— Кстати, почему ты ничего не расскажешь о себе? — спросила она. — Заваливаешь меня вопросами, я послушно на них отвечаю и при этом понятия не имею, с кем именно имею дело. Не исключено, что ты прилетел сюда, скрываясь от полиции. Или от забеременевшей любовницы. — В ее глазах заплясали чертики.

Себастьян рассмеялся.

— Не беспокойся, ни полиция, ни покинутая любовница за мной не гонятся. С копами я в прекрасных отношениях, а любовницы…

А любовницы в данный момент у меня просто-напросто нет.

Он взял со столика бокал и сделал большой глоток вина.

— Странно… — протянула Ева. — Никогда бы не подумала, что у такого парня, как ты, нет любовницы…

— Внешность часто бывает обманчивой, ответил Себастьян и в следующую же секунду, увидев, как напряглось и побледнело лицо Евы, пожалел о сказанном.

— Что верно, то верно. — Она гордо подняла подбородок и отвернулась. Себастьян невольно восхитился ее удивительно правильным, красивым профилем. — В справедливости этого высказывания я убедилась на собственном горьком опыте.

— А занимаюсь я продажей компьютеров, комплектующих и оргтехники, — сказал Себастьян, спеша продолжить начатую тему. — У меня фирма, называется «Новый век». Недавно мы открыли филиал в Глазго.

— «Новый век»? — переспросила Ева, поворачиваясь и тут же забывая о своей обиде. — Предприятие, на котором работает мой отец, недавно закупило в этом самом «Новом веке» партию компьютеров. Вот это да! Я и подумать не могла, что эта фирма принадлежит тебе. Как интересно и странно устроена жизнь!