Уэнди Этерингтон - Пожар страсти

— Пойду посмотрю, как там Эрик, — сказал Бен.

Уэс коснулся ее щеки кончиками пальцев.

— Я люблю тебя.

— Это невозможно. Мы же договорились…

— Да, да. Чтобы все было просто, кратко и легко. Но теперь это не имеет никакого значения.

Кара покачала головой. В ее глазах стояли слезы, но голос звучал ровно.

— Я возвращаюсь в Атланту. Здесь мне не место. Я не могу, понимаешь.

У него была тысяча аргументов, но он не знал, с чего начать.

— Чего не можешь? — спросил Уэс наконец, ища на ее лице хотя бы намек на чувства, надежду, что она неравнодушна к нему.

— Не могу остаться с тобой. Не могу позволить себе отношения. Работа для меня самое главное. И я ее не выполнила.

— О чем ты?

— Я виновата во всем. Я отвечала за расследование. И не имела права развлекаться с тобой вместо того, чтобы сосредоточиться на деле.

— Ты хочешь сказать, что все пошло бы иначе, если бы между нами ничего не было?

— Да!

Уэс посмотрел на нее недоверчиво.

— И как же?

— Могли погибнуть люди. Я сама чуть богу душу не отдала. Это все не шутки, пойми.

— Мы вычислили преступников. Эдисона вот-вот схватят. Мы победили.

— А тот бездомный…

— Его гибель — трагедия. Но это случилось еще до твоего приезда. — Уэс покачал головой. — Прекрати себя винить.

Кара отпрянула и вскочила.

— Продолжать общаться с тобой было бы ошибкой. Мы отлично провели время вдвоем. Давай на этом и остановимся?

— Отлично провели время, — повторил он сдавленным голосом.

— У меня есть обязательства перед начальством. Перед самой собой. Я связана клятвой, которую дала после гибели родителей. Вся моя жизнь посвящена работе.

— Капитан Хьюз, мы едем в больницу! — крикнул один из врачей. — Бен сказал, вас ударили по голове. Вы должны поехать с нами. Мы вас осмотрим. — Он опасливо обвел взглядом, ожидая, что один из них начнет спорить.

— Иду, — отозвалась Кара.

— Я поеду с тобой. — Уэс схватил ее за руку.

— Нет. — Она вытерла слезы, сверкнувшие в уголках глаз, подалась вперед и легко коснулась губами его щеки. — Для меня было честью работать с вами, лейтенант Кимбалл. — Кара повернулась и пошла к машине «Скорой помощи».

Уэс не смотрел ей вслед. Просто стоял одинокий, покинутый и чувствовал, как огонь сжигает дотла не только склад, но и его сердце. Остается один пепел.

Когда через несколько минут зазвонил телефон и один из его коллег сообщил, что Эдисона схватили, ему было абсолютно все равно.

Глава двенадцатая

Уэс прислонился к стене у двери ее квартиры. Ему вспомнился тот вечер, когда он впервые ждал ее здесь с пакетом итальянских вкусностей и мечтой провести с ней ночь. С тех пор многое произошло. Они стали близки не только физически. Никто не смотрел на него с такой нежностью, как она. Поэтому Уэс отказывался верить, что для нее все это сводится к «отлично провели время».

Хотя провели его вы действительно отлично, подсказал внутренний голос.

— Вот спасибо. Теперь мне гораздо легче.

Ему казалось, что у него вырвали сердце, а пустота на его месте все время кровоточила и болела.

«У меня есть обязательства перед начальством. Перед самой собой. Я связана клятвой, которую дала после гибели родителей. Вся моя жизнь посвящена работе».

Он уже раз сто повторял эти ее слова с той секунды, как она ушла от него. Тогда Уэс был в шоке и не осознал их смысла. Но сейчас все понял. По крайней мере надеялся на это. Не могла она быть к нему равнодушна. Значит, ее удерживает что-то иное.

Он нашел в себе силы смириться с трагедией и научился жить заново. Даже сумел достичь взаимопонимания с братом.

Может быть, и с Карой удастся все наладить?

Уэс не был в этом уверен, но хотел попытаться.

Заслышав шаги на лестнице, он придал лицу решительное выражение. От него не так просто избавиться.

Бен сказал, что сотрясения у нее, слава богу, нет, но синяки и ссадины по всему телу. Теперь ей нужна забота и нежность. И он готов дать ей все это, если она только позволит.

Кара поднималась по ступенькам, понурив голову.

Уэс подавил в себе желание обнять ее и отнести в квартиру на руках. Он сделает это позднее. А сначала надо найти дорожку к ее сердцу.

В двух шагах от двери девушка ощутила его присутствие, но не подняла головы.

— Мы ведь уже попрощались.

— Это ты попрощалась. А я нет.

Отпирая замок, она наконец посмотрела на него. У нее не было сил снова все ему объяснять. Просто не было сил.

— Можешь помочь мне складывать чемодан, если хочешь.

— Ты никуда не поедешь сегодня, — твердо сказал он, заходя в квартиру за ней.

Кара устало вздохнула и повернулась к нему.

— Буду делать все, что сочту нужным.

— Я хочу, чтобы ты осталась. Сегодня. И навсегда.

Слезы жгли ей глаза. Господи, помоги! Разве может она подчиниться чувствам и выполнить клятву одновременно? И заниматься тем, что выбрала делом своей жизни? Она не сумеет совмещать работу и любовь. И последняя неделя доказала это.

— Я не могу. Мне пора собираться. — Кара пошла в спальню и стала собирать вешалки из гардероба.

Уэс выхватил одежду у нее из рук.

— Если ты уедешь, я поеду с тобой. — Он бросил вещи на кровать и взял ее за руку. — Мы будем жить так, как ты захочешь.

— Я и так живу, как хочу. — Кара посмотрела ему в глаза.

— Я понимаю, ты мечтаешь избавить людей от того ужаса, через который прошла, защитить их. Я тоже. Ты стремишься добиться справедливости в мире, где она не всегда торжествует. И я разделяю твое стремление. Ты хочешь контролировать свою жизнь, хочешь, чтобы тебя уважали. Но это уже так. — Он помолчал. — Много лет работа стоит для меня на первом месте. Поверь, до встречи с тобой никто не заставил меня усомниться в этом. Но теперь для меня самое главное в жизни — ты. — Уэс провел пальцем по ее забинтованной руке. — Скажи, что не чувствуешь того же ко мне, и я тут же уйду. Скажи, что не любишь меня.

Кара вскинула голову и встретилась с ним взглядом. Голубизна его глаз пленяла. Она не могла сказать ему это, как не могла бы перестать дышать.

Ее молчание обрадовало ее. Уэс поцеловал ее в лоб.

— Ты можешь жить своей жизнью, даже если твоих родителей больше нет.

Он понимал ее как никто. И это неудивительно. Ее прошлое было таким же трагическим, как его.

Девушка закрыла глаза.

— Стоя над могилами родителей, я обещала себе, что до конца своих дней буду сражаться за них. Я не могу забыть об этом.

Уэс сжал ее руки.

— Ты сражалась. И я не прошу тебя остановиться. Теперь мы будем сражаться вместе. Я не стану ограничивать тебя. Если тебе понадобится помощь или совет, я буду рядом. Но я не собираюсь указывать тебе, как жить, мешать тебе или губить твою карьеру. Твое право решать это. Просто позволь мне любить тебя.