Kim Pritekel - Outcome (ИСХОД) 2

– Третий ряд, в центре… – тут до нее дошло, что я только что сказала. – Взять с собой кого-нибудь? Ты шутишь, что ли? Энди, никаких кого-нибудь! Либо с тобой, либо ни с кем.

Я мечтала это услышать. Я так сильно хотела быть на этом концерте с ней.

– Ну, право выбора за тобой, ладно?

Она кивнула и снова сжала меня в сокрушающем объятии:

– Спасибо, спасибо, спасибо!

– Не за что. Пойдем, женщина. Нам пора.

Мы поспешили к выходу, и к моей вящей радости, посетители, мимо которых мы проходили, стали поздравлять ее с днем рождения. Она принимала их поздравления как должное, с присущими ей элегантностью и очарованием. Дойдя до двери, она повернулась и отвесила всем земной поклон.

В машине я повернулась к ней:

– Так, а теперь отвернись от меня.

Она сделала так, как я сказала, и я достала из кармана маску для сна и завязала черные атласные тесемки у нее на затылке.

– Ох, Энди, а я и не знала, что ты знаешь толк в извращениях.

– Ты и представления не имеешь, насколько, – ухмыльнулась я. – Ты что-нибудь видишь?

– Нет. Ничегошеньки.

– Хорошо. Теперь просто сядь и расслабься.

– А больно будет? – спросила она.

– Возможно. Особенно, если будешь подглядывать.

Я завела машину и включила печку на максимум, решив, что лучше будет хорошенько ее прогреть сейчас. На улице было действительно холодно, да и в машине не теплее.

Я вела машину и смотрела на свою пассажирку. Она откинула голову на подголовник, и по лицу ее блуждала едва различимая улыбка. Она выглядела такой расслабленной и умиротворенной и абсолютно, неимоверно прекрасной. Пока мы обедали в ресторане, я наглядеться на нее не могла. Ее манера двигаться, ее манера говорить, выражение ее лица… Как могли в одной женщине сочетаться красота, доброта, ум, одаренность, и все это одновременно? Это было просто нечестно…

Чувствуя, что вступаю на запретную территорию, я попыталась приструнить свои мысли и сконцентрироваться на управлении машиной. Утром приключилась очередная метель, и дороги были скользкими. Я тихо радовалась, что сейчас нет снегопада.

Прямо впереди нас из темноты выступили сначала огни, а потом и само наше транспортное средство.

Я припарковала джип рядом с экипажем и с волнением и восхищением оглядела громадных лошадей породы Клейдесдаль, запряженных в него. Повернувшись к Хейли, я быстро развязала маску и сунула ее обратно в карман пальто. Она открыла глаза, откинула волосы со лба и замерла, увидев лошадей. Они и правда были огромными.

– Ух ты! – выдохнула она.

– Пойдем, – я открыла дверцу и поспешила к повозке. Кучер ожидал нас. Он был в смокинге, но его трудно было разглядеть под многочисленными слоями верхней одежды.

– Добрый вечер, Хейли, – улыбнулся он. – С днем рождения и пожалуйста, смотрите под ноги.

Он усадил в экипаж сначала Хейли, а потом меня, и мы оказались сидящими плечом к плечу. Нашу повозку правильнее было бы назвать кабриолетом – у нее было одно сиденье и откидной верх.

– Где мы? – спросила Хейли, оглядываясь по сторонам.

– Кросбенд, – ответила я и пошарила под сиденьем. Есть! Я выпрямилась и вытащила оттуда термос. – Горячий шоколад?

Она улыбнулась в ответ, выдохнув белое облачко пара:

– Боже мой, ты предусмотрела все. С удовольствием.

Я открутила крышку термоса, сняла внутреннюю крышку и налила в них шоколад.

– Кросбенд? Это же элитный район.

– Он самый.

Кучер понукнул лошадей, и мы начали двигаться. Похожий на небольшие сани низ нашего экипажа успокаивающе зашуршал по слежавшемуся снегу. Я оглянулась, чтобы посмотреть на оставляемый нами след, а тем временем Хейли, чуть не подпрыгивая от волнения, вертела головой во все стороны.

Все дома были подсвечены рождественскими гирляндами, а большие дворы украшены скульптурами и декорациями.

– Вот это да! Ты только посмотри сюда! Там, наверное, миллион лампочек! А вон, смотри! – она показала на дом, мимо которого мы проезжали.- На крыше пять труб и вон, из одной выглядывает Санта!

– Ага, – улыбнулась я. – Он нам машет, – я подняла руку и крикнула – Санта, привет!

Хейли рассмеялась и тоже помахала.

– Бог ты мой! Как ты думаешь, сколько в этом доме спален? – спросила она, показывая на здание, занимавшее целый квартал.

– Нууу, семь? А может, и восемь…

– Ух ты! Да вся моя квартира целиком уместится у них в прихожей.

– Точно. Когда я подыскивала себе дом, я на самом деле приценивалась к здешним домам. Непременно купила бы себе один, если бы хотела никогда больше не выходить наружу.

– Или покупать ботинки.

– Эй, всегда нужно правильно определять приоритеты.

Она рассмеялась, прижалась ко мне, чтобы согреться, пока мы прихлебывали горячее какао.

Это был необычный вечер. Мы катили по району, рассматривая невероятные украшения, скульптуры, фигуры и рождественские огни. Нам попался дом явно еврейской семьи, украшенный по канонам иудейской веры. Огромная звезда Давида на крыше и менора-семисвечник на лужайке, сияющая желтыми огоньками, символизирующими пламя. Там же, на крыше, оказался и Санта, потерявший штаны при попытке вылезти из трубы.

Мы смеялись, перебивали друг друга, тыкали пальцами и хихикали. Я чувствовала себя примерно десятилетним ребенком и в то же время, как ни странно, женщиной, когда Хейли хватала меня за руку или тянула за рукав, показывая на что-то, или склоняла голову мне на плечо, когда мы рассматривали особенно красивый дом.

– Это волшебно, – прошептала она, дыша мне в шею. Я закрыла глаза и глубоко вдохнула, пытаясь запомнить каждое ощущение, чтобы потом иметь возможность проиграть их снова и снова. Я хотела запомнить запах ее шампуня, запах дыма, вьющегося над печными трубами, запах топящихся в домах каминов, блеск снега, рождественские огни, превращающие улицы в оранжевую страну чудес и нас, катящихся в волшебной колымаге, влекомой сказочными лошадьми.

Я наклонилась к Хейли, вспоминая, что же она только что сказала.

– Да, – от души согласилась я. – Это волшебство.

В конце концов, поездка завершилась, и пришло время покидать сказочную страну и возвращаться в реальность. Я вручила кучеру щедрые чаевые, и в знак благодарности он улыбнулся нам и коснулся пальцами полей шляпы. Мы с Хейли вернулись в джип, и я снова включила обогрев на максимум, потирая руки сквозь перчатки. Тридцать минут на свежем воздухе едва не превратили меня в эскимо.

Я повернулась к своей пассажирке и увидела всю ту же умиротворенную улыбку на ее губах.

– Ну что, тебе понравилось?

Она откинулась на спинку сиденья, посмотрела на меня и кивнула:

– Очень. Это самый лучший день рождения из всех, что у меня были, Энди. Спасибо тебе.