Сводные. Ты (не) можешь меня любить - Ника Лисицына

кабинета большой стол, сделанный из тёмного дуба на резных ножках. Кипа бумаг и папок, пепельница и компьютер на столе. А рядом большое крутящееся кресло.

У стены небольшой кожаный диван, а рядом со столом два кресла для посетителей.

Боковая дверь в кабинете открывается, и вытирая руки о небольшое полотенце в помещение входит Павлов.

Его седые волосы небрежно зачёсаны назад, а губы искревляет усмешка.

– Максим Александрович! – восклицает он, проходя к своему месту. – Какими судьбами?

– Где Ольга? – спрашиваю я.

– Какое невежество, – кривится он. – Ни здрасьте тебе, ни как здоровье.

– Ни к чему эти реверансы, – говорю я. – Где Ольга?

– Ольга? – переспрашивает удивлённо. – Это которая блондиночка такая?

Внутри меня вскипает огромное желание всечь этому ублюдку, да только если я хотя бы рыпнусь, то эти двое громил меня тут же скрутят.

– Она самая, – говорю я сквозь зубы.

– О-о-о, эта милая прелестница любезно согласилась побывать у меня в гостях, – говорит Павлов, сканируя меня акульим взглядом.

– Я хочу её увидеть.

– Зачем? – искренне удивляется он. – Неужели думаете, что ей некомфортно пребывание?

– Ты сука… – дёргаюсь в его сторону, но огромная ладонь, упавшая на моё плечо, останавливает.

– Зачем же так грубо? Это вы, Максим Александрович пришли ко мне, а не наоборот. Помнится, когда я приглашал вас в ресторан я был чрезвычайно любезен с вами, – издевается Павлов.

– Отпустите её, – выдыхаю, с трудом беря себя в руки.

– А разве я её держу? – его брови ползут вверх и Павлов разводит руками. – Как видите, её здесь нет!

– Тогда где она? – шиплю я вопрос.

– Ваша сестра в компании моих людей, – с издевательской улыбкой тянет урод. – Она в полной безопасности. Пока.

– Чего вы хотите? – из меня словно весь воздух выходит. Кто знает, что сделают с ней эти ублюдки.

– Чего я хочу? Дайте-ка подумать, – вскидывает взгляд к потолку и начинает перечислять: – Хочу прожить в старости безбедно и не задумываться о том, кто мне подаст стакан воды. Хочу иметь в окружении преданных людей. Хочу комфортные условия для работы и, чтобы мне никто не смел перечить. А ещё я хочу, чтобы молодое поколение уважало меня и мои желания. Что из этого можешь предложить мне ты, Максим Александрович?

Смотрю на него пристально. Издевается, сука.

– А если учесть, что этим миром правят деньги, то старость моя уже обеспечена, и за стакан с водой я могу не переживать. Для преданности тоже нужны бабки, и поэтому я знаю, что меня не предадут. С комфортными условиями тоже всё ясно. Есть бабки — есть эти условия. А вот с последним пока напряг. Не ценит молодое поколение стариков. Совсем не ценит наши желания. А ведь только благодаря нам, вы, детки, всё ещё дышите.

– Я отдам компанию, – выдыхаю я, чувствуя, как сжимается рука на моём плече. Громила словно решил перемолоть мои кости.

– Конечно отдашь, – фыркает Павлов. – Только на этот раз на совершенно иных условиях.

Сука.

Вынимает папку из выдвижного ящика и бросает её на край стола.

Подхожу ближе и беру документы.

– Раньше я готов был предложить тебе солидную сумму, – говорит Павлов. – Но сейчас ведь ты сам стремишься отдать мне компанию, верно?

Вот же засранец.

Но выбора-то у меня нет.

Беру ручку, но прежде, чем поставить свою подпись, поднимаю взгляд.

– Я хочу увидеть Ольгу.

– Ах, уви-идеть, – тянет он с ухмылкой. – Ну что ж.

Короткий кивок громиле, и тот вынув мобильник, звонит кому-то по видео.

На экране я вижу связанную Ольгу в разорванной блузке и с заклеенным скотчем ртом.

Похоже, что она без сознания.

Вскидываю взгляд на Павлова. Улыбается, сука.

– Она пока что в полном порядке, – говорит он. – Но долго я своих ребят не смогу удержать вдали от девичьего молодого тела.

– Отпусти её, – хриплю я.

– Конечно, – улыбается он. – Подпиши сперва.

Ставлю размашистую подпись и швыряю документы Павлову.

Он быстро изучает мою подпись и закрыв папку, убирает её обратно в ящик.

– Ну что ж, Максим Александрович. Мне было приятно иметь с вами дело. Но теперь вам пора.

– ОТПУСТИ ЕЁ! – крик вырывается из моего горла, и я бросаюсь на Павлова, но громила тут же хватает и удерживает меня, не давая и шанса продвинуться к этому ублюдку и на шаг.

– Вить, дай ему адрес. Пусть забирает свою шлюшку, – говорит Павлов, и жестом показывает своим людям вывести меня отсюда.

Стараюсь вырваться, но эти сволочи сильнее. И всё, чего я могу добиться, это только довольной ухмылки хозяина кабинета.

Скрутив мои руки за спиной, громила выводит меня на улицу и оттолкнув, швыряет на землю клочок бумаги.

Хватаю бумагу и прочтя адрес, тут же бегу к своей тачке.

Если эти уроды хоть что-то сделают Ольге, убью.

35

Глава 35

Ольга…

Щёку обжигает горячая пощёчина. Ещё она, а следом слышу чей-то голос.

– Очнись уже, – говорит смутно знакомый голос, от которого все мои внутренности сжимаются от страха.

– Отойди, Кость, – слышится другой голос, не менее пугающий, что и первый, а в следующий миг на голову обрушивается холодная вода.

– М! – вскрикиваю и начинаю кашлять.

– Ну вот, пришла в себя, наконец.

Распахиваю глаза и провожу мутным взглядом по помещению. Воспоминания произошедшего накатывают с болезненным осознанием беды.

Голова кружится, в горле ком стоит.

– Поднимайся, – говорит лысый громила и жёстко подхватив меня под локоть, вздёргивает на ноги.

Стоять не могу, колени тут же подгибаются, и я безвольной куклой падаю на пол.

Руки за спиной нещадно ломит.

– М-м-м, – стону я.

– Твою мать, – шипит лысый, снова подхватывая меня под локоть.

– В тачку тащи её, – негромко произносит второй и развернувшись, уходит, снова оставляя меня наедине с моим кошмаром.

– Ну что, крошка, пойдём, – с ухмылкой говорит лысый, дёргая меня по направлению к выходу из ангара.

– Нет, – стону я. – Отпустите.

– Не рыпайся, не то плюну на договорённости и трахну тебя прямо тут, – рычит он, дёргая меня за руку сильнее.

Господи, когда это